Руны мегаполиса. Нежная. Боевой класс.

Глава 25

ГРОХОТ! Воздух буквально разорвало. Электрический разряд кроваво-синего цвета ударил прямо в грудь Тени, взрывая клубы черного дыма, искривляя пространство вокруг нее в линзы ужаса. Она отшатнулась, извергая беззвучный визг, но не исчезла. Ее контуры лишь сгустились, стали ядовито-лиловыми.
Зарычала. Звук, от которого заходились пятна в глазах.

— Лия! ЩИТ! — вопль Сайлоса. Он кинулся в сторону, уворачиваясь от когтя, прошедшего в сантиметре от его горла. Его ладони с хрустом вжались в мертвую землю, и от пальцев тут же вырвались, шипя, лианы — тёмные, плотные, колючие, покрытые узорами как у змей. Они змеей обвили Тень, сжимаясь, но та завибрировала с нечеловеческой силой, рванулась, разрывая лозы как паутину. Осколки лиан брызнули черным соком.

Паника. Моё сердце било в такт аду. Я чувствовала магию — дикую, первобытную, ревущую реку под кожей, рвущуюся наружу. И сдерживать ее больше не было сил. Не было желания. Вид Сайлоса, едва увернувшегося, Рейна, залитого потом и светом его собственной бури, толпы манекенов, шагающих вперед, и черной реки теней, затопляющей площадь…

— НЕ СМЕЙ… ТРОГАТЬ МОИХ... — выдохнула я не голосом, а всем нутром, всей яростью и страхом, и мои ладони впились в чёрную почву теневого города.—...ДРУЗЕЙ!

И земля ВЗОРВАЛАСЬ.

Сначала — резкий вопль камня, будто ломается основа мира.
Потом — рёв. Сотни Побегов, ядовито тёмно-зелёных, с алыми, как открытые раны, прожилками. Они взрывались из-под плит, пробивали асфальт, рвали кабели. Росли не просто быстро — со скоростью мысли, со скоростью боли. Агрессия стала плотью.
Кусты взрывались цветами огненно-красными, шипящими кислотой. Стебли превращались в гибкие стальные копья. Деревья-монстры ожили за секунду.

Они метнулись не просто к Тени — они ОБРУШИЛИСЬ на нее. Окружили плотным смертоносным кольцом, впиваясь в её дымчатую плоть колючками, шипами, лезвиями листьев, крича вместо меня.

Да — они кричали. Их крик был гимном разрушения.Смертоносной вибрацией магии, разбивающей стекла витрин, сотрясающей дома, эхом по камням, через металл, под ногами. Руны на стенах вспыхивали алым, не выдерживая напора.

Город откликнулся. Застонал.

Сначала — яростной дрожью, потом оглушительным ревом. В центре улицы из земли с грохотом апокалипсиса вырвалось ЧУДОВИЩЕ — огромное растение, будто смесь стального дерева и цветка-хищника. Оно раскрыло пасть-цветок, источая удушливый яд и фосфоресцирующую пыльцу. Его шипы были длиной в человеческий рост.

Тень взвыла — нечеловеческий, многослойный вопль отчаяния и ярости.Пустота.

Рейн вскинул руки, собрав всю решимость, всю боль, и двойной разряд молнии голубого пламени ударил — не в Тень, а в основание моего чудовищного растения, подпитывая его неистовой энергией! Гром прогремел, как финальный аккорд бога войны.

Сайлос не растерялся. Его руки взметнулись, и из земли рванули НОВЫЕ лианы — не темные, а мерцающие серебром защиты. Они не атаковали Тень, а ОПЛЕЛИ мои буйные растения, как броня, направляя их ярость, усиливая связь. Его амулет пылал изумрудным пожаром. Он посмотрел на меня, глаза горели огнем веры и отчаянной надежды, и крикнул, перекрывая грохот:
— НАПРАВЛЯЙ ИХ, ЛИЯ! В ЦЕНТР! РВИ ИХ!

Я СТИСНУЛА ЗУБЫ ДО ХРУСТА. Всё тело пылало, как в кузнице. Я не чувствовала боли — только МОЩЬ. Пульсацию вселенной.
Пыльца висела в воздухе, словно огненная снежная буря, ослепляя, прожигая. Растения не драли тень — они ПЫТАЛИ ее. Срывали её форму клочьями тьмы, вырывали из неё звуки, похожие на шёпот проклятий и чьи-то забытые имена.

И вдруг…Тень не просто рванулась вверх. Она ИСПАРИЛАСЬ. Растворилась в воздухе, оставив после себя лишь вонь озона и горелой плоти.

Грохот стих. На мгновение воцарилась глухая, звенящая тишина. Мы стояли в центре города, затянутого мраком и иллюзией, среди искореженных манекенов, распотрошённых лианами, среди бушующей, не утихающей магии. Мои растения тяжело дышали, шипя паром, их лезвия-листья все еще дрожали от ярости. И тогда, где-то в самом центре, в сердце этого кошмарного города, прозвучал КРИК.

Один. Длинный. Нечеловечески страшный. Скрежет металла, рев раненого титана и шепот тысяч потерянных душ.
Он шёл не изо рта, а будто из самой земли. Из камней. Из воздуха. Из нас.
Мои растения вздрогнули всем телом, как от удара тока, дёрнулись в судороге, их листья почернели на глазах. Что-то слышали. Что-то узнали.
Я почувствовала, как магия снова взметнулась в груди, захлестывая, почти разрывая изнутри.

— Это… он, — прохрипел Рейн, вытирая кровь с разбитой губы. — Тот, кто всё это держит. Архитектор Распада...

Сайлос был мертвенно бледен, его амулет треснул, изумрудный глаз погас. — Мы… не просто разбудили. Мы ударили по нерву.

И я вдруг с ледяной ясностью поняла — мой крик, этот взрыв магии, буйный рост — это не просто сила. Это вызов.
Ключ.
Тот, кто был в центре теней — услышал. И ОТВЕТИЛ. Его взгляд был теперь на нас. И он был голоден.