Рыжий кошмар ректора, или Ведьма поневоле

Глава 7. Тяжела жизнь ректора

Гордон МакДрайг, ректор

Когда наконец за этой парочкой захлопнулась дверь, я швырнул в неё самое мощное запирающее заклятие, на какое был способен. Его, конечно, тоже скоро подточат гремлины, но час-другой покоя у меня точно есть. Поэтому я позволил себе не по-мужски взвыть и треснуться лбом о столешницу. Уже думал, что этот день не может стать ужаснее… И вот пожалуйста! Дед всегда говорил мне: не смей загадывать, магия не терпит условий. Он был прав.

Эр притащил мне этот рыжий одуванчик, который хлопал большими зелёными глазами и утверждал, что является нашим новым алхимиком.

– У-у-у! – я позволил себе взвыть, подняв голову к потолку. Как только я представил себе этого, прости, Небесный Дракон, алхимика, пытающегося прочитать лекцию нашим сорвиголовам, виски сразу сдавливало болью. Пока фантомной, но она, я уверен, очень скоро превратится в настоящую!

Да что ж на меня в последнее время несчастье за несчастьем сыпятся?! В отставке король отказал, сказав, что войны всё равно нет, а обучение молодых магов должно благотворно повлиять на мою выдержку. Моя выдержка тут трещит по швам! У меня уже три седых волоса появилось! Это не молодые маги, а молодые демоны! Уверен, в их возрасте я вёл себя гораздо приличнее. Как будто было недостаточно выпустить из клетки степного дракончика и запустить его к брауни! Это ерунда, можно сказать, простительная шалость. Но вот найти заклинание высшего порядка, попытаться самостоятельно проходить сквозь стены и застрять в стене замка… Вот тут уже моя выдержка пасовала. У нынешнего поколения что, вообще атрофировалось чувство самосохранения? Или они искренне считают, что бы они не сотворили, прибежит мамочка, подует на ранку и всё пройдёт? Нет, мамочки таки прибежали! После того, как любимые детки не приехали на каникулы. Приехали с претензией, что сатрап и деспот ректор не отпускает любимых чад на заслуженные каникулы. А сатрап и деспот ни сном ни духом!

В поисках заигравшихся приняли участие все преподаватели (лишившись недели собственных каникул и очень по этому поводу недовольные), но следы пропавших цветов жизни нашлись. Вот правда стены замка совершенно не желали отпускать жертв. Замок у нас древний, со странностями и закидонами. Искренне считает, что ему положены жертвы за то, что он охраняет нас всех. Объяснить, что охранять, собственно, не от кого вот уже пару столетий (да и жертвоприношения уже давно не в моде) не получилось. Может он просто не понимал язык? На старомагическом, боюсь, я не очень хорошо говорю. В результате пришлось изменить своему правилу, превратиться в дракона и пообещать, что разнесу по камешку к чертям собачьим (что это такое, я не очень понимаю, но крёстная часто это выражение употребляет, мне с детства нравится).

Замок внял, юных идиотов отпустил, но злобу, как я понимаю, затаил. Будет теперь мелкие пакости подстраивать. Вот как мне, спрашивается, ещё древний замок умасливать? Пусть король сам приезжает и разбирается. В конце-концов он тоже из золотых королевских драконов, сможет с замком пообщаться.

Но и этого мало! Вместо того, чтобы разбираться с замком, король пообщался с моей маменькой и поинтересовался у неё, не мечтает ли она о внуках. О внуках она даже и не думала. Ровно до тех пор, пока Эдвард не задал ей этот вопрос. Я его, конечно, тоже понимаю. Когда ты хочешь просто повеселиться на балу, а к тебе со всякими глупостями пристаёт энергичная драконица… И даже в подземелье ты её просто так посадить не можешь, потому что старшая родственница. В общем, брякнул первое, что пришло в голову, чтобы перевести тему разговора. Увы, идея с внуками нашла живой отклик в сердце моей матушки, и она со свойственной ей энергией принялась осаждать меня. Полагаю, Эдвард вздохнул с облегчением. А вот я…

Поймите меня правильно: у меня прекрасные отношения с родительницей, мы нежно друг друга любим, и любовь эта прямо пропорциональна расстоянию между нами. На мой взгляд, у матери слишком много свободного времени и энергии. Которую она, к сожалению, направляет на то, чтобы усиленно причинять добро всем окружающим. Я в своё время и уехал-то подальше, чтобы пореже попадать под фонтаны её разрывных благодеяний. А отец и так всю жизнь пропадает в научных разъездах, исследуя старые магические разломы. Скучно матушке, в общем.

И вот, именно сегодня с утра она заявилась ко мне с визитом (для энергичной драконицы сто лиг не крюк, а так, разминка перед чаем), чтобы обсудить эту проблему. В смысле, почему я не женюсь. Хуже всего то, что заявилась она не одна, а приволокла с собой глупо хихикающую свиристелку явно драконьих кровей и отчего-то смутно знакомую..

– Дорогой, – преувеличенно-радостно воскликнула родительница, распахивая руки, чтобы заключить меня в любящие объятия. Я мученически вздохнул, поднимаясь навстречу, поклявшись про себя, что возьму в секретари боевого орка, которому не нужно будет отпрашиваться, чтобы повидать семью, и который будет стоять на страже моих интересов. – Милый! Мы тут с Амандой ходили по магазинам неподалёку и по пути решили заскочить к тебе, проведать.

Угу, по пути. Если учесть, что академия специально была устроена в максимально удалённом от крупных городов замке, и ближайшее место, где были более-менее приличные магазины, было лигах так в пятидесяти отсюда… Абсолютно по пути!

– Я даже завезла тебе обед! Ты вечно забываешь поесть, а потом глотаешь всякую дрянь! – от заботливых ноток в её голосе я чуть не скривился.

– Мама, в нашей академии прекрасная столовая. Крёстная прислала к нам работать несколько брауни из мишленовских ресторанов, – если б я ещё понимал, что это означает! Но крёстная была преисполнена гордости. – У нас замечательная еда.

– Ах, Эмилия постоянно скачет по мирам, сама уже обиномирилась настолько, что не понимает, какая еда идеальна для растущего драконьего организма! Вот тут тебе пророщенная пшеница и грудка индейки в соусе труаль. Мы с Амандой специально для тебя выбирали!

Я не выдержал и поморщился. Если с индейкой можно было примириться, а траву просто выбросить, то соус портил всё блюдо.