Рыжая -бесстыжая

18 часть

    Соломона не было уже два дня, Вера даже успела соскучиться и была рада, когда ночью он всё- таки заскочил к бабушке проведать её.

Ночью всегда зажигали ночник. Интересный такой светильник: внизу были лампочки трёх цветов, а вверху стеклянный грот, благодаря этому создавалось таинственное мерцание, и можно было выдумывать разные истории, которые Вере потом даже снились...

Соломон подошёл к девушке, пощупал лоб, и думая, что она спит, долго разглядывал. Но ей совсем не спалось, за эти дни Вера выспалась наверное на месяц вперёд, и не выдержав- улыбнулась.

- Ты не спишь,- констатировал он.

- Не сплю…

Наконец, Вера распахнула глаза. Соломон выглядел очень уставшим, светильник меняя цвет раскрашивал его лицо в оттенки то зелёного, то в жёлтого, то в красного цвета. И каждый раз он представал перед ней в новом свете.

- Зачем ты пришёл? Со мной всё в порядке. Температуры нет…

Он смотрел на Веру и улыбался, и она тоже ему улыбалась.

- Соскучился. Двое суток с больницы не вылезал…

- Устал? - на Веру вдруг накатила странная волна нежности,  она взяла его за руку, и брови у доктора подлетели домиком вверх.

Он смотрел на неё и улыбался, усталой такой улыбкой, но довольной. А, потом ни с того ни с сего спросил...

- И, что у тебя в роду и правда были евреи?

Если бы Вера не лежала, она точно бы грохнулась… К чему? Зачем, сейчас этот вопрос?

- Не знаю…. Зачем тебе?

- Родственники рьяно обсуждают этот вопрос…Ну так что, реально были?

- Понятия не имею…- Теперь Вера смотрела на Соломона... До неё только сейчас стало доходить зачем мама сегодня притащила альбом с фотографиями...

- Ну, и… Что если нет? Ты лечишь только евреек?

Нет, этот доктор… Он с ума её сведет, стоит руки скрестил на груди и ухмыляется.

- Ты ещё не поняла?

- Что?

- Нас  с тобой женят.

- В смысле?

- В прямом: белая фата, кольца и всё такое…

- Рехнулся? – Вера даже села на кровати, - Да вы все тут чёкнутые… И бабка твоя тоже, - сказала и сама испугалась, вдруг услышит. Всё- таки ей не хотелось обижать старушку. Несмотря на все её странности она уже успела к ней привязаться. Абовна представляла собой что-то выдающееся, прожив долгую нелёгкую жизнь, она до сих пор обладала живым умом и нескончаемой жаждой новых впечатлений.

- А, я не против…

Вера чуть тапком в него не заехала. Не против он… Замечательное признание… А, главное-информативное…Сразу понятно, как  он к ней относится и что чувствует… Завтра же её, Веры здесь не будет.  Хватит с неё…

Соломон уже поднялся, чтобы уйти, как ни в чём не бывало, как будто ничего такого не сказал.

И ,тут Вера выдала то, что было в глубине её сознания, о чём толком и подумать не успела, но именно это беспокоило и торопилось…

- Ты же не любишь меня…

Мужчина обернулся, взгляд его и так чёрных глаз, стал ещё чернее, хотя казалось бы куда же ещё больше, и так, как угли…

Под его взглядом внутри Веры  поднималась какая-то буря, энергия восходила к горлу, его будто сковали, грудь вздымалась, и губы становились такими наполненными и горячими, что захотелось их облизать.

- Девушки облизывают губы, когда хотят, чтобы их поцеловали,- Соломон взял её лицо в руки, а ей казалось, что он сейчас обожжётся, потому что уши горели огнём. Она хотела сказать, что всё это неправда, и вовсе она не этого хотела, но взглянув в его глаза так близко, просто лишилась воли…

Веру трясло, да что там колотило, но не от озноба, тут было другое… В ней вдруг скопилось столько энергии, что даже пальцы сводило.

Только и думала, что он сейчас её поцелует, губы сделались, какими-то электрическими, и он только дотронулся до неё губами, только коснулся, но это было так мощно, что они сразу отпрянули друг от друга… Соломон встал, но потом не выдержал, и провёл пальцем по её губам, а она тянулась за ним…

- Готовь платье, Вера…