Рыцарь-зверь для сиротки

Глава 6

Получается, тот самый здоровяк, брутальный брутал просто вид мне загораживал на длинного, но щуплого, даже тощего князя? Может, ОН, в смысле атлет, докладывал господину о чем-то или получал распоряжения, а теперь отправился их выполнять, выйдя через какую-то другую дверь.

Я же себе уже всякого понадумала: и морок, и призрак. Нервная я стала в последнее время. Вон, и мурашки на спине никак не успокоятся, все еще бегают, и дыхание сбилось. Беспокойно оглядываюсь.

Спрашивать, кто ОН такой, не буду. Странно же: только примчалась невеста князя, и тут же интересуется посторонними мужчинами!

Мне бы с самим князем как-нибудь разобраться. Как же хорошо, что я теперь свободно понимаю и говорю на немецком (или на подобном ему)! Попробуй донести свою позицию, если ни одного твоего слова, и тем более красивой фразы, например, комплимента, вообще никто вокруг не оценит.

Пока служанки в сером и стража терпеливо переминаются с ноги на ногу, а наделенный важными полномочиями слуга затеял оживленный разговор шепотом с каким-то богато одетым мужчиной, я снова рассматриваю предполагаемого мужа.

Но нет, представить себе, что буду рядом с вот этом челом слушать местный аналог вальса Мендельсона, а потом еще и целоваться?! – точно нет. Он мне не то, что в отцы – в дедушки, скорее, годится.

Даже похож на мумию желтовато-бледным цветом кожи, или на восковую фигуру из коллекции мадам Тюссо. И это не из-за света факелов, потому что у других людей за столами цвет лица куда живее и краснее.

Замечаю, что князь то и дело исподлобья утюжит колючим взглядом свое окружение. От этого то у одного, то у другого пирующего словно кусок застревает в горле. Я вижу внезапно то явный страх или даже ужас на их топорно вырезанных физиономиях, то руку, притиснутую к сердцу в ожидании чего-то совсем нехорошего, то дергающийся глаз. Да, весело тут, ничего не скажешь!

Ну, а потом, слегка придя в себя, эти люди принимаются есть и пить с удвоенной силой, словно в последний раз перед смертью. А князь начинает буравить глазами электорат на другой половине столовой.

Потом, смотрю, на первой половине несколько человек вырубились и уснули прямо на месте, положив головы среди блюд или прямо на жареную вкуснятину. Видимо, эти были самые пьяные? Интересно, почему никто из них не хочет уйти нормально отдыхать - не смеет? Или же князь практикует гипноз, удерживая их возле себя? Только это еще не хватало! Но честно, очень похоже.

Наверное, думаю, эти вояки и в бой идут так же: князь на них вылупится, установку заложит. Они сначала упадут на колени или вообще ничком, дрыгая ногами, а потом убедятся, что не умерли, вскочат и путей, то есть стрелой помчатся на врага. Да, в этой стратегии что-то есть.

Чем больше смотрю, тем лучше понимаю, что этот князь не только властный, нетерпеливый и вредный гипнотизер. Он похож на нашего физрука, который так впечатлен своим статусом единственного мужчины в школе, что кажется: у него корона на голове, высотой в самый потолок.

Ах, да, у князя корона, наверное, изначально положена по статусу. С этим уж ничего не поделаешь. Но вот нужно ли мне это все? Вот вопрос.

Из проема доносятся ароматы жареного мяса и вина, и у меня жестоко подводит живот. Я бы сейчас даже от Ролтона не отказалась, но никто не предлагает.

И еще одна вероятная проблема здорово меня тревожит. Из курса истории, по книжкам и фильмам я помню, как тряслись в прежние времена над девственностью. И если ее не обнаруживали в первую брачную ночь – наступал полный позор и конец света в отдельно взятой спальне. Нет, что я говорю – в стране.

А ведь у меня сегодняшней предположительно этой самой девственности уже не должно быть, как и у меня вчерашней, и… Да меня, как порченую невесту, сразу в средневековый монастырь запрут. Где, наверное, и стены еще толще, и отопления с едой меньше.

Монастырь - это в лучшем случае. Как бы из-за меня война не началась с моими родителями. Причина? А всегда ли нужна реальная причина, если хочется побряцать оружием? Плохо воспитали дочку и так далее. Ужас. Надо маму с папой как-то защитить. И вообще лучше худой мир, чем добрая ссора, проверено историей.

Вот только вспомнила про родителей, и сразу на сердце так хорошо стало! Что нужно сделать, чтобы меня вернули к ним обратно? Наверное, прежде всего не выйти замуж. А там уж как пойдет.

Девственница я или нет, пусть это подольше останется для всех тайной, включая меня. Другого пути сейчас нет. Но получается, что мои планы полностью противоречат стратегии князя.

- Ну, что, налюбовались? – это освободился слуга. – Ваши покои готовы.

Идем, не сопротивляюсь пока. Что это за лестничные клетки? Их когда-нибудь кто-нибудь пытался красить, белить или хотя бы мыть? Вот даже захотелось ненадолго стать княгиней, чтобы организовать у них тут порядок и чистоту. Может, для этого князь и жениться собрался? То есть и для этого тоже.

И освещение здесь надо бы усилить, а то факелы слишком редко размещены. Надеюсь, мыши здесь не водятся? Я их очень боюсь.

Только я собралась задать компетентному ливрейному слуге, идущему впереди всех, пару вопросов на тему организации быта и удобств, как он резко поворачивается ко мне, сделав квадратные глаза и прижав палец к губам.

А потом слегка толкает и прижимает меня к холодной стене. И готов, похоже, мне рот ладонью прикрыть, а я очень не люблю, когда со мной так бесцеремонно обращаются. Что в том мире, что в этом.

Однако и он сам, и служанки с охраной тоже максимально быстро и тихо выстраиваются вплотную к стенке, подтянув животы и все, у кого что еще можно подтянуть, словно стремясь слиться с плоскими шершавыми камнями, на всякий пожарный случай.

Жду несколько секунд и вытягиваю свою излишне любопытную голову на длинной шее посмотреть, что же или скорее кто всех напугал там, впереди.

В этот момент через широкий оконный проем рядом со мной врывается мощный порыв ветра, он взвевает мои косы, а также задирает мои широкие юбки, чуть не поднимая их на голову, как плиссе в знаменитом клипе Мерилин Монро. Не знаю, было ли тогда надето белье на кинодиве, но на мне-то его сейчас точно нет!