Рыцарь Ордена Панголин. Племянница Морганы

95.

Дина даже издали внушала невероятный ужас. Никому из беглецов как-то не хотелось рассматривать ее вблизи. Дик снова пришпорил коня, а Мэгги отчаянно уговаривала Грифона собрать все свои силы и поспешить. Пара драконов тоже летела с трудом, но Дина не уставала подгонять их, видя свою цель совсем близко.

— Бросить зеркало? — спросил Гоша.

— Вот ещё! — возмутилась Мэгги. — До поезда осталось всего ничего, стану я тратить последнюю защиту. Она же только одна осталась! — ясно, что в последней фразе Мэгги имеет в виду не ловушку из ларца, а преследующую их королеву.

— Не сказал бы! — Дик правильно понял ее оптимизм. — Вон те милые ребята, кажется, с ней. И эти тоже…

С двух сторон из-за песчаных барханов показались отряды динозавров. Грифон стрелой понесся вперед, но расстояние до железной дороги было больше, чем до преследователей, наступающих с трех сторон: справа, слева и с воздуха. Вдобавок впереди послышался короткий свисток и показался поезд.

Единственный поезд, ходивший непонятно на каком топливе по кольцу на краю Большой пустыни, шел всегда в одну сторону. Товарный бесконечно длинный состав. Его открытые платформы и суставчатый хвост вагонов грозили надолго преградить путь беглецам. А пустыня, в которой они станут недостижимы для слуг Дины, начиналась по ту сторону железной дороги.

Сверху до слуха беглецов долетел торжествующий вопль королевы, от которого до костей пробирал холод, несмотря на жаркое солнце. До железнодорожного полотна оставалось ещё метров тридцать, а песок из-под копыт Грифона уже долетал до пышущих яростью динозаврьих морд.

— Бросай! — взвизгнула Мэгги, видя, что ещё секунда промедления, и воздушная колесница Дины упадет прямо перед ними, преградив путь.

Гошка вытряхнул в ладонь маленькое прямоугольное зеркальце, совпадавшее размерами с дном шкатулки, и прицельно швырнул в голову Дины. Не добросил чуть-чуть: в зеркальце отразилось солнце и рванулась белая вспышка, не хуже тех, что получались из зеркального облака.

Не оглядываясь, чтобы узнать, какой эффект произведет их последний подарочек, беглецы вцепившись друг в друга и в гриву коня проскочили рельсы, буквально в полуметре от начищенного медного герба на носу локомотива.

Тут же их охватил взвихрившийся со всех сторон горячий ветер и облачко песка кольнуло множеством иголочек, словно рой крошечных ос. Грифон, утопая копытами в песке, упал на колени, не в силах ступить ещё шаг.

Всадники поспешно соскочили с его спины. Оглядываясь, они увидели только уходящий хвост поезда. Но когда прокатились рядом последние платформы, нагруженные синим камнем для мостовых, по ту сторону рельсов не было и следа преследователей.

— А что с ними произошло? — поинтересовалась Лина, пока Мэгги ласково похлопывала Грифона по взмыленной шее, шепча ему на ухо слова благодарности.

— Не с ними, а с нами, — возразил Дик. — Мы пересекли границу пустыни. Это особая территория, в каком-то смысле не существующая на карте. Нас здесь не достать.

— Но я много раз видел на картах Большую пустыню, — Гоша рухнул на мягкий песок, не в силах идти вперед. — Как же…?

— Раз она существует, надо же ее как-то обозначить, — отозвалась Мэгги. — Но это правда: пустыня занимает огромные просторы и в то же время, существует лишь в линейном пространстве между рельсами.

Для любого, кто пересек железную дорогу, открывается измерение пустыни. Но сколько бы людей ни бежало сюда, они никогда не столкнутся друг с другом, если сами не пожелают выдать свои координаты.

Куда бы ты ни уехал на поезде, снаружи будут разные обжитые территории, а внутри постоянно одни те же пески. Если сам не хочешь попасть в пустыню, то, перейдя рельсы, сразу окажешься на другой ее стороне, даже не заметив этого огромного пространства. То есть, для всех, живущих рядом с железнодорожной насыпью, поезд идет по равнине, прямо, а вовсе не по кольцу, в центре которого Большая пустыня.

— Понятно более-менее, — кивнул Гоша. — А что должно было случиться с динозаврами, когда мы бросили зеркало?

— Они увидели вокруг только собственные морды, — весело ответила Мэгги. — Куда бы ни повернулись, вокруг каждый видел перед носом только себя. Естественно, в этой неразберихе мы успели сбежать. Но зеркальце дает очень краткий эффект, минуты на три, поэтому, если бы не успели проскочить перед поездом…