Рыжее (не)счастье Темного

Глава 3

Полгода назад

— Сегодня особенный день, — Урсула широким гребнем расчесывала мои длинные волосы, наблюдая за мной через овальное зеркало в витиеватой позолоченной раме. — Вы стали взрослой, принцесса.

Я поморщилась. День моего совершеннолетия — повод для празднований во всем городе.

“Принцессе Астрид исполнилось восемнадцать. Сегодня она будет представлена горожанам”, — судачила прислуга.

“Сегодня должен произойти Ритуал Единения”, — слышалось из каждой подворотни.

“А зверя то принцесса еще не выбрала”, — шептались стражники за ее спиной.

Ах, если бы только отец был бы жив, он бы ни за что не допустил этих сплетен. Те, кто должен был превозносить ее, словно гадюки, прыскали ядом и свежесобранной информацией о делах дворцовых.

Дверь в комнату распахнулась, и худенькая неуклюжая девица в белом чепце присела в неловком реверансе:

— Ее Величество королева Мадина ждет вас в саду, принцесса.

Я глубоко вздохнула. Матушка все никак не может оставить ту мысль, что Ириска мне не Пресветлым Йоном данная. Она жаждет, чтобы моя вторая ипостась была под стать титулу. Возможно, если бы я обрела связь с белой тигрицей-альбиносом Карой из зверинца, мать смогла бы полюбить меня…

Дорожки в саду были усыпаны белыми лепестками цветущих деревьев. Мы шли неторопливо, вдыхая сладкий аромат цветов. Где-то в глубине густых зарослей громко запела птица. Песнь тут же подхватила другая. И вот уже хор тоненьких голосков заливается, чирикает, исполняя песню, известную только им.

— Ты стала взрослой, Астрид, — голос матушки оборвал птичью трель. В саду стало тихо.

— Урсула сказала то же самое, — ответила я.

Мать продолжала:

— Сегодня вечером у тебя начнется новая жизнь. Она будет полна невзгод и разочарований. Тот мир, — она кивнула в сторону высокого забора, за которым я еще ни разу не бывала, — жесток. Он не так хорош и прекрасен, как в сказках твоего отца. На каждом шагу там подстерегает опасность. Ложь, цинизм, алчность, зависть — лишь малая часть того, от чего мы так тщательно пытались тебя уберечь.

— Но ведь я теперь взрослая, правда?

Матушка сдержанно кивнула и, сжав губы, свернула на дорожку, ведущую к зверинцу.

— Пойми, Астрид, я хочу тебя защитить. Но теперь мне одной это не под силу, — ее голос дрогнул, надломился.

— Все эти годы ты неплохо справлялась, — равнодушно ответила я.

Мы уже давно не были так близки, как раньше. С момента появления Ириски мать отдалилась. Сделалась чужой, недосягаемой. Как не пыталась я тянуться к ней, все мои попытки были заведомо обречены на провал. Я смирилась. Свыклась. Теперь ее боль не отзывалась в моем сердце колючим отголоском.

— Мир изменчив.

— Как и люди, — ответила я, огибая клумбу, усыпанную ярко-желтыми цветами.

— Прежде чем ты вступишь во взрослую жизнь, Астрид, — она замерла и устремила ясный взгляд серых глаз на меня, — я должна быть уверена, что ты будешь под надежной защитой.

— Дворец по-прежнему будет моим домом, а эти стены крепостью, — отозвалась я, с тоской глядя на скамейку из белого мрамора под сенью яблони. Когда я сидела на ней рядом с отцом, она казалась мне гораздо больше.

Матушка молча продолжила путь, оставив мои слова без внимания. Ее черное платье шлейфом вилось следом.

— Во время последнего визита герцога и его семьи мы заключили соглашение.

Услышанное не было мне в диковинку. Матушка постоянно вела переговоры с влиятельными людьми, с целью укрепления нашего положения. Влияние нашего дома росло, а вместе с ним и доходы.

— Через полгода, — продолжала она, — как только маркиз прибудет в город, ты станешь его женой.

— Что? — кровь отхлынула от лица. — Ты продала меня этому хладнокровному?

— Нет, Астрид, — голос матери был резок. — Со временем ты поймешь, почему я была вынуждена так поступить.

Пойму? Она издевается надо мной? Зная мою неприязнь к этому слизняку, она дарует ему полную власть надо мной.

— Он силен и сможет защитить тебя в тот момент, когда меня не окажется рядом, — добавила она, толкнув тонкой рукой кованую калитку, ведущую к зверинцу.

Я покачала головой и по щеке покатилась слезинка, сорвалась и потерялась среди изумрудной травы. Подобрав юбку, я стремглав бросилась прочь отсюда. Не видеть, не слышать, не чувствовать — вот о чем я сейчас мечтала.

— Астрид, — снова этот приказной тон. — Остановись. Мы должны посетить зверинец, ведь сегодня особенный день.

Нет, я не готова вернуться. С равнодушием я еще могла смириться, но с предательством — никогда.

Словно ураган я поднялась на крыльцо, миновала холл и по широкой лестнице поднялась на второй этаж. Пушистые ковры позволяли ступать бесшумно. Из-за приоткрытой двери выглянула рыжая мордочка. Тряхнув носом, она снова скрылась в комнате.

Я тыльной стороной руки вытерла влажные от слез глаза и, войдя внутрь, притворила за собой дверь.