Рыжий кошмар ректора, или Ведьма поневоле

Глава 6. Немного о сложностях с чувством юмора и странных гостиных

Психолог. Это называется психолог, и по дороге в башню я начала подозревать, что в контракте мелким шрифтом написали что-то о дополнительных обязанностях психолога для педсостава. А все потому что физрук с упоением рассказывал о том, как тяжело работать с детьми.

– Шестнадцать лет, вроде уже можно соображать ведь, а туда же. На прошлой неделе ламантина телепортировали в столовую. Вроде и тренировки ночные назначаю, чтобы сил не было на всю эту чепуху, так ведь не помогает. А третий курс знаете что?

– Что? – послушно спросила я, предвкушая какие-то жуткие подробности преступлений третьего курса.

Метлу у главной ведьмы отобрали? Коту учёному кошачьей мяты подсунули в корм? Оборотню ошейник подарили? Что могли учудить подростки при условии, что подростки стандартно дикие, а мир магический?

– Дверь украли, – выложил он.

– Зачем? – растерянно моргнула я.

Зачем воруют двери в обычных учебных заведениях, я более-менее представляла, но здесь…

– А Кот их знает, – пожал плечами физрук. – Спрашивать не у кого было, они поисчезали все.

– Куда?

– А Кот их знает, – последовал все тот же ответ. – Я ведь говорил, исчезание надо проходить на шестом курсе, аккурат перед самым выпускным, чтобы неповадно было.

– Да-а-а-а, – сочувственно протянула я, не до конца понимая, как полагается реагировать.

– Но ты не думай ничего такого, в преподавательской башне защита стоит надёжная. Ещё три века назад сам ректор Диппет ставил.

А я и не думала ничего такого, я просто пыталась принять новую правду жизни: преподавание куда сложнее, чем я всегда воображала. Мне бы в тихую лабораторию, а вместо этого вот такие приключения.

– Думаю, всё будет в порядке, – сухо ответила я, лишь бы что-то сказать.

– Да-да! – дружески ткнув меня в плечо с такой силой, что я покачнулась, заверил Эр. – Привыкнешь. Раз уж ты теперь часть команды, будем работать с тем, что есть.

Оптимизм нового знакомого, конечно, не мог не впечатлять. Впрочем, с таким нервным руководством, наверное, на одном оптимизме и выезжаешь.

Мы шли по пустым коридорам, и в их каменной холодной пустоте наши шаги разносились гулким эхом. Ладно, в основном мои шаги. Чёртовы каблуки. Дёрнуло же меня выпендриться на это собеседование! Эх, такая была перспективная компания! И это я сейчас не про вот это всё во главе с Ведьмой Перуновной и Крокодилом Ректоровичем.

– Преподавательская башня не очень близко, но это распоряжение первого ректора академии, – просвещал меня дорогой Эр. – Наше крыло самое дальнее и почти изолировано от основного здания.

Интересно, почему.

– Могу понять причины, – хмыкнула я.

– Соображаешь, – я удостоилась еще одного тычка. – И звукоизоляция, кстати, отличная, – он красноречиво шевельнул бровями, но я сделала вид, что не заметила. – В общем, тишь да гладь. Обживёшься чуть-чуть, покажу аудитории и помещения общего назначения. В зверинец лучше не суйся, у сарколемма расстройство желудка, там сейчас находиться невозможно.

– Учту, – не стала я говорить, что даже в мыслях не было туда заглядывать.

На самом деле, я и животных-то не очень люблю. Максимум белок. И то на расстоянии. Когда они где-то там, а я где-то тут. Вот в таком формате я готова любых тварей любить. Даже людей.

– Прибыли! – триумфально улыбнулся Эр и галантно указал на лестницу.

– Какой этаж? – стоически спросила я, надеясь на ответ «второй и ни ступенькой выше».

– На самый верх. Там не промахнешься. Отличная тренировка, да?

– О да, как раз давно хотела поселиться в доме с лестницей и без лифта.

– Правда? Вот удача!

Нет, мне точно нужна табличка «сарказм», без неё я с этим аборигеном общаться отказываюсь.

– И ещё вид потрясающий, – вдохновенно болтал Эр, бодро перепрыгивая со ступеньки на ступеньку. – Тебе понравится.

– Если доползу, – прохрипела я полминуты спустя. Ноги подрагивали и категорически отказывались подчиняться приказам мозга. Забастовка.

– Ты чего остановилась?

– Наслаждаюсь видом, – язвительно бросила я, оседая на пол. – Поселите меня тут, буду жить прямо на этой лестнице. Больше не могу.

– Устала? – сочувственно и даже как-то ласково поинтересовался здоровяк. – Ох уж эти женщины…

Осторожно, будто боясь сломать, он обхватил меня за талию и самым невоспитанным образом закинул на свое широкое плечо. В такой момент полагалось возмутиться, дать мужчине пощечину и эффектно удалиться, однако ни сил, ни желания возмущаться не было. Все равно ведь придется карабкаться по этой дурацкой лестнице, уж лучше пусть сильный мужчина меня донесёт.И он нёс.

Физрук поднимался очень бодро, даже дыхание ничуть не сбилось. Я расслабилась, наслаждаясь тем, как отходят ступни, уставшие от ненавистных каблуков, и следила только, чтобы юбка сильно не задиралась. Не хватало ещё, чтобы на меня снова накинулись за разврат. На сегодня свою норму мелочных придирок я уже получила.

– Тот факт, что у меня ноги отваливаются, не имеет ничего общего с тем, что я женщина, – фыркнула я, на всякий случай ткнув его в лопатку. – Просто у меня был длинный день. Очень и очень длинный день.

– Солнцестояние что ли? Неудобно, конечно, получилось: отпраздновать не смогла, ещё и Гордон на тебя накричал.

– Солнцесто… – я осеклась и покачала головой.

Надо запомнить: Эр прямолинеен, как шпала, никаких метафор себе с ним не позволять. Я вздохнула и попробовала еще раз:

– Нет, не буквально очень длинный день, просто много дел, много хлопот, так что я подустала и, если честно, выдохлась.

– Вот мы и прибыли. Сейчас отдохнёшь, – бережно и как-то отработанно – наверняка регулярно так дамочек таскает – опустил меня на пол Эр.

Я огляделась. От преподавательского крыла я ожидала, конечно, не этого.

– А где… хоть что-то? – осторожно оглядываясь, поинтересовалась я. Не могу до конца объяснить, чего именно я опасалась, то ли того, что из-за угла выскочит что-нибудь злобное, то ли того, что не выскочит. Даже не знаю, что хуже.