С Кирой и без нее

Другие голоса. Славик

5 декабря

С тех пор, как Кира Воробьева появилась в его жизни, Славик не думал о ней только тогда, когда спал. И то если она ему не снилась.
Хотя, "появилась в его жизни" - это, конечно, слишком громко сказано. В его жизни Киры, как раз, не было. Она все время оставалась где-то на периферии. Скользила по орбите его будней, неуловимая и прекрасная.
Он был одержим ею. Сперва Славик думал, что это пройдет со временем. Но со временем становилось только хуже.
Он постоянно пытался быть рядом с ней - "греться у ее костра", как сказал ей тогда, во время их встречи в актовом зале. Но и слишком приближаться к Кире Славик тоже опасался - потому что это было бы неэтичным по отношению к ней и ее личным границам; а еще потому что в глубине души боялся, что сгорит, если подойдет через чур близко.
Так Славик и существовал все эти три месяца, будто бычок на привязи. На расстоянии от пяти до пятнадцати метров. Ему было интересно, замечает ли Кира, что он постоянно вьется где-то рядом. Ему очень не хотелось, чтобы она замечала. Пусть она и разрешила. Все равно.
Те долгие часы, что лежали между последним уроком одного учебного дня и первым уроком следующего, потеряли для него всякий смысл. Выцвели, будто типографская краска в старом учебнике.
Славик был отличником, но учиться никогда не любил. И школу тоже не любил. И одноклассников с учителями - недолюбливал. И никогда прежде он не мог подумать, что по утрам будет вскакивать, будто ошпаренный и нестись на учебу. Потому что там, в школьных кабинетах и коридорах, где была она - был и он. А нигде больше его по-настоящему не было.
Все это было мучительно. И в то же время, по-своему прекрасно. Но в первую очередь, все-таки мучительно.
И тогда Славик решил, что дальше так продолжаться не может.

Сидя напротив горящего экрана компьютера и прислушиваясь к звукам ночного города за окном, Славик протирал очки, хотя они уже давно были совершенно чистыми. На экране, поставленная на паузу, тоскливо ждала его внимания очередная серия "Атаки титанов". Но Славику было не до "Атаки Титанов", и не до аниме в принципе, и вообще не до чего. Как он ни старался отвлечься и вникнуть в сюжет, отстраниться от реальности у него все равно не получалось.
Нужно было что-то менять. А то ведь так можно всю жизнь провилять хвостиком за человеком, которому на тебя, в сущности, всё равно.
Отчего-то он вспомнил про Аню Зотову. Девчонка, которая нравилась Славику довольно долгое время и в которую он, как ему тогда казалось, был даже влюблен - до тех самых пор, как увидел Киру Воробьеву и осознал, что все это просто-напросто смешно. Что все это был только суррогат чувств, при помощи которого он, Славик, пытался себя развлечь. И не более того.
"А что, - подумал он, наконец, откладывая многострадальные очки в сторону, - может быть, это и не самый худший вариант".
Аня ведь милая и симпатичная. Она добрая и умная. Она мило краснеет, когда смеется. Почему бы и нет?
Славик ведь уже давно хотел признаться ей в чувствах, да все как-то не решался. И случая тоже не находилось. Может быть, вот он, случай?
Наконец-то взять всё в свои руки. Вернуть потерянный контроль над своей жизнью. Над собой.
Славик так обрадовался своему нечаянному озарению, что даже клацнул мышкой и снова запустил "Атаку титанов". Хотя всего десять минут назад собирался идти спать.
"Точно завтра подойду к Ане и позову ее в кино. Или в театр. Или в музей. Или все-таки в кино. Да, в кино - лучше всего".
В тот вечер он заснул прямо в кресле перед экраном компьютера.

6 декабря

Он сделал все, как и планировал. Зотова приглашению обрадовалась. Он взял два билета на ретроспективу Жана Люка Годара, потому что считал, что в кино на свидания стоит ходить только на французские фильмы.
Весь вечер он смотрел на Аню. Заглядывал в ее карие глаза. Разглядывал каждую из веснушек на бледных щеках. Пытался разглядеть в ней что-то, что в один прекрасный момент разучился видеть. И, в конце концов Славику показалось, что у него это получилось.
Аня же все ловила его взгляды, и каждый раз смущенно улыбалась и также смущенно краснела. Отворачивалась и приглаживала волосы.
Славик вовсе не был высоким, но на фоне мелкой и худенькой Зотовой казался сам себе настоящим мачо. Это ему тоже нравилось.
Фильм был скучный, хотя Славик и старался изо всех сил не показать виду, что скучает. Наоборот, делал заинтересованное лицо и даже подался вперед, оперевшись локтями о колени и будто бы стараясь нырнуть прямо в экран. Чтобы Аня, бросив на него очередной взгляд, тут же поняла, что имеет дело с настоящим интеллектуалом, который неплохо разбирается в киноискусстве. И сразу же влюбилась. Если еще нет.
Потом он провожал ее до дома, и они болтали о всяком. Вернее, болтал в основном один Славик. Аня либо поддакивала, либо неуклюже пыталась поддержать разговор. Не хватало ей смелости. Но ничего, он-то ее раскроет.
Когда настала пора прощаться, и они стояли под окнами ее квартиры, Славик все думал, стоит ли поцеловать Аню или еще рано. А Аня, кажется, вполне себе понимала, о чем он думает. В конце концов, он решил, что время для поцелуев еще придет, и они попрощались.
Славик немного постоял, сунув руки в, карманы и ежась от холода. Потом отправился к метро и по пути заприметил неплохой такой сугроб. Недолго думая, рухнул в него и сделал снежного ангела. Попытался запомнить этот момент. Попытался запомнить это звездное небо. Попытался...
Все было фальшиво.
"Ну, ничего, - подумал он, - это сейчас фальшиво. Нужно просто подождать. Просто подождать".
Лежать в снегу было холодно.