Рукой подать

Глава V. Кампо Верано

Он ввалился в квартиру с пакетами наперевес. Впервые за долгое время Тео успел зайти в супермаркет не за полчаса до закрытия, и потому мог спокойно выбрать всё необходимое. Он сгрузил сумки на пол на кухне и принялся раскладывать по шкафчикам овощи, зелень, макароны и яйца. Телефон, небрежно брошенный им на кухонную столешницу, разразился протяжной вибрацией. Тео между делом разблокировал экран, и на нём сразу высветилось сообщение от Мейв:

«Мы с Олив были в книжном, и я купила «Убить пересмешника». Уже прочитала первые 30 страниц. Пожалуйста, разреши мне сегодня остаться у Франчески. Миссис Серра сделала свои обалденские каннеллони, и я уже залила им слюнями весь пол»

Тео поморщился, невольно представив эту картину. Что ж, миссис Серра совершенно точно не допустит никаких глупостей, на какие могут быть способны подростки, и потому, недолго поколебавшись, Тео набрал ответ:

«Не засиживайся у них завтра! Утром я сделаю фритату с твоим любимым сыром, и, клянусь Богом, съем всё до последней крошки, если не явишься к обеду»

Телефон снова пиликнул ответом, но Тео не стал его читать. Он закончил с продуктами и теперь стоя посреди кухни размышлял о том, чем себя занять. Ужин! Тео вытащил из морозилки креветки: очистил, обжарил с чесноком, нарезал лук. Потянулся в шкафчик и достал оттуда бутылку Frascati. Медленно влил вино на сковородку и, достав бокал из верхнего шкафчика, наполнил его на треть. Спустя полчаса за окном хлынул дождь, а квартира наполнилась аппетитными ароматами. Старый проигрыватель пластинок, оставшийся ещё от предыдущих хозяев, пел голосом Луи Прима про добрый вечер. Креветки с обжаренными в вине помидорами были выложены на тарелку. С бокалом в руке Тео откинулся на спинку стула и втянул носом потрясающие нотки, уже представляя, насколько удачно сложится его сегодняшний вечер. Однако насладиться моментом он не успел: по квартире пронеслось жужжание дверного звонка.

Тео, сдвинув брови, тяжело поднялся с места, оставил бокал на столе и проследовал к двери. Повернул ручку.

– Тео, я прошу прощения за беспокойство, – на пороге стояла Олив, укрывающаяся от крупных капель дождя под раскрытым журналом, – У меня не открывается дверь в квартиру, и я никак не могу дозвониться до арендодателя.

От одного вида насквозь продрогшей под ливнем девушки Тео пробил озноб.

– Dio Cristo! Входите скорее! – он сделал шаг в сторону, впуская Олив в квартиру.

Нежданная гостья шагнула внутрь прихожей, и несколько капель с её волос тут же упали на деревянный пол.

– О нет, – Олив заметалась на месте, – Ещё раз, прошу, ради Бога, извините. Я понимаю, сейчас уже так поздно, и я тут успела напортачить, ох, – она подставила ладони под убранные в небрежный хвост пшеничные пряди и попыталась поймать срывавшиеся с них капли, – мне очень жаль, но я совсем никого здесь не знаю и, честно, понятия не имею, что мне делать.

– Олив, – Тео выставил вперёд ладони в успокоительном жесте, – Всё в порядке, вам не за что извиняться. Сейчас я принесу вам полотенце, и мы всё решим.

– Да-да, хорошо, я поняла, спасибо, – закивала она как болванчик.

Тео сделал пару шагов вглубь квартиры, но тут обернулся и оглядел съежившуюся у стены девушку. Она вымокла насквозь: с летнего комбинезона ручьем стекали капли, падавшие ей прямо на открытые босоножки.

– Тапочек у меня нет, но думаю, вам просто необходимы тёплые носки, – задумчиво протянул он, и скрылся в спальне, не дожидаясь ответа.

Он открыл шкаф, отыскал в нём пару полотенец и направился к кладовому помещению, где лежали недавно выстиранные вещи Мейв. Ничего полезного, кроме огромных гольфов с надписью WHATEVER там не нашлось, но, в мире слепых и одноглазый – царь* (прим. Итальянская пословица «Il un mondo di ciechi un orbo è re» эквивалентная «на безрыбье и рак – рыба»).

Когда он вернулся в прихожую, Олив стояла у двери на резиновом коврике.

– Завернитесь в большое полотенце, а это вам поменьше, сможете выжать волосы, – Тео отдал ей стопку, на которой сверху лежали гольфы, – Чистых носков у Мейв не нашлось, но есть альтернатива.

Олив, повторив «спасибо» с десяток раз и всё ещё заметно смущаясь, взяла полотенца. Тут же заметила гольфы:

– Ого, это как-то… – она замешкалась в поисках слова.

– Пассивно-агрессивно, да, но ничего лучше не было, – кивнул Тео, делая два шага в сторону гостиной, – Как зовут вашего арендодателя?

– Гульельмо Фичино, – неуверенно произнесла Олив.

– Оу, я понял! – Тео изобразил искреннее удивление, – Я его знаю и есть номер. Давайте-ка я попробую набрать Уилла.

– Уилла? – переспросила гостья недоумённо.

– Гульельмо – вариант имени Уильям, – пояснил он, – поэтому как-то у нас повелось, что он Уилл.

– А, прошу прощения, не сообразила, – потупилась девушка.

– Ничего, это неочевидно, – он указал себе за спину, – Я буду там, в гостиной. А вы подходите.

Тео поспешил на кухню, где нашёл телефон и включил чайник. Вернулся в гостиную, набрал номер.

Спустя десяток долгих гудков стало понятно, что Уилл не намерен сегодня никому отвечать. Когда Тео оставлял ему сообщение на автоответчик, в комнату вошла Олив завернутая в большое полотенце как в супергеройский плащ.