Русская Неутопия

Глава семнадцатая

То, что нравилось Саше в этом новом мире, так это возможность дистанционно поговорить со знакомыми друзьями, словно это происходило в реальности. Возможно, когда-нибудь получится так же поговорить и с общинниками, когда им проведут связь. Главное, там нет Ионовых и Прохорова. А сегодня беглецы из «Далекой Радуги» собрались вновь вместе. Молодежь присутствовала не вся, но семья Лешковых была в полном составе. Для общей беседы можно было выбрать разные варианты, в том числе загородный дом. Они выбрали тему «минимализм». База оказалась похожей на пункт временного содержания в Кедрово. Простые домики на берегу озера и большая беседка, в которой все разместились. Беглецы из «Далекой Радуги» поделились своими успехами. Они с удовольствием посмотрели ролик про военные сборы, сжатый ИИ до пяти минут. Катя настояла, чтобы Саша выложил в Сеть. Вообще им выслали много видео, которое было профильтровано военным ИИ на предмет секретности. И те куски, которые разрешили, высылали участникам сборов. Лешковы расспросили про то, как Саше удалось раскрутиться со стульчиками. Получалось, что их семья быстрее всех приспособилась и оказалась самой успешной. Например, молодежь работала по программе «Добровольческого Молодежного Корпуса», а там много не заработаешь. Правда, можно бесплатно учиться на хорошие профессии. Девушка Ира находилась в Кедрово, дожидаясь последний месяц до дня рождения. Из-за скандала с бегствами с других Отказников, комиссия заняла выжидательную позицию и оставила всё как есть. Тест на совершеннолетие ей делать не стали. Лешковы пока жили на даче у родственников. Петру удалось найти работу в области, где он работал вахтовым методом.

В разговоре участвовали и Вова с Машей, но не высидели долго и отключились. В комнате остались только Саша и Катя. Беседа завершилась уже затемно.

– А что за книга, про которую говорила жена Лешкова? – Спросил Воронин.

– Ну, ты же не смотришь, что я там выкладываю, – ответила Катя и прикусила губу.

- Я занят другими делами, ты прекрасно знаешь. Вот, например, всю неделю был в лагере с детьми. Я помню, что ты говорила насчет советов психолога Фонда…

- Нам бы следовало туда вместе сходить.

- Так тогда надо определиться, что важнее, деньги или к психологу сходить? У меня заказов куча и еще сборы вот эти…

- Всё важно.

- Но быть одновременно в разных местах я не могу. Вот сейчас у меня есть время. Но если ты расскажешь всё сама, будет быстрее.

Саша чувствовал, что жена дулась на него, но при этом понимала, что неправа. Она помолчала около минуты.

- Ладно. Психолог подсказала, как можно с моими снами разобраться. Вначале запомнить я не могла. Но поставила на запись звука мультифона. И потом на основе своих ночных возгласов стала вспоминать отрывки снов. Решила, что буду рассказывать их содержание у себя на странице. В общем, один писатель предложил написать совместную книгу на основе моих снов. Я ему рассказываю, он вопросы задает, и получаются рассказы. Он с помощью ИИ пишет. Сейчас так все делают. Общую канву записывает, а ИИ это перерабатывает в нужном стиле. Потом он проверяет на логичность текста. Может, я потом сама так научусь.

Саша почесал лоб.

- Я почитаю. Скинь прямо в личку, пожалуйста.

Катя довольно улыбнулась.

- Нам еще бы сходить на игротерапию.

- В фонде психолог кто?

- Там их несколько, я у Ларисы Игоревны.

Воронин вспомнил про батюшку, который звал к себе на прием, как психологу. И подумал, что это будет забавно.

Церковь в Нагорном была новоделом родом из девяностых-нулевых. Старая церковь, говорят, была деревянной и не сохранилась при Союзе. Новую строили долго и закончили уже во время Антиамериканской Войны. Собор сделали в стиле классицизма девятнадцатого века с большими мощными сводами и высоким куполом и колокольней. Подворье построили в похожем стиле, но уже попроще и не с таким размахом. При входе в храм, как водится, стояли какие-то попрошайки. У подворья обнаружилась табличка о днях и часах приема психологической группы. Их встретила женщина в длинном темном платье и платочке. Катя была с непокрытой головой и напряглась.

- Это не церковь, тут можно, – женщина улыбнулась, - Вы к отцу Алексию на группу? Александр и Катерина?

- Да. – Ответила Катя.

Саша кивнул.

- Проходите на второй этаж по лестнице.

На втором этаже располагался зал размером со школьный класс. Там даже были столы и доска. Но столы раздвинуты к стенам, а стулья расставлены полукругом. На них уже сидело пятеро человек. Двое мужчин и три женщины. Возраст был самый разный. Самой молодой явно меньше тридцати. А одной женщине за шестьдесят.

Все сразу представились друг другу, и в зал вошел отец Алексий. Одет он был в обычную одежду: джинсы и черную футболку с белым логотипом местной футбольной команды «На горе». Чувствовалось, что ему жарковато. Батюшка, оттопырив ткань футболки, провентилировал ее быстрыми движениями.

- Добрый день, братья и сестры и товарищи! Я вижу, вы уже познакомились, поэтому начнем. С богом.

Сам батюшка перекрестился, и три человека сделали то же самое. Но одна женщина и тощий мужчина в очках по имени Илья – нет.

Никаких нотаций или лекций им не читали. Как в случае с работниками Службы Социального Развития, батюшка провел несколько игр. Вначале они размялись, сыграв почти в детскую игру, рассказывая о себе одним словом. Потом было еще что-то с передачей друг другу мячика с игрой слов. После чего все развеселились. Все это выглядело как развлечение, пока не началась серьезная часть.

Вначале они играли ситуацию конфликта в семье, когда муж и жена разводятся. При этом часть играла детей, а часть – взрослых. Саше и Кате достались роли детей. Игра не имела никакого четкого сценария. Отец Алексей только иногда задавал наводящие вопросы. Конфликт закончился тем, что дети остались у бабушки с дедушкой. Потом была игра, где отец постоянно пытался управлять дочкой, а она сопротивлялась и в итоге сбежала из дома. Катя играла подругу дочери. Саша играл приятеля дочери. Третьей игрой была ситуация, когда после развода мать нашла другого мужчину, а сына отдала на воспитание своей маме. Саша играл отца ребенка, которого лишили права общаться. Катя была бабушкой ребенка. После чего Воронин стал что-то подозревать. Он ощущал, что внутри нарастает волна какого-то возмущения. И в то же время это возмущение словно вытекает куда-то из него и становится легче. Когда все стали расходиться, Саша сидел, закрыв лицо руками. Катя была рядом и нервно кривила рот, перебирая пальцами. Получилось так, что все вышли. Батюшка вежливо распрощался с терапевтической группой, и они остались одни. Он как будто понимал, что сейчас будут вопросы. Или так было задумано?