Рыцарь-зверь для сиротки

Глава 46

- Я принес одну вещицу, хочу, чтобы она тебе понравилась, - у Адена что-то прячется в ладони, словно он играет в фанты, и взгляд неожиданно хитрый и даже радостный; мужчина с воодушевлением просит:

- Дай руку!

Что он еще придумал? Достаточно любой мелочи, чтобы он ночью перестал владеть собой! Мне нужно держаться с ним строже, - думаю я, выпрямляюсь и произношу так сурово, как только могу:

- Это совершенно лишнее!

Он чуть заметно вздрагивает, отводит глаза и говорит безучастно и хрипло:

- Хотел примерить. Можешь продать или оставить себе, - и раскрывает ладонь, из нее вываливается на настил ажурный серебряный перстень.

Он сделан в виде птицы. Камня нет, но красота формы и изящество узора просто восхищают. Поднимаю украшение.

Давно мои пальцы не украшали подобные вещи! Когда меня везли в столицу невестой князя, временами я была почти счастлива, по крайней мере, надеялась на лучшее.

Но это осталось словно в еще одной жизни. А сейчас вокруг меня ценно только то, что можно положить в рот. Наслаждаясь, трогаю подушечками пальцев гладкое серебро и надеваю перстень.

Размер оказывается в самый раз, кручу рукой, любуясь. Эта изысканная драгоценность - как будто привет из дома княжны Марии, который меня, надеюсь, ждет. Я буду очень стараться быть хорошей дочерью.

- Где ты его взял?!

- Купил, - теперь Аден кажется усталым, сидит на самом краю досок, как будто порываясь уйти; руки тяжело свешены вниз.

- А деньги?..

- Мне заплатили в руднике.

Он еще и шахтер! А также астролог и кто там еще. Полезные профессии, но они все дальше и дальше от рыцаря. Я даже не поняла, собирается Аден участвовать в турнире или нет, - думаю, а вслух спрашиваю:

- Здесь всем платят так щедро?

- Нет.

- Почему же тебе заплатили столько?

- Я старался.

- Покажи ладони.

Он действительно очень старался, - блин, на руках живого места нет.

- Мне очень приятно надеть такой красивый перстень, благодарю, - я представила себе сейчас свою самую нелюбимую учительницу и подражаю ее чопорному тону. - Но ведь ты взялся отвезти меня домой и обеспечить мою безопасность. А через сколько дней ты теперь сможешь взять в руки меч так ловко, как раньше? Я прошу тебя больше не совершать… ненужных подвигов.

Аден бесстрастно кивает, подходит к столу и пишет на нем что-то куском угля, говоря:

- По первому адресу ты получишь платье; уплачено также за туфли, головной убор и другие женские надобности. По второму примешь двух лошадей со всем необходимым. Скажешь, что ты от Вильгельма; уплачено больше, чем достаточно. Летняя резиденция князей Саксонских видна издалека. Я тебе больше не нужен.

И он выходит, тихо прикрыв за собой дверь.

Я сжимаю в руке перстень. Что-то мне кажется, я перестаралась с осторожностью. Разве поможет ему спать моя черная неблагодарность?! Разве таких слов достоин этот прекрасный подарок, заработанный тяжелым трудом?!

Я выскакиваю за дверь и успеваю заметить, что мой проводник быстро движется в сторону озера. Тогда и я бегу за ним, подхватив юбки. Вижу далеко впереди, как он с разбега прыгает в воду.

Подбегаю и останавливаюсь недалеко от берега за большим деревом. Думаю подождать, пока Аден освежится. Его пока не видно.

Я издали вглядываюсь в тенистую поверхность озера, на которой разошлись и постепенно угасли круги, вспоминая, как сама купалась в этой прохладной мягкой воде. Тогда точно так же пересвистывали птицы, а у противоположного берега дребезжала лягушка.

Но что-то изменилось. Он каждое утро купается, - напоминаю я себе, испытывая непонятное беспокойство.

- Он очень сильный, а значит, долго может оставаться под водой, - произношу вслух.

И вдруг осознаю: он не разулся, - так не купаются. Я медленно оседаю на землю - перестали держать ноги, и в груди заныло. Стиснув руку с подаренным перстнем, я смотрю, не отрываясь, сквозь слезы на блестящую темным серебром воду.

Где-то там, в глубине, где бьют ледяные ключи и дно затянуто склизким илом, где сквозь толщу воды почти не видно неба, лежит тело Адена. Через несколько дней оно всплывет, раздутое до неузнаваемости.

Почему?! Как он мог вдруг захотеть перестать жить?! Как будто кинофильм, отматываю память назад и заново мысленно вижу, как только что был полон надежды этот человек с искалеченной судьбой. Как от моих слов он сник и словно навсегда попрощался, уходя. Из него будто душу вынули.

Но что было до этого? Мне вдруг почудилось, что Аден как одержимый работал сутки в руднике для того только, чтобы на минуту подержать мою руку в своей. Разве можно заплатить за простое прикосновение такую цену?!

Неужели сказанное им в бреду, все или часть - правда?! А невозмутимость и равнодушный голос этого человека просто идут в комплекте с маской? Неужели Аден решил умереть оттого, что не исполнилась его маленькая мечта?! Сумасшедший!

И все же ни моя гордость, то есть княжны, ни даже добродетель девушки от прикосновения руки нисколько бы не пострадали. Что же получается?!