Русалки пленных не берут

Глава 8. По секрету всему свету

«Хранение секрета – это такое сложное дело, что некоторые люди, боясь не справиться в одиночку, вынуждены принимать помощь посторонних»

Из дневника Вильгельмины Маккензи

Лёгкий завтрак в доме Отиса и Марджери Уорренов больше походил на торжественный обед во дворце Великого Хана, чем на трапезу в доме провинциального бургомистра.

Кружевные блинчики, такие тонкие и солнечные, что у меня немедленно рот наполнился слюной, хоть я и не была голодна. Свежие ароматные булочки, румяные пироги, вазочки с вареньем и взбитыми сливками, орешки в карамели, засахаренные фрукты, графины с прозрачной водой, в которой плавали кусочки лимоны и мята. И тут же на белоснежном блюде жареные куропатки. Фаршированная рыба. Гречка в симпатичном фарфоровом горшочке. Даже супница, над которой вилась струйка едва заметного пара...

Откуда-то – подозреваю, что из спрятанного в неглубокой нише патефона – лилась приятная музыка. А во главе стола, расстегнув жилет и переплетя над круглым животиком пальцы, довольно жмурился Отис Уоррен.

– Не хватает только слуг с опахалами, одалисок в шёлковых нарядах да избалованных наложниц, – даже не пытаясь понизить голос, объявила Дафна. Она, по всей вероятности, тоже вспомнила рассказы о легендарных пирах во дворце Великого Хана. – Стесняюсь спросить, вы всегда так завтракаете или только по воскресеньям?

Щёки Марджери залил смущённый румянец.

– Это я немного перестаралась, – виновато улыбнулась она. – Очень хотела вам угодить. Вот и велела слугам нести на стол всё, что есть.

– Очень любезно с вашей стороны, – краснея за Дафну пролепетала я. – Но нам бы хватило и чашечки чая...

– Но и от пирожков мы не откажемся, -- брякнула моя громогласная подруга, на корню зарубив мои жалкие потуги показать хозяевам, какие мы скромные и вежливые. -- Чего добру пропадать?

Бургомистр довольно крякнул и махнул слугам, отсылая их из столовой.

– Мардж, дорогая, – обратился он к супруге, – обслужишь сегодня наших гостий сама? Разговор предстоит очень серьёзный, и лишние уши нам не нужны.

– Конечно, милый. – Марджери поднялась со своего места, но тут уж возмутилась даже Дафна.

– Мардж, голуба моя, мы же вроде договорились быть подругами, – пробасила она. – Какие могут быть церемонии между своими людьми? Мы с Мак всю жизнь сами себя обслуживали. Справимся и теперь. Чего уж там...

– Пожалуйста, – добавила я.

Марджери на мгновение свела брови над переносицей, а затем кивнула и широко улыбнулась.

– Чаю, Мак? – спросила она, моментально переняв у Дафны привычку сокращать мою фамилию. – Я ведь могу вас так называть, дорогая?

– Конечно, Мардж. -- ответила я сразу на оба вопроса. -- Чашечка чая мне определённо не повредит.

Ещё какое-то время мы потратили на вежливые, ничего не значащие фразы, а затем, когда первый голод был утолён, бургомистр заговорил, понизив голос:

– Леди, вы впервые в Литлвиладже и не можете знать о том, как долго и безуспешно я боролся за то, чтобы мне разрешили открыть в городе магическую школу.

Мы с Дафной переглянулись.

Мардж печально вздохнула:

– Земля наша магами небогата, что правда, то правда.

– Тем более надо их беречь, – оживился бургомистр, и по яркому огню, загоревшемуся в его глазах, я поняла, что данная тема в этом доме поднимается не впервые. -- Как мы бережём всех наших горожан. Мой дед берёг покой литлвиладжцев, батюшка мой заботился о них, как о собственных чадах… И я не опозорю их в глазах общества.

-- Конечно нет, милый.

-- Да и по какому праву мне запрещают работать во благо горожан… Почему об одн их позволяют радеть, а на других приказывают закрыть глаза? Несправедливо… Вот взять хотя бы Коннора Хару. Он в восьмом поколении землевед. Отец его землеведом был, прадед, сына он с малолетства по лугам водит. Учит. Да не его одного. С дюжину учеников набрал… Опыт передаёт. Понятно, что секреты он только сыну раскроет, но и ученики не в обиде. Жалованье им городская казна положила хорошее, да и Хара мужик не из злых, за волосы не таскает да розгами не учит. Грех жаловаться.

– Они и не жалуются, – улыбнулась Мардж.

– А потому что не на что! – Бургомистр поднял вверх указательный палец и откинулся на спинку стула. – Они всем довольны. А когда человек всем доволен, он с насиженного места не срывается и не бежит сломя голову в чужие края, в поисках лучшей доли. Правильно я говорю?

– Готова подписаться под каждым вашим словом, – кивнула Дафна, но её, кажется, услышала лишь я.

– К тому же люди это всё нам не чужие. Свои. Литлвиладжцы. А о своём нужно заботиться. Беречь. Так почему, я вас спрашиваю, землеведов и фермеров мы бережём, об аптекарях заботимся. Алхимику лавку обновили. Некроманту дом перестроили…

Мардж кашлянула, а когда её муж замолчал, бровью обозначив удивление, проговорила:

– Стоит заметить, что и алхимик, и некромант у нас из приезжих…

– А я о чём говорю! – вспылил бургомистр. – Были бы свои, за чужими бегать не пришлось бы…