Русалочка замуж (не)желает. Принцев не предлагать!

Глава 22

Немая сцена, разыгравшаяся сразу после признания принца, могла поспорить по театральности и накалу страстей с «Ревизором». Кажется, участники беседы даже дышать перестали: король широко распахнул глаза, а его брови устремились к затылку, у распорядителя отвисла челюсть, и даже внешне бесстрастные стражники вдруг утратили обычную холодность и теперь походили на кумушек, услышавших интересную сплетню.

— Кхм… — прокашлялся господин Игор, пытаясь вернуть своему голосу обычную церемонную сдержанность. — Я вынужден сообщить, большинство невест уверены, что заморозка дочери шейха как раз дело рук именно этой немой девицы, которую подобрали на берегу рыбаки.

Он кивнул в сторону комнаты восточной красавицы.

— Говорят, что она притронулась к заледеневшему фонтану, вобрав в себя разрушительную магию холода. Боюсь, что она может причинить вред и остальным, поэтому, возможно, необходимо поместить её в темницу! — недобро продолжил он. — Ваше Высочество, не лучше ли вам обратить свой взор на более достойных и подходящих кандидаток, которые не имеют столь неоднозначной репутации и являются представительницами уважаемых семей. Ведь не пристало наследнику империи обращать своё внимание на немое морское чудище.

От злости я сжала кулаки так, что даже костяшки побелели… Хотя чего ожидать, всё так же, как и в моём мире: каждый пытается продвинуть свою креатуру, усадить в высокое кресло кого-нибудь из родственников. Так что чего удивляться, что распорядитель надеется сосватать свою доченьку на принца?

Даже через замочную скважину было заметно, как на щеках Тирена вспыхнул кирпичный румянец, челюсть упрямо и гордо выдвинулась вперёд, а густые брови сошлись к переносице. Во всей атлетичной фигуре красавца читалось раздражение и напряжённость.

— Боюсь, что наш мудрый распорядитель прав… — спокойно и миролюбиво заявил король, беря за руку сына и отводя его чуть в сторону. — Конечно, мы не будем заточать девушку в темницу, по крайней мере, пока не разберёмся с происходящим. Если найдутся неопровержимые факты, подтверждающие её вину, то лишь тогда вернёмся к этому вопросу. А пока предлагаю изолировать её в восточной башне для её же безопасности.

Тирен хотело было что-то возразить, но правитель уже грациозно вскинул руку и щёлкнул пальцами, а стража в золотых доспехах в ту же секунду направилась к моей двери, считав приказ хозяина даже без слов. Я едва успела отскочить, чтобы не получить массивной створкой по лбу, и попыталась сделать максимально невинный вид, будто не подслушивала только что беседу.

— Вам придётся пройти с нами! — дежурно-вежливо, но равнодушно произнёс здоровяк с богатым плюмажем, который, судя по всему, был начальником дворцовой стражи. Сейчас он мне чем-то напомнил Шварценеггера из терминатора: такой же безжалостный, несокрушимый и идущий к своей цели, несмотря ни на что. Даже если я попробую вырываться или оказывать сопротивление, просто перекинет меня, как мешок картошки и отнесёт туда, куда прикажут. Ну уж нет, не доставлю такого удовольствия. Спектакля не будет!

Я очаровательно улыбнулась и обвела рукой комнату, пытаясь донести, что мне необходимо собраться. Терминатор шевельнул ушами, что, возможно, означало непростую работу мысли в его голове, а затем молча кивнул.

В принципе, у меня и вещей-то особых не было: смена белья, платье, халат, туалетные принадлежности и, конечно, всё необходимое для письма. Для меня перо и бумага могут быть единственным коммуникации с внешним миром, по крайней мере, с его грамотной частью.

Когда вышла в коридор, где возле моей двери замерли безмолвными грозными фигурами стражники, там уже не было никого кроме них. А я так надеялась, что смогу хотя бы обменяться взглядом с принцем. Уверена, что наш зрительный контакт был бы важнее и понятнее любых слов. Ведь не просто же так он сказал, что его сердце бьётся чаще, когда думает обо мне.

Ох, Люся, неужели ты веришь легкомысленному мажору-красавчику? Ты же взрослая мудрая женщина? Но то ли гормоны молодого тела, то ли местный климат, то ли наивная девичья вера в чистую любовь с первого взгляда, которую так и не смогла в себе искоренить, требовали, неистовствовали и приказывали перестать сомневаться и позволить себе влюбиться в Тирена.