Рунист. Волчий венец

Глава 9. Лунная ночь

Глава 9. Лунная ночь

Время шло, и земля начала терять свои краски в темноте, медленно наступавшей ночи. По вечерам и ночам всё ещё лили слабые дожди. Трава и листва ещё не потеряли свой цвет, не стали коричневыми, желтоватыми или оранжевыми. Нет, ещё рано, хоть осень уже наступила.

Солнце опустилось уже достаточно низко, чтобы окрасить небо в красный и розовый цвет. Чуть позже оно совсем потемнеет, но пока что есть у всадника немного времени поскакать верхом на буром коне-эквисме.

Шкура эквисма, огромного коня со львиным хвостом, была оттенка горького шоколада, но его раздвоенные копыта, грива, аккуратно заплетённая в косы, и львиный хвост были немного светлее, скорее тёмно-рыжими. Этот зверь был весьма странным, ведь обычно бурые эквисмы всегда однотонные, единственное, что у них отличается, так это их умные глаза. У этого же они были чернющими, сравнимые с ночью.

Всадник прижался всем своим телом к коню и крепко держался за поводья, пока его конь нёсся вперед. Конь, словно, был сам по себе, будто бы не чувствовал на вес мужчины на своей крепкой спине, будто бы им никто не управлял и он бежал от погони.

Стоило бы остановить коня, начать им управлять, но всадник этого не делал. Он не тянул поводья на себя. Почему он предпринимал никаких попыток остановить эквисма? Разгадка проста. Они оба блаженствовали. Это была редкая возможность для коня растратить свой адреналин, ведь в стойле слишком мало места для такого зверя, потому он так рвался в поля, в леса, хоть куда, лишь бы скакать до утра. Ну а наездник… Отчего блаженствовал он? От близости со своим конём, от ветра, обдувающего ему лицо, шевеля блондинистые волосы, всё-таки родная стихия – воздух.

Эквисма и его всадника всю дорогу сопровождали две белые вспышки света, за которыми тянулся рассеивающийся хвост, словно комета их преследовала. Но опасности эти вспышки не представляли абсолютно никакой, ведь он знал кто или что это, но не мог увидеть. Не каждый способен увидеть духов ветра – сильфов. Однако время может дать такой шанс, при условии, что элементалист будет работать над своей силой.

Наконец настала ночь. Эквисм уже выдохся, устал и был доволен, потому дальше стал слушался своего наездника, благодаря абсолютным повиновением за такую возможность почувствовать себя диким животным. Сильфы же как тихо присоединились к скачке, так быстро и покинули компанию бурого эквисма и его всадника.

Время пришло и рысью они направились в сторону королевской конюшни, где для коня уже было приготовлено стойло со свежим сеном и водой.

Трава, рвавшаяся от раздвоенных копыт, разлеталась во все стороны. Природа наделила этих существ такими странным внешним видом. Задние копыта отличались от передних, они были простыми, не раздвоенными. Почему? Вот ответ: передними можно нанести гораздо больше увечий, ибо они остры, а конь, в случае необходимости, атакует передними ногами.

Ворота были ещё не закрыты, недосчитались одного эквисма, а значит, оставалось ждать его и его хозяина – коня вернуть на место в стойло, а хозяина отругать за то, что так поздно вернулся с вечерней прогулки.

Опасения Аскольда не подтвердились, ибо никто их не ждал, а значит доверили ему самому закрывать стойло и конюшню в целом. Уже хорошо, меньше проблем, слишком уж он вымотался и был не в состоянии выслушивать чье-то недовольство.

Он медленно завёл Бурого в стойло, имя у коня подстать его масти, и снял с него узду с поводьями, тот стал разминать свою челюсть, пока Коляда стягивал с него чёрное кожаное седло и с такой же чёрной попоной. В этот раз ногавки он решил не надевать коню, потому что тот не давался, ему очень хотелось рвануть со всех ног куда глаза глядят. Терпением конь был обделён.

— Надеюсь, что ты доволен. Уж извини, не знаю теперь, когда мы с тобой сможем ещё раз так прокатиться, — извинился Аскольд перед конём, поглаживая его спину и бок.

Конь неодобрительно заржал и пару раз ударил своим львиным хвостом друга по спине, чтобы показать степень его обиды.

— Я возьму целый мешок конфет и мы с тобой уйдем на целый день и ночь в лес, а вернёмся только утром, — подбодрил он коня.

Бурый посмотрел своими чёрными глазами на длинноухого парня и ткнулся своей мордой в его грудь. Значит, что они договорились.

Выходя из конюшни, мужчина заметил не так далеко от него самого пробегающего белого волка. Он был уверен, что увидел не обычного волка, ибо этот был намного больше обычного, что уж говорить про исходящую от него силы, а сама Пандора Ла Фенрир.

Юноша некоторое время понаблюдал за ней и пришёл к выводу, что у девушки вечерняя пробежка в облике зверя, ибо темп был у неё монотонным, а сама она никуда не спешила, судя по всему.

Наконец девушка-волчица скрылась в Цветущем саду и Аскольд взглянул на закат.

Юноша не спешил возвращаться домой. У него было слишком хорошее настроение, чтобы тут же похоронить его в обители тишины, поэтому он направился в Регул.

Тёмные улицы и цветастые дома освещали изящные фонари, выплавленные в форме терновых ветвей, и луна, висевшая высоко в небе. Аскольд решил зайти в таверну, работающую круглые сутки, и перекусить чего-нибудь.

В знаменитой таверне «Южный Крест» никогда не было тихо. Глубокой ночью, ранним утром или в жаркий полдень – без разницы, всегда были посетители. Аскольд уселся за деревянный стол в центре зала и стать ожидать, когда к нему подойдёт официант из ночной смены, жаль, что управляющая Мина по ночам не работает, иначе её доброе лицо помогло бы Коляде чуть взбодриться.