Русская Неутопия

Глава девятнадцатая

Привычный темп жизни настраивает на то, что обычно всё идет «как надо». Поэтому, когда происходит что-то неожиданное, поначалу не веришь. Вот и сейчас Саша не мог поверить Кате, что Лёня и Вика куда-то запропастились. Было уже почти десять вечера. Он возвращался из мастерской так поздно, потому что решил доделать срочный заказ сегодня. Завтра журнальный столик с кривыми ножками из стволов должен забрать дрон быстрой доставки.

- Зайди к Викиной однокласснице Даше, определитель показывает, что они там. Я позвонила, но они не отвечают. А тебе на велосипеде ехать туда минут десять всего.

- А ты не звонила Даше или её родителям?

- Нет, лучше их накрыть тепленькими. У меня подозрение, что они задумали какую-то ерунду.

Саша посмотрел через программу родительского контроля, где располагались маркеры детей, и перекинул адрес в навигатор.

- А что говорят Вова и Маша?

- Маша была дома, рисовала, а Вова видел их последний раз на стадионе, когда они смотрели на матч по волейболу.

- Может сами припрутся?

- Не уверена. И надо приучать, чтобы спать раньше ложились. Через день начало учебного года.

Саша уже катил по адресу. Мимо проносились освещенные фонарями опустевшие улицы. Днем было еще тепло, но к ночи становилось прохладнее. Лето завершалось. Викина одноклассница Даша жила на другом конце Нагорного, так же в частном секторе. Воронин остановился перед добротным каменным забором, за которым находился большой двухэтажный дом, и позвонил в звонок домофона. За забором затявкала какая-то псина.

- Кто там? – Послышался веселый мужской голос из домофона.

- Меня зовут Александр Воронин, я опекун Виктории и Леонида, программа показывает, что они в гостях у вашей дочери Даши, а сами они не отвечают.

- Ух ты… Воронин! Заходите! Бидона не бойтесь, он старый и не кусается.

Дверь щелкнула и он зашел во двор, освещенный мощным фонарем. На Сашу сразу же кинулась лохматая псина. Еще пару раз тявкнула, пока из окна не раздалось громкое: - Бидон, заткнись!

Пес прижал хвост и убежал в конуру.

Его встретил коренастый мужичок в майке. Он был слегка навеселе.

- Заходите, заходите. Угостим! Я Гоша!

- Мне бы детей увидеть!

- Дашка! Дашка! – Крикнул Гоша.

Та не отвечала.

- Я сейчас тебе вдарю! Ты меня, знаешь!

Окно на втором этаже открылось, оттуда показалась смешная девочка с веснушками.

- Где Вика и Лёня? Где ты их спрятала?

Даша сжала губы.

- Ну, говори, стерва! Иначе выпорю! Макаренко мне разрешил еще с прошлого раза! – Гоша грозно поглядел на нее.

На лице девочки проступили слезы.

- Пошли к ней! – Гоша махнул рукой, приглашая Сашу идти за ним.

Когда они зашли в комнату девочки, та уже сидела и ревела. На диване лежали новые кроссовки для физкультуры и костюм, который Саша сразу узнал. Их купили в Тамске для Вики. В комнате никого кроме дочки Гоши не было.

- Папочка только не бей! Я всё скажу….

- Даша, скажи, пожалуйста, где Вика и Лёня? - Спокойно спросил Воронин, играя на контрасте с поведением её отца.

Даша закатала рукав кофточки, на котором было надето трое часов. Её собственные, Вики и Лёни.

Сквозь рёв, Даша призналась:

- Они дали мне вот эти вещи, за то, что я поношу их мультифоны.

Теперь понятно, почему программа не включила режим тревоги, потому что считывала тепло и пульс Даши.

- Когда ты видела их в последний раз?

- На стадионе. Потом они ушли.

- Куда?

- Я не знаю…

- Ну, говори, стервозина!!!! – Закричал на неё отец.

- Я, правда, не знаю.

Гоша уже собирался шлепнуть Дашу, но Саша удержал его руку.

- Вы уже потом, без меня!

- Ладно, ладно! – Гоша показал кулак девочке. - А вещи заберите.

Девочка покорно сложила в пакет мультифоны и шмотки. Саша быстро побежал вниз и, уже когда сел на велосипед, вновь позвонила Катя.

- Я тут надавила на Вовочку. Короче, пропала часть вещей. Они взяли одежду для походов. Я думаю, что они сбежали!

Воронин рассказал про Дашу, которая, очевидно, покрывала их побег.

- Я включаю режим тревоги. И надо сообщить нашему фондовскому куратору Елене Сергеевне. Вот же паразиты! – Сказала Катя.

Около полуночи у дома припарковались несколько машин. Две полицейских, автобус «Совдепии», и пару частных машин, в том числе небольшой внедорожник Кузьмича.

Участковый Федор Николаевич устало сидел на лавочке и тяжело вздыхал.

- Вот же генетика… никуда от неё денешься. Их родители нашему ведомству проблемы создавали. И вот теперь детишки!

Елена Сергеевна – куратор фонда нервно перебирала в руках ключи.

- Я думала, всё будет хорошо. На удивление вели себя тихо.

Участковый еще раз вздохнул и почесал затылок.

- Ох, доиграемся мы с этими вашими детишками. Опять из главка начнут ныть про установку онлайн закона во всем Нагорном.

- И что плохого? Тебе же Федя лучше будет. Меньше работы, – пожала плечами Елена Сергеевна, - тогда бы их камеры засекли, ИИ сравнил бы с геолокацией, что они без ИНС и включили бы сразу тревогу.

- Хорошо, то хорошо, Сергевна, да ты сама, поди, быстро взвоешь.

- С чего это?

- А будто ты не знаешь?! Будешь ныть, что у тебя выезжать из ворот нельзя. Каждый раз сплошная! Тебя Сергевна Толик поедом съест. Так что чья бы корова мычала, а твоя бы молчала.

Куратор что-то хотела ответить, но закашлялась.

- Мы готовы! – Сказал Женя, подошедший от автобуса.

- Погодите. Сейчас отчет будет от Лизы. – Сказал Анисимов.

Воронин наблюдал за этим у крыльца, застегивая рюкзак. На оповещение откликнулась коммуна и другие жители поселка. Вообще штаб поиска должен находиться в полиции, где собралась другая часть активистов. К их дому стихийно приехало несколько человек, и потом автобус со всеми, кого собрали. Ребята хотели поддержать Сашу и Катю лично. Понятно, что это были не их родные дети, но все равно чувствовали они себя неприятно.