Русским штыком на Берлин

Босоногий мальчик

Город-крепость Рущук, бы главным опорным пунктом России за Дунаем в 1811году. Угроза вторжения Бонапарта заставила оттянуть часть русских войск на север и сильно ослабила армию Кутузова. Это подтолкнуло Визиря Осман-Бея, атаковать Рущук и попытаться разбить русских в их единственном оставшимся за Дунаем опорном пункте.

Авенир Долгоруков - сорванец лет тринадцати, уговорил своего отца знатного князя: взять себя в поход. Ему хотелось совершить какой-нибудь героический поступок. В те время подростков, часто брали в походы, и ничего необычного в этом не было.

Авенир быстро освоился среди солдат, хотя держался среди них высокомерно. Но храбрости мальчику все же не занимать. И когда начался штурм, Авенир, приказав два своим мальчикам-слугам заряжать ружья, а стал палить туркам.

Стрелял пацан неважно, но зато часто и время от времени все равно попадал. Османы атаковали по традиции под бой барабанов. Удары тяжелых палиц по буйволинной коже, смахивали на стук дождя. Турки на ходу перезаряжали ружья и вели недружные огонь. С расстояния не слишком метко палили османские орудия.

Русские артиллеристы, подпустив турецкую пехоту поближе - лупанули картечью. С такого близкого расстояния свинцовые шарики поражали янычар и спаги замертво. Выбивали в шеренгах просеки из крови и костей.

Но османы и не думали останавливаться. Они все лезли и лезли напролом. Русские встретили турок в штыки. А сверху полилась зажженная смола.

Последнее оказало - чудовищный эффект.

Попавшие под огненный каток османы побежали назад, многие захлебнулись в пламени. Несколько турецких знамен упало в летнюю траву.

Авенир стрелял, а его слуги-холопы Васька и Петька быстрое перезаряжали ружья. А вот Васька даже мальчика голыми пятками, побежал за бочонком с дробью.

Кутузов не стал преследовать убегающих турок. У него слишком мало войск, чтобы добить превосходящие силы. Кроме того за пределами мощной, укрепленной крепости, можно попасть в окружение.

Но все равно одержана победа. Турки потеряли одиннадцать пушек, и более пяти тысяч убитыми. Раненых Кутузов позволил османам увести в свой лагерь. Потери русских погибшими и получившими ранения всего около пятисот человек.

Казалось, одержана великолепная победа. И что возможно Кузову дадут за это орден.

Но хитрый одноглазый полководец или уже тогда решил провести генеральную репетицию сдачи Москвы и завлечь османов в ловушки. Или он опасался, что все-таки Осман-Паша, оставив Рущук в тылу, возьмет и, перейдя Дунай, двинется в Румынию. А там устроит расправу в Бухаресте.

Во всяком случае, Кутузов принял решение оставить Рущук.

Учитывая, что это последний русский укрепленный пункт за Дунаем, остальные Кутузов, имея слишком мало сил, сдал еще раньше. Но те сдачи были вынужденными, так русским войскам грозило окружение. А сейчас многое расценили поступок Кузова, как предательство.

Авенир тоже к этому отнесся, как поступку Иуды, и не стал покидать крепость. Отец сильно занят и совсем не следил за сыном. Петька и Васька всего лишь крепостные мальчишки-слуги, и, разумеется, подчинялись княжескому сыну.

Он приказал им спрятаться в подвале, и сам остался там, чтобы переждать уход русских войск. Вместе с ними осталась и служанка Акулина - крепостная, и очень симпатичная дворовая девка.

Решение, надо сказать, было спонтанным. Но что возьмешь с избалованного тринадцатилетнего мальчишки древнейшего княжеского рода. Хотелось ему показать, что Кутузов - предатель и он сам может туркам дать!

Пацаны запершись в подвале, вели неспешную беседу и хлебали из бочонка вино. Авенир хотел убить время, чтобы, когда прибудут турки по ночам делать диверсионные вылазки.

Юные воины не заметили, как их разморило, и они ушли в объятия божества Гипноза.

Авениру снилось героическое:

Он оказался в мире, где происходит решающее сражение Ливонской войны. То, которое должно решить: кому править над Великим Княжеством Литовским. Воевода Шуйский может принести корону Ивану Грозному, что надолго изменит баланс сил в средние века.

Размышления Авенира прервало внезапное усиление пушечной пальбы, новые вскрики раненых. А также гул от множества труб... Акулина дернула мальчонка, за плечико и произнесла с восторгом:

- Ну, вот теперь, похоже, прибил сам король ляхов. Что сейчас будет?

Авенир рассудительно ответил:

- Добралась, наконец, сюда и другая часть польского войска! - Мальчик тряхнул своей винтовкой. - Победа наша будет. И добавил - Вот вы это увидите еще при данной жизни!

Акулина ехидно прочирикала:

- А если видел смерть врага еще при этой жизни, в другой тебе дарован будет верный, зоркий глаз.

Авенир потрогал прицел сказочной снайперки и, уверено произнес:

- Да у меня и сейчас глаза не косые!

Вновь прибившие польские и иноземные войска старались привести в порядок изрядно поредевшую пытающуюся долбануть из-за засады армию.

А что уже несколько часов они друг друга крушили, даже рассвет начал на востоке загораться, и дождик стих... Из-за густого травяного покрова дороги не слишком то размокли...

Васька шепнул Авениру:

- Действуй снайпер... Убери короля, и будет тогда ой-ля-ля!

Мальчишка из княжеского рода всматривался во вражеские ряды. Тем временем пацан-прислужник, подскочил к нему и показал совсем еще новенькую серебряную монетку:

- Вот видишь профиль... Да и король Польши гордый, он будет с пышной свитой и займет место... Повыше я думаю.

Авенир тщательно всматривался, искал цель, как опять загрохотали пушки и послышались неистовые крики, по рядам и наемников и ляхов пронесся волнами прибой человеческого волнения.

Петька, приподнявшись с ветвей, словно уже не опасаясь, что его заметят, воскликнул:

- Так это уже, похоже, Петр Шуйский ударил! Наконец-то будет все серьезнее, чем было.

Акулина не на шутку обиделась:

- А ты хочешь сказать, будто до этого было несерьезно? Видишь, половина иноземной армии небоеспособна!