Русалки пленных не берут

Глава пятая. Об опасностях больших городов

Хуже, чем врагу Великого хана, приходится только лишь его другу

Народная мудрость.

Если быть до конца честной, то я не то что испугаться, я даже оглянуться не успела на того, кто меня якобы поймал. Услышала лишь:

– Теперь не сбежишь, паршивка.

А затем глухой удар, сдавленный стон и ворчливый голос Джока:

– Сироту обижать? Вот уж вряд ли, паря. Кроха, ты в порядке? Он тебя не сильно испугал?

– Не сильно, – на выдохе ответила я и с недоумением глянула на растянувшегося у моих ног мужчину.

Он был франтом. Укороченный фрак, брюки в тонкую полоску, голубой жилет с пуговицами из полудрагоценных (или не полу?) камней, до блеска отполированные ботинки, а в довершение образа модника – элегантная трость с набалдашником в виде головы орла и чёрный цилиндр. Впрочем и трость, и цилиндр сейчас валялись в пыли на мостовой, как и сам франт.

Пока я рассматривала поверженного Джоком неудачливого ловца беглых русалок, из таверны на шум выбежали подавальщицы.

Первая молча прикрыла рот ладонью, а вторая испуганно вскрикнула было:

– Уби-и… – Но наткнулась на тяжёлый взгляд мельника и последовала примеру своей подруги.

– Что здесь происходит?

Вслед за подавальщицами из «Золотого кубка» вышел молодой мужчина в мундире городского стража. (Хорошо что не сам Бран Ворд!). Ему хватило одного мгновения, чтобы оценить ситуацию.

– Проклятье! – выругался стражник, и лицо его исказилось в брезгливой гримасе. – Это же Роберт Харди. Он дышит? Джок, старина, теряешь хватку. Ударь ты его чуточку посильнее, и ты избавил бы графство одной из главных своих заноз... Ну, не моргай! Заноси его внутрь скорее, пока нас никто не увидел!

Джок беспрекословно схватил франта за шиворот. Модный фрак протестующе застонал, да и сам модник издал какой-то булькающий звук и приоткрыл правый глаз. Глянул на Джока, на стражника, на бледных подавальщиц. Затем остановился на мне. И только после этого Роберт Харди открыл и левый глаз, который ещё не успел заплыть, но вокруг него уже появились приметы будущего «монокля».

– Кристина Мэйтлэнд, урождённая Уилинне… – Вот тут я действительно испугалась. Потому что мужчина говорил уверенно, так, словно на самом деле меня знал. – Именем Его величества…

Джок чуть приподнял франта над землёй, и тот захрипел, хватаясь рукою за горло:

– Пус-сти, с-садыхаюссс…

Мельник нехотя разжал пальцы, и Роберт Харди вновь упал на землю. Полежал с минуту, отчаянно кашляя, но на ноги встал самостоятельно. Нагнулся, чтобы поднять трость и цилиндр, снова глянул на меня, сжал в тонкую линию пунцовые губы. Сплюнул.

– За нападение на представителя власти предусмотрен срок от пяти лет в работном доме до каторги, – заметил он, глядя на меня так, словно это я его тут по мостовой валяла. Да я на три головы ниже ростом! – Помимо всего прочего.

– С каких пор охотник за головами является представителем власти? – лениво уточнил человек Брана Ворда. – Боб, ты ври, да не завирайся.

Ничуть не смутившись Харди пожал плечами.

– Но девку-то я поймал, – сказал он. – И по закону мне положена награда. Очень неплохая кстати.

Он вынул из кармана своего жилета сложенный вчетверо листок и протянул его стражнику.

– Что это?

«Этим» оказалась листовка, в самом верху которой большими буквами было напечатано «Разыскивается ЖИВОЙ!!!», а сразу под надписью располагалось изображение преступника.

Конкретно в этом случае – преступницы.

– Кристина Мэйтлэнд, – вслух прочитал стражник. – Урождённая Уилинне. Разыскивается живой. Вознаграждение…

Он присвистнул и с интересом посмотрел на меня. Снова перевёл взгляд на листовку, сверяя, так сказать, оригинал с копией. Копия была весьма удачная. Точно такую же я изъяла у купившего меня сутенёра. Интересно, где он всё же прятал второй дагеротип?..

– Хорошее вознаграждение, – наконец, проговорил стражник. – Жаль, что в этот раз, Боб Харди, ты не получишь ни кроны. Потому что, во-первых, девушку зовут Вильгельмина Маккензи, и её личность пять минут назад подтвердил не только присутствующий здесь её родной дядька, но и мой непосредственный начальник господин Бран Ворд, а также мистер Джереми Томас, являющийся действующим бургомистром Бигтауна.

Охотник за головами громко рассмеялся, приняв слова стража за неплохую шутку, но, присмотревшись к нашим серьёзным лицам, недоверчиво тряхнул головой.

– Врёшь!

– А во-вторых, на дагеротипе совершенно другая девушка. И слепому видно, что они ни капельки не похожи. Ведь правда?

По правде говоря, слепой бы с лёгкостью заметил, что у преступницы на дагеротипе моё лицо, глухой расслышал бы издевательские нотки в голосе стражника, а последний идиот догадался бы, что между представителями власти и охотниками за головами не одна чёрная кошка пробежала.

И честно скажу, не знаю, чем бы это всё закончилось, не вспомни я всё же о том, что Духи наделили меня голосом.