Рыжее солнце некроманта

Глава 7

Рабочий день у Анжи должен был начинаться в девять утра и заканчиваться в шесть вечера, а по четвергам — в два часа дня. Фешаду четкого графика обычно не придерживался, поскольку многие некромантические ритуалы следовало проводить только после захода солнца, но в этот понедельник тоже решил начать с девяти, чтобы Анже не пришлось тратить время впустую.

— Так, начнем с самого простого, — сказал он, усаживаясь напротив Анжи, устроившейся на своем новом рабочем месте. — Первая твоя задача — вести журнал учета заказов, вот он лежит слева. Там всё понятно: графа для даты заказа, графа для имени или названия заказчика, графа для стоимости, графа для даты, когда заказ выполнен. Под ним лежит журнал учета доходов, в него ты будешь заносить только суммы и даты. Все доходы разделены на три группы, для каждой своя колонка: государственные, они облагаются налогом по ставке три процента, обычные частные, они облагаются налогом по ставке пять процентов, и проклятия, они облагаются налогом по ставке девять процентов. Журнал зачарован: в конце каждого месяца ты просто будешь давать его мне, и как только я распишусь в каждой колонке, сумма налога по каждому виду доходов посчитается сама. Платить их я тоже буду сам.

— А... — начала Анжа и нерешительно замолчала.

— Что? Спрашивай, не стесняйся, — подбодрил её Фешаду.

— Ты правда проклинаешь людей? — выпалила Анжа.

— Иногда. Это довольно редкие заказы, ведь по закону я не могу накладывать проклятия на тех, кто проживает в радиусе пятидесяти миль от моего дома.

— А почему такое странное ограничение? — невольно заинтересовалась Анжа.

— Чтобы к некромантам не бегали по любому поводу. Это, кстати, не единственное ограничение: накладывать смертельные проклятия запретили больше семидесяти лет назад, а наносящие непоправимый вред здоровью — лет сорок назад.

— А почему не запретили совсем? — снова не удержалась от вопроса Анжа.

— Ну, во-первых, проклятие, наложенное лицензированным некромантом, всегда можно снять. Если некромант очень сильный, для этого потребуется ритуал, в котором будут участвовать два или три некроманта, но снять проклятие они обязательно смогут. А вот если проклятие наложит какой-нибудь самоучка, есть вероятность, что снять его не получится. Поэтому сильные и сложные проклятия имеют право накладывать только некроманты, а если кто-то другой попытается, его ждет такой большой штраф, что гораздо проще за куда меньшие деньги нанять некроманта.

— Ну, наверное, до сих пор находятся плохо учившиеся в школе люди, которые не знают, что наложившего проклятие всегда можно определить, — хмыкнула Анжа. — Как и его заказчика.

— Да, но, как ни странно, здесь таких практически нет. Я за прошедшие годы только дважды разбирался с проклятиями, наложенными не некромантами. И возвращаясь к тому, почему наложение проклятий не запретили. Вторая причина — это то, что большая часть проклятий, которые накладывают некроманты, вообще не причиняет никакого вреда проклинаемому.

— Как это?! — опешила Анжа.

— А вот так, — усмехнулся Фешаду. — В основном я накладываю проклятия, не позволяющие пить много алкоголя, изменять супругам, прогуливать школу. Последнее, кстати, одно из немногих, которые разрешено накладывать на несовершеннолетних.

— Прогуливать школу? — растерянно переспросила Анжа.

— Да, а еще — уходить гулять без разрешения, играть в азартные игры, воровать. Они все, правда, действуют ограниченное время, а стоят не так уж и дешево, поэтому далеко не все могут их себе позволить. Но уж те, кто может, наведываются ко мне регулярно.

Анжа потрясенно молчала, а Фешаду продолжил перечислять, чем ей предстоит заниматься:

— Еще тебе нужно будет заполнять договоры, шаблоны на разные случаи у меня есть, заказывал у неора Науалду, это один из здешних магов-нотариусов. Также ты будешь заказывать для меня разные ингредиенты и заготовки для артефактов, справа лежит журнал учета по ним, на первой странице по каждому написано, какой должен быть минимальный запас. Расход я обычно заношу сам, но иногда и тебя буду просить.

— Ты еще и артефакты делаешь? — поинтересовалась Анжа, узнавшая за эти полчаса о некромантах больше, чем за всю предыдущую жизнь.

— Устанавливаю магические контуры на заготовки, — кивнул Фешаду. — В основном делаю поддерживающие для больниц и поисковые для полиции. Но иногда работаю и по индивидуальным заказам. Я ведь единственный лицензированный некромант не только в Сомбиресте, но и нашем дистриту, а также в соседнем. Так что у меня государственные заказы и на изготовление артефактов, и на оказание помощи полиции, и на уничтожение анданду. В полиции, конечно, есть и другие некроманты, поэтому для допросов или определения, жив ли пропавший, меня приглашают редко, только когда другие не могут справиться. По договору на уничтожение анданду идет фиксированная ежемесячная оплата, по договору на помощь полиции — тоже, а за изготовление артефактов — сдельная. Вот, кстати, я забыл тебе сказать, что в журнал учета доходов ты должна будешь заносить только те платежи, которые я получаю наличными, те, что идут через платежные артефакты и на мой банковский счет, появляются в журнале сами.

— У тебя есть и платежный артефакт тоже? — Анжа уже устала удивляться.

— Конечно, — кивнул Фешаду. — Я ведь через него тебе аванс перечислял. Но я чаще сам через него плачу, чем принимаю платежи. Вот, например, сегодня после обеда приедет Фелиза с нашим заказом, мы его оплатим через артефакты.