Рыцарь-зверь для сиротки

Глава 52

Всадник оживает, поднимает и треплет по шее коня. Сам слегка свешивается набок и неожиданно начинает говорить на певучем иноземном языке. Он дважды вопросительно произносит одну и ту же фразу, и знающие люди вокруг меня предполагают, что он говорит по-французски.

Князь посылает человека за переводчиком. Пользуясь паузой, неизвестный всадник несколько раз поднимает коня на дыбы, заставляя пройтись задом наперед, или красиво поворачиваться на месте и вытанцовывать.

Владение конем просто мастерское. Не представляю себе, как можно договориться с крупным животным, чтобы оно тебя так слушалось. Я впечатлена, очень. И остальная публика нестройно зааплодировала.

Но вообще-то я не понимаю, что происходит. Приехавший говорит совершенно необычно. В смысле я уже готова была принять его за Адена, а теперь что?

Я пытаюсь услышать в голосе рыцаря знакомые нотки, но произношение у этого человека совершенно другое — мягкое, чувственное. Слова как будто льются, одновременно и нежно, и горячо.

По сравнению с выговором этого рыцаря, речь окружающих меня людей звучит грубо и даже вульгарно. И моя, теперь, получается, тоже.

Еще думаю: если этот человек на ристалище — все-таки Аден, то как же он не понимает, что найдется тот, кто по-настоящему знает язык, и разоблачит его?! Волнуюсь ужасно. Я все губы себе искусала, не зная, что предпринять.

Скоро из города привозят грузного ученого монаха. Он разговаривает с Черным рыцарем, как приехавшего уже окрестила публика, и громко переводит:

— Француз, скорее всего из Орлеана, следующий по важному делу, просится принять участие в состязании.

Я выдыхаю. Значит, это все-таки не Аден. Но где же он тогда может быть? Главный распорядитель турнира в это время обращается к князю Фридриху:

- Ваше сиятельство, один предварительно записавшийся рыцарь не смог принять участие в празднике. Таким образом, на эту минуту налицо нечетное число бойцов, что затруднит проведение соревнования.

- Пусть бьется, - слышу среди наступившей тишины милостивый голос князя. - Ему уже столько внимания уделили, что будет нелишним для разнообразия заставить испробовать на вкус местный песок!

Новенького ставят в строй. Вижу, как распорядитель через переводчика расспрашивает его. Ему приносят турнирный щит, меч и копье. Его слуга суетится вокруг своего рыцаря. Жеребьевка продолжается. Я слышу рядом с собой разговор двух мужчин:

- Если этот Черный рыцарь только с дороги, да еще едет с самого Орлеана, то он - легкая добыча для подготовленных противников!

- Наш князь знает, что делает!

Тем временем на площадке возникает какая-то заминка, распорядитель со свитком в руке опять подходит к князю. Напряженно вслушиваясь, я улавливаю вот что:

- …Он отказывается назвать себя, ссылаясь на обет, по которому не должен до конца путешествия открывать имя и раскрывать лицо. Это противоречит нашим правилам. Отец Георгий попытался по моей просьбе выяснить что-либо у его слуги, но тот оказался глухонемым.

- Весело же ему было в дороге! – откидывается на спинку сиденья князь. - Против кого он в паре?

- Против барона Рудольфа Рыжего.

- Прекрасный выбор! Били мы французишек и снова побьем. Цирк на ристалище устроил! Запиши его Черным рыцарем и начинай.

Турнир стартовал. Под радостные вопли зрителей, визг труб и лошадиное ржанье пары рыцарей по очереди схлестываются на арене. Смотрю.

Напоминаю себе, что здесь нет телевидения, интернета и даже тик-тока. Здесь не проводят олимпиады и футбольные чемпионаты. Но вообще очень круто, полный оффлайн, то есть реал.

Победитель или выявляется сразу, потому что, как я быстро поняла, невозможно удержаться в седле, получив удар копьем. Также невозможно, рухнув на землю, встать без посторонней помощи, во всей этой железной броне. Или поединок затягивается, переходя во впечатляющий бой на мечах, иногда пеший. Погода стоит, что надо - на небе ни облачка.

Я то и дело касаюсь волшебного осколка, пытаясь точнее понять впечатления средневековой княжны от главного зрелища сезона, но что-то особо не получается. Я очень переживаю за Адена — где он, что с ним? Поэтому, наверное, чувствую себя на турнире сторонней наблюдательницей и не решаюсь за кого-нибудь болеть. К тому же мне очень плохо видно.

Со странным чувством смотрю и поединок барона Рудольфа с французом. Прямого удара копьем обоим противникам удается избежать. Мечом опытный барон сильно теснит своего более высокого, но неуклюжего противника.

Несколько раз кажется, что Черный рыцарь вот-вот будет сброшен за барьер. В один из таких моментов француз только чудом успевает подставить щит против страшного удара мечом по основанию шеи. Неловко отклоняясь, новичок видимо случайно задевает оружием сбрую баронова коня или даже самого барона.

И нападающий неожиданно для всех оказывается на земле. Слышно, как барон рычит, пытаясь подняться. А французский рыцарь, глядя на него, как будто раздумывает, что делать дальше, чуть ли не чешет затылок. Но потом все же догадывается слезть с коня и приставить меч к выемке горловины панциря барона, утверждая свою победу.

- Пока этот верзила не заговорил по не-нашему, я было решил, что это - Аден, - слышу вдруг я и сильно вздрагиваю.