Рукопись Волшебной земли

Глава 14. Семья

Осколки прошлого, как снег
Закрутит ураган времён
В ушедший день для нас навек
Обрушив мост

Песни “ Осколки прошлого “ Эпидемия

Когда-то государство эльфов было прекрасным местом, в котором росли чудесные растения, жили волшебные существа, эльфы, очаровывающие не только своей внешностью, но и голосом. Их называли детьми света. Их жизнь была спокойная, плавная и ничего не предвещало беды, пока не случились набеги на селения.

На следующий день после отъезда Эмили и Эрагона в обитель отца Времени враг нанёс удар. Слуги Хаоса напали на деревню эльфов, находящуюся на границе территории Элрейда. Селение было разорено, жители ранены— некоторые даже погибли от серьёзных ран, пока пытались защитить семью и свой дом.

Об этом происшествии Филипп узнал от гонца. Один эльфиец из той самой деревни приехал, чтобы сообщить королю о случившемся и попросить укрытие и дом для семей пострадавших. Конечно, Филипп не мог оставить их в беде и дал им дом. Но это событие стало ударом для него. После того, как он очнулся после нападения на замок, ему и так было сложно отправить дочь к отцу Времени. Некоторое время его посещали мысли нагнать её и не дать отправиться дальше, но он останавливал себя.

"Всё будет хорошо с ней. С ней Эрагон, он не даст ей погибнуть. Он её защитит", — повторял Филипп из раза в раз себе. Но разорённая деревня стала для него ещё одним ударом.

Филипп никак не мог понять: как слуги Хаоса пробралась через границу? Что со стражами? Хотя ответ на второй вопрос он получил, когда ему привезли растерзанные тела гвардейцев. На них было множество глубоких ранений — в некоторых местах были видны внутренности, поэтому Леонору Филипп попросил тогда отдалиться. Вид гвардейцев был ужасающий. На их лицах был запечатлён испуг, в глазах читался ужас.

Эльвейн изучил тела и сказал, что гвардейцев перед тем, как так растерзать, отравили. Филипп не понимал, для чего это было сделано. Для чего было сначала травить солдат, а потом растерзать их так зверски.

— Как будто звери какие-то, — промолвил тогда Филипп, осматривая тела.

— Боюсь, что это предупреждение нам, Ваше Величество, — ответил печально Эльвейн.

— Нам и на балу их предупреждения хватило.

В тот же день Филипп написал письмо всем государствам-союзникам. Он рассказал им про нападение и как пострадал народ с гвардейцами. В том письме Филипп сказал, что им нельзя медлить и пора предпринимать решительные действия. У большей части королей была надежда на то, что Эмили вовремя вернётся с ответом отца Времени, но Филипп уже понимал, что не могут они тянуть. Враг не дремлет. Он уже сделал следующий ход, на который они должны ответить.

Тогда они собрали ещё одно собрание в Элрейде, в котором обсудили дальнейшие действия. Гномы должны были обеспечить оружием, некоторые кузнецы вызвались помочь. Феи предложили защиту для доспехов — заговорить их. Королева Таласса, которую Филипп даже не ожидал увидеть на собрании, предложила свою помощь в зачарованных вещах и защите. Оказывается, у народа водного много таких средств, равно как и защиты от ядов, что очень полезно: многие уже поняли, что слуги Хаоса используют яды.

Эльфийские же правители тоже присутствовали на собрании. Оттуда Филипп узнал от короля Алдара, что Луриэль с Элдаром сбежали. Эльфиец стойко держался на собрании, обсуждая важные моменты обороны и ответа от слуг Хаоса. Но после того, как они вышли из зала, Алдар отвёл Филиппа в другой конец комнаты и рассказал, что дети его пропали.

— При том исчезли после того, как твоя дочка уехала к отцу Времени. Чую я, что связано это. И в этом побеге виноват, уверен, Элдар. Негодник мой, только он мог пойти на это. Луриэль-то у меня тихая. Не решилась бы на это, знаю я её. А Элдар...

Алдар махнул рукой.

— К тому же ты понимаешь, что им двигало, — уже тише добавил король Мёнфиса.

Филипп кивнул. Он знал о том, что Элдар был влюблен в Эмили. Давно об этом знал. Слишком видно это было: каждый взгляд, движение, мимика об этом говорили.

Да к тому же Эмили сама об этом говорила ему. Как-то она к отцу пришла и решила поделиться своими переживаниями. Тем, что ничего не чувствует к Элдару, кроме дружеского тепла, и хочет сохранить с ним дружбу.

— Когда вы поняли, что они сбежали? — спросил Филипп.

— Утром, когда служанка пришла к Луриэль, чтобы разбудить, а там её не оказалось, как и Элдара.

— А стража?

— Ничего. Они не уходили со своего поста и не видели, чтобы кто-то уходил из замка или приходил в него.

— Упустили, значит.

— Я не понимаю только, как они их пропустили. Ну какими же нужно быть слепцами, — печально промолвил Алдар.

— Отправлял на их поиски? — продолжал расспрашивать Филипп.

— А как же! Но ничего! Получив твоё письмо о разорённой деревне в Элрейде, я испугался. Посылал несколько раз их искать, но упустили уже.

— Не могли же они далеко уйти. Если вы на лошадях ещё их искали, то...

— Ты не знаешь моего сына, Филипп. Он ещё тот хитрец, а лес наш знает как свои пять пальцев. Не удивлюсь, если где-то припрятались.

— Не знаю, что тебе сказать, Алдар. Стоит только Светлую Богиню молить о том, чтобы они в руки слуг Хаоса не попали и добрались до Эрагона с Эмили.

— Ты бы знал, как неистово я эти дни молился. Как моя любимая погибла, я за ними ухаживал, всё дал им, а они...

— Ну, всё-всё, Алдар, понимаю твои терзания, сам все эти дни так находился.

Это было правда. Филипп до собрания спал плохо и в некоторые моменты окунался как будто в небытие. Даже после собрания он не спал некоторые ночи, пока Эльвейн не дал ему настойку для того, чтобы засыпать быстрее.

Да и не один он ночами не спал. Леонора тоже находилась в тяжёлом состоянии. Как-то Филипп застал жену ночью стоящей в саду в одной сорочке. Он тогда испугался и, взяв плед, пошёл к ней.