Рыжая бестия или попаданка не по сценарию

Глава 28

Кевин рассчитался с мадам Лавинией, и мы вышли из магазина. Маркус, терпеливо ожидавший у кареты, открыл перед нами дверцу. Солнце уже клонилось к закату, столица постепенно погружалась в вечернюю суету: торговцы сворачивали лавки, зажигались первые фонари.

Кевин помог мне сесть в карету, его пальцы на мгновение задержались на моей ладони. Он сел напротив, Маркус устроился на козлах рядом с кучером, и карета тронулась.

Первые несколько минут мы ехали молча. Я смотрела в окно, наблюдая за проплывающими мимо домами и людьми, а Кевин, судя по всему, был погружен в свои мысли. Атмосфера в карете была какой-то странной – не напряженной, но и не расслабленной. Словно между нами повисло что-то невысказанное, что-то важное, но ни он, ни я не решались заговорить первыми.

Наконец, когда мы уже выехали за городские ворота и оказались на просторной дороге, обрамленной полями и рощицами, Кевин нарушил молчание.

– Вы устали? – спросил он, и в его голосе звучала неожиданная мягкость.

– Немного, – призналась я, что было чистой правдой. День выдался насыщенным: сначала таверна с наемниками, потом магазин мадам Лавинии, бесконечные примерки... – Но это была очень интересная поездка. Спасибо вам, милорд.

– Не стоит благодарности, – он слегка улыбнулся, и я в очередной раз поразилась тому, как меняется его лицо, когда он улыбается. Строгие черты смягчались, а в серых глазах появлялось тепло. – Мне следовало позаботиться об этом раньше. Вы не можете ходить в одном платье, особенно если придется появляться на официальных мероприятиях.

Я кивнула, не зная, что ответить.

Карета мягко покачивалась, и я откинулась на спинку сиденья, наблюдая за тем, как за окном проплывают поля, уже тронутые вечерними тенями. Где-то вдалеке виднелась роща, а за ней – холмы, силуэты которых темнели на фоне закатного неба.

Я смотрела в окно, делая вид, что поглощена пейзажем, хотя на самом деле все мое внимание было сосредоточено на мужчине, сидящем напротив. О чем он думает? Подозревает ли меня в связях с наемниками? И главное, что он собирается с этим делать?

Карета продолжала катить по дороге, мерный стук копыт по земле действовал успокаивающе. Солнце почти скрылось за горизонтом, и в карете стало темнее.

И вот тогда произошло то, чего я совершенно не ожидала.

Кевин вдруг пересел на мое сиденье.

Я вздрогнула от неожиданности, прижавшись спиной к обивке. Он оказался совсем близко – так близко, что я могла различить тонкий аромат его одеколона. Его лицо было серьезным, а серые глаза смотрели на меня с какой-то странной решимостью.

– Милорд? – растерянно пролепетала я, чувствуя, как учащается пульс.

Но прежде чем я успела что-то еще сказать или сделать, он наклонился ко мне.

Его рука легла на мою талию, крепко, властно, притягивая меня ближе. Вторая рука скользнула по моей щеке, пальцы зарылись в волосы, и я почувствовала его дыхание на своих губах.

– Милорд, что вы... – попыталась я возразить, но он не дал мне договорить.

Его губы накрыли мои – жарко, требовательно, не оставляя ни единого шанса на сопротивление. Поцелуй был совсем не таким, каким я представляла себе первый поцелуй с мужчиной вроде Кевина. Не нежным, не робким. Это был поцелуй мужчины, который привык добиваться своего, поцелуй, полный страсти и какой-то почти отчаянной решимости.

Я застыла, не зная, что делать. Мой разум вопил, что это неправильно, что нужно оттолкнуть его, объяснить, что это ошибка. Но тело, это проклятое чужое тело Элис, откликалось совсем иначе. Оно таяло под его прикосновениями, подавалось навстречу, и где-то глубоко внутри просыпалось что-то темное и жаркое, чего я раньше никогда не испытывала.

Его рука на моей талии сжалась крепче, притягивая меня почти вплотную к его груди. Я чувствовала твердость его мышц под одеждой, тепло его тела, и это было одновременно пугающе и невероятно волнующе.

Но потом, сквозь туман, застлавший мой разум, прорвалась отрезвляющая мысль.

Это может быть проверкой.

Он проверяет меня. Снова.

Настоящая Элис – та самая наемница, дерзкая и циничная, – ни за что не упустила бы такой возможности. Она бы откликнулась на этот поцелуй, обвила бы руками его шею, прижалась бы к нему всем телом. Она бы воспользовалась ситуацией, чтобы еще больше втереться в доверие, чтобы опутать его своими чарами и сделать своим орудием.

Но я не была Элис.

Я была Алисой. Скромной библиотекаршей, для которой подобное поведение было неприемлемо. Хотя, сказать по правде, очень хотелось поддаться искушению и продолжить.

Но, собрав всю свою волю в кулак, я уперлась ладонями ему в грудь и с силой оттолкнула.

– Нет! – выдохнула я, отстраняясь от него и прижимаясь спиной к углу сиденья. – Милорд, прошу вас, прекратите!