Русский волк

Глава вторая. Аранд-Анун (часть первая)

АРАНД-АНУН

***

На просторах Гардлаанда и в соседних землях до сих пор сохранилось немало памятников, построенных древними. Есть такой и в самом Румастарде. Это Бел-Ашар, Небесная башня. Вырубленная из целой горы, эта ступенчатая башня высотой в восемьсот локтей господствует над Крабьей бухтой. Во всем Аркуине нет сооружения выше. Говорят, ее создали еще в темные века Первой Эпохи, когда эти земли принадлежали могущественному Джумирскому царству. Когда-то в ней молились древним богам, изображавшимся в виде могучих драконов, а потом, в начале Третьей Эпохи, башню стали использовать для содержания привезенных в Румастард рабов - в расположенных под ней многочисленных пещерах была построена целая система казематов. По легенде, в этой башне до сих пор остались тайные помещения, куда никому нет доступа. Что скрыто в этих тайных чертогах, знают только боги, ибо никакая сила и никакая магия не может открыть пути внутрь них.

(«Зерцало Мира, или Великая книга обо всем сущем в Аркуине с правдивыми описаниями, комментариями и иллюстрациями», том тринадцатый, глава «Румастард»)

В этот странный день все события происходили со мной так быстро и непредсказуемо, что я просто не успевал удивляться и задумываться над происходящим. Еще часа не прошло, как я пришел в себя в пещере, в чужом мире, и вот уже я спасаюсь бегством от местных блюстителей порядка и сижу в темной и тесной норе с такой же беглянкой, как и я.

Мичи происходила из народа ашарди, живущего к северу от земель Ашарханда. Она рассказала нам, что месяц назад на их поселок напали охотники за людьми. Это случилось, когда мужчины их рода ушли в священную рощу на традиционный мужской праздник Аррой. Оставшиеся одни женщины пытались сопротивляться, но врагов было много. Работорговцы сожгли стойбище, убили стариков и маленьких детей, а женщин и подростков увели с собой. Сестра Мичи Брельяна погибла во время боя в деревне, а саму Мичи и еще четырех женщин из этой партии рабов привезли на корабле в Румастард и заперли вместе с сотнями других рабов в Небесной башне в порту.

- Нам сказали, что скоро придет наш хозяин и заберет нас, - рассказывала Мичи, - но вчера после полудня в подвалы башни, где нас держали, внезапно пришла морская вода. Люди начали тонуть. Стража освободила нас из цепей и стала выводить во двор. Среди рабов было много мужчин с севера и востока, особенно ашарди – они воспользовались случаем и напали на стражу. Рабов было много, стражников мало. Кто-то забрал у стражи ключи, открыл ворота, и мы сумели убежать.

- Теперь понятно, почему мы слышали сигнал тревоги, - сказал Симдон. – Это портовая стража беглых рабов искала, и нас с тобой, Руэн, приняли за них.

- Меня зовут Сим, - заметил я.

- Виарен всегда называл тебя Руэн.

- Это его проблемы. И что теперь, Мичи?

- Ничего. Может быть, меня найдут. Но я забрала у одного стражника пистоль, и живой им не сдамся.

- Похвальное мужество. Думаю, оставаться в этой норе опасно. У стражников собаки, они почуют тебя.

- Не почуют. Я набросала у входа в пещерку листья рубали, они отбивают нюх у собак. Пережду здесь пару дней, потом попробую уйти на восток, в родные места.

- Одна, без еды, без карты?

- Я попытаюсь.

- Ты храбрая девушка, Мичи.

- Просто очень хочу жить или умереть свободной.

Мичи разрешила Симдону зажечь фонарь, и я попробовал снять с шеи девушки железный ошейник, но безуспешно. Ошейник был стянут двумя болтами, и мастер, надевавший его на Мичи, закрутил гайки на совесть. Так и пришлось оставить все, как есть. Впрочем, возясь с ошейником, я сумел разглядеть нашу новую знакомую. Мичи была совсем молодой, лет восемнадцати-двадцати от силы, и вполне заурядной – разве что глазастая такая, с большим красиво очерченным ртом и ямочками на щеках. Наголо обритая голова, въевшаяся в кожу грязь и сажа, и перемазанные глиной живописные лохмотья странным образом делали девушку особенно трогательной. Будто зверек какой-то, затравленный злобным зверьем, так и хотелось ей помочь.

- Никак, - вздохнул я, оставляя попытки раскрутить гайки. – Ничего, выберемся отсюда, я раздобуду инструменты, и все будет тип-топ. Плохо, что еды и воды у нас нет.

- У меня есть немного грибов, - сказала Мичи, развернула лежавший на земле узелок, и я увидел кучку раскрошившихся темных пахнущих плесенью грибов. – Собрала в овраге, пока нашла эту нору. Их можно даже сырыми есть.

- Я, пожалуй, воздержусь, - заявил Симдон. – Мне бы сейчас кусок свинины, обжаренной на вертеле в меду, и к ней пять… нет, семь кружек темного эля! Масло в фонаре тоже кончается.

В самом деле, огонек в фонаре еле теплился. И еще, ужасно хотелось пить, а воды у нас не было. У меня оставалось все меньше и меньше желания оставаться в этой норе дольше.

- Ночью стражники в лесу никого искать не будут, - заметил я, - и до утра мы сможем уйти далеко от города.

- А нам чего уходить? – вдруг сказал Симдон. – Я-то думал, на Теней облаву устроили из-за той стрельбы в порту, а это они беглых рабов ищут. Мы можем в город идти, Руэн… то есть, Сим.