Рядом с тобой

ГЛАВА 17

— Мааам, — крикнула я с кухни, нарезая яйца в оливье, — принеси, пожалуйста, салфетки. Спасибо.

Уже 31 декабря. Матвей до вечера на работе, а мы с мамой занимаемся приготовлением салатов. Обычное дело перед праздником. Еда ведь сама себя не приготовит, так?

- Держи. - Она дала мне упаковку сухих салфеток. Я вытерла руки. - Ух ты. Вот так и отходи на несколько минут... Ты уже почти закончила с приготовлением салатов. Умничка. - Мама поцеловала меня в висок и потрепала по волосам.

— Ты, так-то, ушла в магазин на час, а не на несколько минут. Это во-первых. — Я подняла указательный палец, со строгостью посмотрев на нее. — Во-вторых, я еще не закончила. Сделала тарталетки со своим любимым салатом, с икрой, и почти закончила оливье. Его осталось только заправить майонезом. Кстати, ты купила?

Мама кивнула и поставила банку майонеза на стол.

— Ты говоришь так, словно это я твоя дочь, а не наоборот. С каких пор? — Она улыбнулась и потрепала меня по щеке. — Моя девочка.

Я улыбнулась в ответ, но…

- Кыш, кыш с кухни, - выгоняя, я помахала руками. - Вот приготовлю еще пару салатов, а потом освобожу тебе место, тогда ошивайся на кухне, сколько хочешь.

- Ладно-ладно. Уяснила.

Именно так все и происходит: я на сегодняшний день довольно строгая тетя Катя, занимающаяся приготовлением блюд, гоняю маму с кухни, а также жду, когда наступит вечер и приедет Матвей.

Днем я перекинулись с ним сообщениями, не забыв спросить, ко скольки его ждать. Матвей ответил, что приедет к семи вечера и сказал, что у него все хорошо, скучает. Я тоже, но что поделать? Остается только ждать. Ждать и отсчитывать часы до его приезда. Хотя времени у меня на это особо нет. Ну а еще можно потихоньку, пока никто не видит, ну, там… поесть салатики… Попробовать, так сказать, свои кулинарные шедевры. Ммм.

Стоя перед новым зеркалом в ванной, которое, кстати, установить помог Матвей, уже около шести вечера, я смотрела свой аутфит на вечер и ночь. На мне было надето плате оттенка пыльной розы до колен, с приспущенными рукавами фонариками. Чуть подкрученные плойкой снизу локоны, забавно рассыпающиеся по открытым плечам, придают особый шарм всему образу. С макияжем я особо не заморачивалась — простой нюд подчеркивал естественную красоту. Сегодня мне хотелось быть нежной и воздушной, как…

- Зефирка, - войдя в квартиру, с уже привычной нежностью во взгляде и теплой улыбкой на губах, которую посвящает только мне, закончил мысль Матвей. - Прекрасная. Иди ко мне.

Парень положил свою сумку и букет белых пионов, который, как оказалось позже, для моей мамы, на тумбу, раскинув руки для объятий.

- Матвей! - Я буквально прыгнула в его объятия. - Ты наконец-то здесь... - довольно прошептала я, целуя его в губы.

Парень поглаживал меня по волосам. Не торопясь, я отстранилась и посмотрела время в телефоне.

- Приехал даже раньше, чем говорил. А кому цветы?

В эту секунду из своей комнаты к нам вышла мама. Она только-только закончила собираться.

- Привет, теть Лен. Выглядишь сногшибательно. - Парень взял букет и протянул его маме. - Это тебе.

Мама просияла.

- Ох, Матвей, большое спасибо. - Она поцеловала его в щеку, приобнимая за плечи одной рукой. - Прекрасный букет.

- Для такой же прекрасной дамы! - подмигнул Матвей, и мы все засмеялись.

- Пойдем на кухню, пить чай. Чего стоим на пороге?

- И вправду. Идем.

Мама вскипятила чайник и усадила Матвея за стол, приговаривая, что он, скорее всего, голодный. А "голодный" тем временем смотрел на стол с неким изумлением, мол, кто все это будет есть? Но приготовили мы на четверых - Маруся тоже ест салаты и всякое такое, - действительно много. Ну и хорошо, мой животик не против вместить в себя всего, да побольше.

- Кать, а ты чего рот открыла и смотришь? Садись тоже, поешь. До застолья далеко еще, а ты ничего не ела толком, - возмутилась мама.

Каждый раз перед Новым годом утром или днем мы готовим, и уже к позднему вечеру едим.

- Ну, я это... когда готовила, успела поесть.

- И что ты там съела? Три ложки салата? - наконец вставил свое слово Матвей, укоряюще на меня посмотрев. Ему не нравится, когда я, потерявшись в делах, могу забыть о существовании еды.

- Четыре оливье, и по чуть-чуть от других, - широко улыбнулась я, на что в ответ получила неодобрительный взгляд и скрещенные на груди мамы руки.

Не выдержав этих угрожающе-укоряюще-недовольных взглядов, я все-таки села есть. Иди к маме, любимая оливьешечка, тебе конец.

— Какие планы на вечер-ночь, теть Лен? Мал… Катя сказала, что вы уедете куда-то, — прожевав тарталетку, начиненную салатом, спросил Матвей. — Офигенная закуска, кстати. Кто готовил?

— Это салат в тарталетке, вообще-то. Не закуска, — фыркнула я.

- Понял тебя, карапуз.

- Что? Это я-то...

- Ну, - не дала мне продолжить мама, - после курантов поеду в ресторан с любимым...