Рыбий доктор. Спаситель мхов

Глава 2, в которой я знакомлюсь с охотником

Все случилось ровно неделю назад. Энни, администратор, уехала к поставщикам за препаратами, Шума была занята уборкой стационара, и поэтому к клиенту я, против обыкновения, вышел сам.

Колокольчик над дверью повесила Энни — толковая дамочка лет тридцати пяти, но, увы, слишком увлеченная прошлыми эпохами. Бумажный журнал, дублирующий наши электронные записи, потому что Энни невероятно нравилось макать перо в чернильницу, будильник — странный аппарат, который я после первого же раза запретил использовать, потому что он своим неимоверно громким звоном переполошил все здание, — и вот колокольчик: на большее у меня не хватило денег. Кто бы знал, что эта звенящая при каждом открытии двери металлическая фиговина стоит целую сотню тоссов даже на гаражной распродаже?..

Итак, колокольчик звякнул — я, признаться, побаивался, что добрая половина клиентов разбегается от этого звона — и, натянув улыбку, я вышел за стойку администратора.

— Добрый день, — вежливо сказал я и насторожился. Клиентов, которые заходили ко мне с пустыми руками, я не любил. Это часто значило, что пациент где-то в кармане.

Высокий мужчина с копной золотых волос и такими плечами, которые мне не снились бы, даже если бы я умер в спортзале, пронзил меня оценивающим взглядом, особо зацепившись за халат.

— Доктор Робинсон, — кивнул он, словно и не сомневался, кто я есть.

— Рад буду помочь, — ответил я и все-таки не выдержал: — Должен сразу предупредить, что у меня нет микрооборудования, поэтому если вы пришли ко мне с манайскими алтами или…

«Или, не дай бог, с марсианскими червями», — закончил я про себя, что бы ни вкладывал в понятие «марсианские черви» средний любитель этих тварюшек. Червями биологически ни одно из этих, безусловно, невозможно красивых животных не являлось, а рассмотреть их можно было только в сильный электронный микроскоп. Не говоря уже о прочем оборудовании, например, микрофиксаторах. Алты, хотя и обладали мерзейшим нравом и жутко портили воздух, не нуждались в дополнительной фиксации, ну и теоретически можно было вооружиться не микрошприцом, а обычным инсулиновым.

Но мой гость не был поклонником микросуществ, получивших такую бешеную популярность в последние годы.

— Халетодон, — гость стер с лица улыбку, а у меня не вышло так же резво перестроиться на рабочий лад.

В зеркале, которое тоже повесила в приемной Энни и которое, к счастью, обошлось мне в сущие гроши, отразились моя обалдевшая физиономия и эмоции от удивления до гнева.

Я сглотнул. Вот это было паршиво донельзя.

— Обратитесь в государственный ветеринарный центр, — сухо посоветовал я. — В Остине. Я, к сожалению, ничем не смогу вам помочь.

Больше того: я уже обязан принять все меры к тому, чтобы задержать своего несостоявшегося клиента. А больше всего мне хочется спросить у него — как? Как, черт возьми, к нему попало самое загадочное животное из Межгалактической Красной Книги?..

— Вы знаете, кто это, верно? — и снова пронзительный взгляд, как будто я был не ветеринаром, а серийным преступником на допросе у межгалактической полиции.

— Разумеется, я знаю, кто это, — против воли огрызнулся я. — Но этих животных запрещено содержать в качестве домашних питомцев, и помогать я вам не…

— Нет, разумеется, нет, — взгляд незнакомца наконец-то смягчился, и он даже изобразил что-то типа улыбки на красивом породистом лице с явными скандинавскими корнями. Такое лицо, как и светлые волосы, давно уже стали редкостью на матушке-Земле, и было более характерно для закрытых колоний с отчетливым сектантско-расистким уклоном. — Меня зовут Витольд Борге, хотя сомневаюсь, что вы обо мне слышали, — он протянул мне тонкую пластиковую визитку.

— Охотник? — удивился я, прочитав скромную надпись. — Вы занимаетесь отловом?

— Да. И мне в команду нужен ветеринар.

— Извините, я не выезжаю за пределы планеты, — покачал я головой и попытался вернуть визитку.

— Увы, но все свободные ветеринары не только в Остине, но и в других центрах либо разобраны, либо отказались, либо не обладают нужной мне квалификацией, — без малейших стеснений объявил гость. — Тем более мне вас рекомендовали. Мария Тейшейра, заводчица шолков. Одного из ее питомцев вы восемь лет назад спасли от верной гибели.

— Ага, — выдохнул я. Я понятия не имел, как звали хозяйку шолка, которого когда-то нашла на дороге Шумелка, да и шолка бы забыл, если бы не Шума. Она была живым напоминанием о той истории. — Так, и? Эта… мисс Тейшейра где-то раздобыла животное, которое запрещено содержать частным лицам?

— Может, мы где-то поговорим? — поморщившись, предложил Витольд. — Если вы откажетесь, у меня останется еще три кандидатуры и не так уж много времени. Про проект «Астра Зоо» вы слышали?

Я вздохнул и указал Витольду на коридор, ведущий в мой кабинет. В этот момент из стационара вышла Шума с деликатно прикрытым крышкой контейнером с чьим-то дерьмом, и дерьмо все равно воняло. Витольд никак не среагировал.

— Слышал, — ответил я, но приукрашивать свою осведомленность не стал. — Поскольку-постольку. Наша Земная Ассоциация Спасения и какие-то инопланетные фонды открывают новый зоопарк-заповедник с целью сохранения редких и исчезающих видов. Основа — экосистема, близкая к земной, вторая станция с другими биомами будет где-то в системе Мега. Но если вы хотите предложить мне работу в заповедниках, я вынужден отказать. Я проходил на таких станциях практику, и мне не подходит никакая искусственная система. Впрочем, загляните лет через десять: если я соберусь защищать докторскую, будет иметь смысл.