Рыжая племянница лекаря. Книга вторая

-9-

-Хороша, - признал и Хорвек. – Еще на площади мне показалось, что плата была слишком щедра для такого ничтожества, как твой прекрасный герцог.

-Не смей так его называть! – вспылила я.

Уж не знаю, куда бы завел нас этот спор, но Эйде, все это время державшийся чуть поодаль с притворно-смиренным видом, вдруг шумно принюхался, и мне показалось, что его светлые волосы взъерошились сами по себе – как шерсть на загривке у пса. Он издал хриплый, торжествующий возглас и метнулся куда-то вдоль книжных полок. Движение это было настолько молниеносным, что я растерялась и приказы остановиться выкрикивала уже на ходу, торопясь за Хорвеком, соображавшим куда быстрее меня. Лишний шум для нас, незваных гостей, мог оказаться роковым, и мои приказания больше походили на беспомощное шипение придушенного цыпленка, чем на уверенные требования хозяйки .

Несколько испуганных тонких взвизгиваний, перемежаемых рычанием оборотня, послышались из темноты. Полоса света, исходящего от фонаря, выхватила из темноты маленького человечка, сжавшегося от ужаса у стены – я сразу узнала Харля, о котором совсем позабыла. Эйде припал к полу напротив него, злобно и довольно урча. Должно быть, мальчишка прятался здесь от ведьмы, а мы, сами того не желая, обнаружили его укрытие.

-Проклятие, - пробормотал с досадой Хорвек, ставя фонарь на пол.

-Эйде, не смей его трогать! – воскликнула я, шагая вперед, но меня опередили – из тьмы к мальчишке метнулась хрупкая фигурка, в руке которой блестел кинжал. Если Харля я признала сразу, то это явление всерьез сбило меня с толку, поскольку на защиту мальчика от оборотня бросилась госпожа Вейдена, которую я никогда бы не заподозрила в эдакой отваге. Да, оружие она держала неумело, однако встала между Харлем и Эйде безо всяких сомнений.

-Убирайся! – прошипела она, грозя кинжалом. Оборотень тут же вцепился в ее руку, выворачивая нежную кисть. Госпоже Вейдене наверняка было больно, но она не вскрикнула, и оружие упало на пол едва ли не в полной тишине - только Эйде глухо ворчал, да тоненько всхлипывал Харль. На нас с Хорвеком, замерших совсем рядом, никто из них не обращал внимания, словно мы были каменными истуканами – по чести сказать именно так бестолково я себя и чувствовала.

-Эйде! – мой голос дрожал, но я старалась говорить как можно тверже. – Остановись! Ты слышишь меня? Я твоя госпожа этой ночью!

Заговоренная веревка, должно быть, почти истощила свою магическую силу, а кровь, выступившая на запястье госпожи Вейдены из-под когтей оборотня, раззадорила Эйде. Одной рукой он удерживал юную герцогиню, ноги которой уже подкашивались от боли, а второй вцепился в свою шею, пытаясь порвать невидимую магическую удавку. Я невольно шагнула вперед, не зная, что делать, но не в силах просто смотреть на происходящее, однако в этот же миг у горла Эйде появился клинок Хорвека.

-Ты слышал, что тебе приказали, - негромко произнес он. – Отпусти благородную даму, кровожадная скотина.

Меня невольно поразило, как он говорил о госпоже Вейдене – в этих словах звучало подлинное почтение, хоть Хорвек и видел Ее Светлость всего лишь несколько мгновений. Выходило, что бывший демон все-таки делал различия между людскими сословиями – обо мне он рассуждал совсем по иному…

Пальцы оборотня разжались и герцогиня упала на колени рядом с Харлем, зажмурив глаза от страха и боли. Однако и теперь она нашла в себе силы заслонить от нас Харля, хоть по отчаянному выражению ее лица было понятно, что она сама не верит, будто может его защитить.

-Это жена Огасто? – мрачно спросил у меня Хорвек, не отводя меча от шеи оборотня, который тяжело дышал, вздернув подбородок, но продолжал жадно принюхиваться к запаху свежей крови.

-Да, это светлейшая госпожа Вейдена, - растерянно ответила я, все еще не понимая, с чего вдруг герцогиня очутилась здесь этой ночью, да еще и вооруженная кинжалом.

-Светлейшая госпожа… Добрейшая наша госпожа!.. - забормотал оборотень, косясь на Вейдену, и меня передернуло от мерзкого сладострастия, звучавшего в его голосе. Лезвие касалось его шеи, но ненасытный голод был сильнее страха.

-Что ж, придется несколько изменить наши планы, - вздохнул Хорвек и одним резким сильным движением полоснул Эйде по горлу. Оборотень, не успев толком ничего понять, повалился на пол, в агонии протягивая пальцы к смертельной ране.

Мы с госпожой Вейденой совершенно одинаково вскрикнули. Она подалась назад, подтянув к себе ноги, а я наткнулась спиной на книжную полку. Харль, к счастью, ничего не видел, все так же скрючившись у стены и тоненько всхлипывая.

-Ты… ты убил его! – потрясенно произнесла я, уставившись на Хорвека то ли с ужасом, то ли с удивлением.

-Разумеется, - ответил он, отпихивая ногой все еще подрагивающее тело. – А что еще я мог сделать с этой тварью? Пришлось немного поторопиться, но чары совсем выдохлись и он вот-вот перестал бы тебе повиноваться.

-То есть, ты собирался убить его с самого начала?.. – я попятилась еще немного.

-Да, - Хорвек смотрел на меня с некоторым недоумением, словно не мог поверить в то, что произошедшее стало для меня неожиданностью.

-Но ты же поклялся! – воскликнула я, взмахнув руками. – Поклялся, что отпустишь его, если он проведет нас во дворец…

-Одной нарушенной клятвой больше, одной меньше, - бывший демон не выказывал никаких признаков беспокойства. – Или ты хотела бы, чтобы я сдержал слово и отпустил на свободу жадного до крови пса, всучив ему кошель золота? Разве тебе не полагается сочувствовать своим сородичам, а не тем, кто их пожирает?

-Но… но… - я растерянно терла рукой лоб, не находя слов. – Все равно, так поступать нельзя! Он ведь послушался меня и остановился!

-Если бы я его отпустил, то уже завтра этой женщине – а она, кажется, приходилась тебе доброй и милостивой госпожой – пришел бы конец, - Хорвек кивнул в сторону Вейдены, которая затравленно смотрела на нас и не пыталась ни о чем спрашивать. – Оборотень не удержался бы от доноса, поскольку помалкивать о происшествиях сегодняшней ночи у него не хватило бы ума. Желание выслужиться и получить похвалу пересилило бы любые доводы рассудка, который, признаться, у этого щенка был не слишком ясен даже по меркам его рода. Или ты не так уж огорчилась бы, обрушься на твою госпожу гнев ведьмы? Кажется, ты не настолько уж верная служанка, не так ли?