Рыцарь Ордена Панголин. Проклятая королева

19.

После обеда немного поупражнялись в меткости, а потом рыцари-ученики могли отрабатывать приемы с мечом самостоятельно, тренируясь для завтрашнего поединка.

Вечером Гошка помогал Дику по хозяйству. Складывал дрова, носил воду. Единственным знаком, что он не забыл дневной разговор, стало то, что мальчишка спросил, какую самую сильную боль, теоретически, могла бы причинить своему противнику Дина, попадись он к ней в руки.

— Телесную? — уточнил Дик. — Даже не знаю… Думаю, королева дьявольски изобретательна в жестокости. Но даже ей не под силу придумать что-нибудь совсем новое.

У человека всегда одно поле боя: мышцы и нервы, способные причинять ему страдания разной силы, если их терзать. Ещё можно ломать кости, что делают редко, как правило, случайно. Если это не способ убийства, конечно. И у палачей примерно один арсенал был во все века.

Это в Мире-без-Чудес всё сложнее и отвратительнее. Не задумываясь о последствиях, они искажают даже неправильные законы ещё сильнее. Мы-то, к счастью, не там. В любом случае, техника тебе совершенно ни к чему. Надеюсь, ничто из этого арсенала вас никогда не коснется.

— Я тоже надеюсь, но знать заранее мы не можем, — заметил Гошка. — Хочу быть готов. По крайней мере, морально.

— К чему?

— Ну, если… это… если доведется… ты же понимаешь! — Гошка со злостью швырнул дрова как попало и яростно топнул ногой, потому что Дик засмеялся. — Не вижу ничего смешного!

— А я вижу. Никогда не думал, что буду читать кому-нибудь лекцию на подобную тему!

— Что тут такого? — удивился Гошка. — Нормальная, очень даже важная для нас теперь тема. Если у нас настоящий рыцарский орден, то без открытого противостояния не обойтись. А если против нас Дина… Пусть даже, если и не она, всё равно, надо учиться достойно проигрывать. Мне это надо, раз спрашиваю. Не смейся, пожалуйста, а ответь на вопрос.

— Подумать только, до чего дожил! — Дик бросил топор, чтобы лезвие воткнулось в пень для колки дров. — Не понимаешь причину веселья? Перемена обстоятельств. Сам не просил о подобной лекции, но послушать пришлось. Читал один добрый знакомый. Мастер. Палач высокого класса…

Подумай, кем себя должен чувствовать, если повторяю всё это тебе! До знакомства с ним, я в теории был, особенно, не силен, хотя практики постоянно хватало. Не могу, Гоша, прости, мне это слишком смешно, серьезного разговора не будет.

— После его урока ты тоже смеялся? — обиженно спросил Гоша.

— Честно? — Дик обернулся, отняв ладонь от лица. — Да, у меня был повод. Узнал, что выиграл для мастера крупную сумму. Они, оказывается, заключали пари, как буду вести себя на допросе.

Настоящие мастера всегда хорошие психологи и лучше всех, пожалуй, знают, как устроены люди. Выигрыш и послужил поводом для лекции. Молодые палачи возмущались, а старший, который ставил на меня, подробно и научно им всё объяснил. Это меня и развеселило.

— Неужели после такого ещё можно смеяться? — болезненно поморщился Гошка.

— Смеяться можно почти в любом положении, пока жив. Тем более, над собой. Всё зависит от характера человека. А конкретно тогда… и вообще после интенсивных бесед на языке жестов… Сколько угодно! Что мне могло помешать, если был в сознании? То, что смеяться тоже больно? Так терять к тому времени нечего.

Состояние, обычно, между агонией и сильнейшей лихорадкой, нервы на взводе, сил внутри намного больше, чем будет уже через полчаса… самое время.

Есть такая старинная шутка на эту тему: "Как ты себя чувствуешь?" — "Я себя не чувствую!" — Дик засмеялся внутренним горловым смехом: — Нужна разрядка после стресса, как говорит Береникс.

Тот старый мастер, который выиграл, потом даже помог мне, он ведь меня высоко оценил… сумму не помню.

С тех пор понял, что их можно специально стравливать между собой, предлагая пари. Всё польза — перетянешь хотя бы некоторых на свою сторону. Они будут в тебе материально заинтересованы и могут оказать ценную услугу… например, спасти жизнь. Или устроят более легкую смерть… как получится.

Гошенька, прекрати, пожалуйста, — мягко попросил Дик. — Могу такого наговорить, что тебе совершенно не нужно слышать. Двадцать лет ведь нормально не разговаривал, так что перестань меня провоцировать! У меня, действительно, богатые знания, но мозги и нервы, как вижу, совершенно никуда не годятся. Побереги хотя бы свои…

Гошка надулся и больше не приставал к Дику, решив набираться опыта самостоятельно.