Русалочка. Сорву свадьбу (не) наследного принца

Глава 7

Выразительная внешность – высокий и стройный, со скуластым загорелым лицом и далеко посаженными зелеными глазами. Такие глаза раз увидишь – не забудешь, они смотрят холодно, но внимательно и внушают непонятное благоговение.

Густые темные волосы падают на плечи. Небритый и лохматый, в поношенных штанах и рубахе с широкими рукавами, с расстегнутой доброй половиной пуговиц, он такой как надо. Гармоничный. Кажется диким и сильным, пережившим много боли, но не сломленным. Отчаянная часть меня хочет его коснуться, не знаю зачем, но хочу… Потрогать растрепанные волосы, провести по прямому носу, по острым скулам, а потом и по мускулам на груди. Сглатываю, переводя взор с его тела на ногу, точнее на то, что было когда-то ногой, а теперь превратилось в деревянную палку.

– Всех одноногих – в пираты, – говорит мой сокамерник с ухмылкой. – Закон такой.

– Ч-что? – смущенно смаргиваю я.

– Это шутка. Решил разрядить обстановку, а то ты так пялишься.

– Я не пялюсь…

Конечно, пялюсь. Да потому что больно видеть у красивого человека изъян! Интересно, как он потерял ногу?

– За что тебя посадили? – спрашиваю я.

– Не поверишь, – наклоняется ближе. – За пиратство.

– Так ты в самом деле… – не договариваю, потому что это даже звучит дико. Пират?

– Что тебе сказал золотоглазый? – спрашивает пират серьезно.

Теперь из его голоса исчезает даже намек на насмешку, а я чувствую себя как на допросе. Нет, вы не подумайте, я никогда раньше не была на допросе… но сейчас все очень на него смахивает.

– Ты точно пират? – спрашиваю я. – Может, ты специально втираешься ко мне в доверие, притворяясь преступником, а потом раз и окажется, что ты один из них.

– Из кого из них?

– Ну из этих всяких… – запинаюсь, ища подсказку, – может, ты стражник?

– Я в тюрьме, как и ты.

– А может все это подстроено и на самом деле…

Зажмуриваю глаза, останавливая поток мысли, пока не наговорила лишнего. Конечно, он не пират, может, тоже кто-то из секты. Может, он вообще заодно с золотоглазым? Не ясно, кто он, но верить нельзя.

– Отвечай уже, – приказывает пират.

А вот и не стану отвечать. Ишь он мне приказывает.

– Отвечай!

Грубо. Слишком грубо. Внутри все переворачивается от его тона.

– Ну тот парень пришел ко мне… – бормочу, – пришел ко мне на свадьбу, то есть не мою свадьбу, но не важно, и начал говорить всякий бред про миры и путешествия во времени.

Стоит ли вообще об этом рассказывать? Если я продолжу говорить о золотоглазом серьезно, то тут и с ума сойти не долго. Никаких других миров нет. Это обман. Обман же? Глаза снова смотрят на деревянную ногу. Неужели этот парень и правда пират?

Я в очередной раз осматриваюсь и с ужасом осознаю, что все происходящее… это моя новая реальность. Смотрю на трясущиеся руки.

– Продолжай! – говорит пират громче. – Что золотоглазый сказал про миры?

– Не кричи на меня, – мой голос дрожит, и я понимаю, что вот-вот заплачу. – На меня и так слишком много всего навалилось, а теперь ты еще кричишь! Я запуталась, что правда, а что ложь. Я как будто во сне, но нет и…

– Эй, ты чего?

– Ничего, просто не надо кричать на меня и…

Во рту солоно. Я облизываю губы, осознавая, что плачу.

– Я только спросил, – говорит пират тише, но меня уже не остановить.

– Я простая девчонка, – причитаю я, захлебываясь слезами. – Я даже университет еще не закончила, меня не готовили к проклятому средневековью и перемещению между ми-мирами. Ничего не понимаю, не знаю где оказалась, одна-одинешенька-а-а-а… – я все продолжаю, окончательно засмущав пирата. – Бедненькая сиротинушкаааа, одинешенькаааа… И никого-то у меня не осталось! Обманул золотоглазый меня-я-я.

Хотите верьте, хотите нет, но я не плакса. Честное словно, не плакса, просто не каждый день перемещаешься в пространстве и времени, так что грех не пустить слезу.

– А потом стражники еще бежали за мн-о-ой! – рыдаю я. – А я не виновата. Они так смотрели….

– Успокойся.

– Не могу-у-у…

– Ну хватит уже, всякое бывает.

– И ты еще кричи-и-ишь! Зачем ты кричи-и-ишь?

– Да не кричал я…

– Ну вот опять кричи-и-ишь…

Сквозь пелену слез вижу, как неловко отводит глаза пират, совершенно не зная, что со мной такой эмоциональной делать. Да я и сама без понятия, что с собой делать. Выпить бы валерьяночки для начала.

– Иди сюда, – негромко, но четко говорит пират, и я слушаюсь.

Пират мне не друг. Не друг. Но ноги сами идут к нему, а глаза смотрят с надеждой. Дурдом, честное слово. Я в камере, за решеткой одноногий пират-красавчик, и я-дура дурой верю, что он сейчас решит все мои проблемы. Так же бывает в сказках! Вот только моя жизнь никогда сказкой не была.

Пират протягивает руку, я и хватаюсь за нее, как за спасательный круг. Большая рука, теплая. Грязная правда и мозолистая, но мне плевать. Главное в этой руке я чувствую силу.

– Ты будешь в порядке, – пират говорит еще тише. – Я вытащу тебя отсюда.

– Откуда? Из тюрьмы или из… – рвано вдыхаю и расхожусь еще более горькими слезами. – Или из этого ми-и-ира?

Он берет меня за другую руку и притягивает к себе.