Русская Неутопия

Глава тридцатая

Тысячи зеркал отражали Сашу. Он оглядел свои отражения. И отражения оглядели его. Он был как бы внутри гигантского калейдоскопа. В замешательстве он замер, не зная, куда идти. Казалось, что если пойти в любую сторону, то натолкнёшься на зеркало. Саша с опаской сделал первый шаг и обнаружил, что зеркала сдвинулись вместе с ним. Потом ещё шаг, и ещё. Наконец он огляделся и понял, что идёт по лесной тропинке, которая показалась ему знакомой. Она вела к поселению с дальних полей. И вдруг краем глаза он увидел какое-то резкое движение на одном из зеркал. На одном из отражений на него напал медведь и завалил на землю. Другое отражение побежало, третье полезло на дерево, четвёртое застрелило медведя. А он тем временем просто шёл. Никакого медведя не возникло. Теперь стало ясно, что это не отражения в прямом смысле. Он видел другие варианты себя. Саша продолжал идти. В некоторых отражениях появились Прохоровы, которых пытались догнать его отражения. Некоторые догоняли, били и даже убивали. Но на него пути Виктор Аркадьевич не встречался. Воронин продолжал идти, пока вдруг не оказался перед гигантским каньоном. Он не помнил такого по пути в поселок. Саша оглядел отражения и увидел, что в некоторых из них через каньон переброшен мост, по которому отражения уже шли.

- Как бы туда пройти? – Подумал Воронин.

Как только он подумал об этом, окно с мостом оказалось по центру и стало увеличиваться. Дальше он просто сделал шаг и оказался на мосту. Опасливо оглядываясь вниз, он пошел по доскам, прикрепленным к канатам. Мост уходил в дымку, где едва просматривался другой берег. А внизу… вначале он решил, что течет река. Но оказалось, что там протекал некий хаотический поток из таких же «зеркал», где мелькали всевозможные сцены и люди. Поток бурлил. Зеркала подбрасывало почти до его собственных, которые двигались вместе с ним вокруг моста. Неожиданно канаты, держащие мост, стали рваться, а доски ломаться. Сашу опрокинуло вниз. Он попытался применить дар, но не смог. Отпрыгнуть назад во времени не получилось. Его личные зеркала стали смешиваться с теми, что были внизу каньона. И вдруг до него дошло, что можно воспользоваться любым. Он увидел зеркало, в котором плескалось море. Окно увеличилось по его воле, и он влетел внутрь, упав на песчаный пляж. Вокруг было множество людей, заполнивших широкий песчаный пляж. Саша огляделся вокруг, и на него накатились волны детских воспоминаний. Это был единственный раз, когда он вместе с отцом и мамой ездил на юг, куда-то под Анапу. Воронин понял, что очень хочет в море. На ходу раздеваясь, он побежал к волне и прыгнул в неё. Но вместо теплого моря очутился среди океана зеркал с разными собой, другими людьми, другими местами и просто пустотой. Зеркала хаотично кружились вокруг. В одном из них он даже заметил себя в каком-то странном скафандре с фантастическим оружием. В другом промелькнула Катя внутри космического корабля. Он захотел нырнуть туда, но не успел. Течение унесло зеркало. И вот появилась серия зеркал, в которых был он и Прохоров. Он успел поймать одно руками и втянул внутрь свое тело.

Они сидели в машине, которая стояла на мосту. Это был последний день, когда они взорвали этот мост. Прохоров был еще относительно молод, наверное, как Саша сейчас. Короткая бородка, новая туристическая одежда. Он держал Сашину руку, которая лежала на ручке переключения передач. Только теперь он понял, что ручка выглядела как-то по-другому. Не двигаясь, он оглядел салон и понял, что это вовсе не «Нива», а какой-то дорогой иностранный джип.

- В этом варианте мне выделили больше денег, – сказал молодой Прохоров.

- В каком варианте? Где мы вообще находимся? – спросил Воронин и одернул руку от ручки.

- В однопозиционном времени мы в твоем сне, ты жив и с тобой всё нормально. Потому что ты точно всё просчитал. А в суперпозиционном времени мы в пространстве вариантов. То есть везде, где только захочешь.

Воронин сжал кулаки и немигающим взглядом посмотрел на Прохорова.

- Ну что же ты снова не бьешь меня? – спросил тот.

Саша молчал.

- Неужели понял?

- Я всё равно не смогу тебе ничего сделать. Это просто будет еще одним зеркалом. Впрочем, и ты тоже ничего не сделаешь мне, – ответил Саша.

- Браво! – Прохоров стал хлопать в ладоши.

Неожиданно они словно провалились вниз. На несколько мгновений гравитация пропала. Саша закрыл глаза, а когда открыл, то понял, что находится внутри боевого вертолета. Справа от него сидел Виктор Аркадьевич. Оба были в военной форме и со шлемами на головах. Прохоров показал ему большой палец левой руки. Только сейчас Саша понял, что держится за штурвал. Они летели, словно в космосе. Вокруг было темно. Только блестели в лунном свете боевые дроны сопровождения. Наконец из темноты стали вырваться крупные зеркала с разными пейзажами.

- Атака, атака. Приближается ракета противника! – сообщил женским голосом бортовой ИИ.

- Пускай ловушку, – сказал Прохоров.

Сам не зная почему, Воронин нажал на какую-то кнопку, и от вертолета отлетело большое зеркало, которое ушло в сторону. Он успел заметить, что в зеркале был полуразрушенный кремль, прямо как с обложки какой-то фантастической книги.

Ракета, запущенная по вертолету, свернула с курса, ушла внутрь отлетевшего зеркала.

– Что это вообще такое? – Не понял Саша.

Между тем полет продолжался. Они поражали встречавшиеся на пути вражеские самолеты, вертолеты, ракеты, бронетехнику, которая стреляла из огромных зеркал, неожиданно возникавших из пустоты.

– Это была политическая тепловая ловушка. Иначе говоря, ложный вариант. Например, «Прекрасная Россия Будущего». Или еще какая-то другая Россия. Их много этих ловушек. По нам стреляют, мы их отстреливаем. Пусть бьют по ним. И думают, что попали в настоящую Россию. Раньше мы совершали глупость, когда проверяли все варианты в однопозиционном прямолинейном времени. То один проверяли, то другой. То в один тупик заходили, то в другой. Вот Союз – это как образцовый цикл. Революция, реакция, застой. Но у нас больше нет на это линейного времени и человеческих ресурсов. Надо проверять всё в пространстве вариантов, чтобы настоящая Россия продолжала свой путь без катастроф.