Руны на шевронах

Глава 10

После торжественного парада я окунулся в боярские будни. Сразу от близости с Катей перешёл к делам. Официально позвонил в ректорат и попросил встречи. Мне ответили, что ректор примет боярина Большова завтра в десять до полудня.

Дальше завтрак. За едой я сказал Мухаммеду и Авдею, что они мне не всё рассказывают.

- Ну, так папка должен был тебе всё сказать, - уплетая яичницу с колбасой и сыром, резонно пробурчал Авдей.

- Тем более нечего было тогда говорить, - поддержал его Мухаммед. – Убил бы тебя тот поп, и всё на том.

- А сейчас? – терпеливо молвил я, отпив апельсинового соку.

- Да ты и без нас можешь узнать, - махнул вилкой Авдей.

- Я хочу услышать всё от вас, - сказал я твёрдо.

- Ну, - заговорил нехотя Мухаммед. – Думали все, что у бати твоего магия на пистолеты. Одни не верили, проверяли. Другие верили и проверяли его на шпагах.

- Четыре боярина и двенадцать магов проверили, - добавил Авдей. – Похоже, что передалась тебе папина магия.

Катя, забыв жевать, переводила взгляд с одного на другого. Я учтиво протянул ей салфетку и сказал:

- Это хорошо, только тренироваться всё равно нужно.

- Насчёт шпаг к Катерине, - проворчал Мухаммед. – Мы только с пистолетами.

- И тебя учить пистолетам… - позволил себе улыбку Авдей. – Наше-то дело маленькое – просто поймать твою пулю. А дальше сам.

На это замечание я лишь важно покивал, Катя вытерла блузку, и далее завтрак прошёл в пристойном молчании.

Уселись мы на политинформацию в гостиной. Катя сменила блузу и успела сказать несколько слов по-английски, как пришла Миланья и сообщила, что звонит некий Серёжа, я должен его помнить. Вот он просится на немедленную встречу. Я велел ему передать, что жду его в течение часа, и Миланья вышла, а Катерина продолжила урок.

Вскоре к нам присоединился Сергей Жучирин. Миланья проводила его в гостиную, а я молча указал ему на диван. Серёжа тихонько прошёл на диванчик и принялся внимательно слушать Катю.

Она не просто так перевела всю свою подписку на мой адрес, почти два десятка европейских газет и журналов. Когда Миланья их увидела, смогла только горестно вздохнуть, выразиться словами ей воспитание не позволяет.

Катерина всё обязательно просматривает и читает кое-что, если хватает времени. Её политинформация не содержала в себе официального мнения совета княжеств по выработке мнений в частности и вообще идеологии.

Катя для начала просила нас представить себя обычными европейцами и давала нам европейскую картину мира. А потом озвучивала немного статистики. Какая, примерно, доля публикаций касается Гардарики. Сколько среди них информации позитивной, нейтральной и негативной. И преподносила ту же статистику в динамике, по месяцам и по годам.

Авдей с Мухаммедом выражали приличную скуку, они не всё понимали по-английски, потому в целом с Катей соглашались. Катерина от них большего не требовала – присутствуют мужики и на том спасибо.

Я же слушал её с интересом, хоть и тоже с непробиваемым лицом. Всё-таки забавно узнать, как изменился мир за какой-то месяц! Хотя он и не изменился – мир, походу, никогда не меняется.

Но это удивительно мне русскому боярину, да ещё и после месячной практики, а рядовой европеец даже не заметит, что пичкают его русофобией во всё больших дозах, что, ни одна страна при всём желании не может быть столь же ужасной, как упоминаемая к месту и просто так Гардарика. И русские просто не могут быть настолько хуже их самих при всём тоталитарном воспитании.

У большей части европейцев зреет мнение, что против этаких злодеев позволены многие методы, если не все. Меньшая пока часть уже возмущена, почему эти методы не применяются к Гардарике, а для неких экстремистов Гардарика и русские стали воплощением всё побеждающих «плохих парней во дворе» и они скорее им симпатизируют. Причем, это только частные мнения. Все изречения официальных лиц полны миролюбия к Гардарике и уважения к русскому народу.

Мне без комментариев ясно, что это «жу-жу» неспроста, что уровень русофобии в обществе кем-то умело задаётся, и он растёт потихоньку последние годы. Пока этот уровень не пересёк «официальной» планки, но к ней этот некто ведёт всё уверенней. А за ней…

- Какие-нибудь вопросы? – спросила Катерина по-английски.

- Вопросов нет, спасибо тебе, - сказал я. – Пошли в кабинет, Сергей что-то хочет нам сказать.

***

В кабинет мы прошли для серьёзности, боярин же не может говорить с такими Серёжами в гостиной! И Авдею с Мухаммедом совсем неинтересно, о чём их боярин говорит в кабинете. У них другие задачи, попроще.

Занял я своё кресло за столом, Катя уселась на край стола сбоку, а Сергей расположился в гостевом кресле.

Он прокашлялся и глухо заговорил:

- По канону мы должны искать к тебе подходы. Считай, что моя служба вернулась к канону…

- А дуэль была вашим экспромтом? – уточнил я ровным тоном.

- Да, - кивнул бледный Сергей. – Я пришёл к своему руководителю с проблемой, и он пошёл мне навстречу. Бывший руководитель себя переоценил.

- Но он же не просто так пытался решить твои проблемы? – спросил я.

- К этому я и веду, - сказал Серёжа. – По его приказу я создал фонд, два миллиона рублей. Он предназначен для создания на его землях оборонных заводов. Когда вопрос с тобой был бы закрыт, я епархии фонд бы просто подарил.

Я сложил пальцы у подбородка и задумался. Спустя секунду задумчиво заговорил:

- Теперь мне достаточно просто потребовать у думы все его земли не сельскохозяйственного назначения. Ты ведь чётко прописал назначение фонда, за этим проследила епархия, и тебе не потратить ни рубля налево. Заводы будут построены, но без войны их продукцию трудно продать. Я могу всё отжать за арендную плату. Но ведь ты зачем-то рассказал мне о своём фонде. Без него я бы забрал пашни и луга покойного.

- Схватываешь на лету, - уважительно сказал Серёжа. – Только забыл подумать, что, хоть земля отошла от епархии думе – дуэльный кодекс не переплюнуть, фонд всё равно должен платить за аренду тех земель думе или новым боярам. Поэтому я пришёл к тебе.