С любимыми не расстаются

Притча о змее

Давным-давно, когда величественные деревья обвивали яркие лианы, а кроны, сплетаясь в зелёную крышу, едва пропускали солнечные лучи, жила в лесу Змея. Каждый день, грациозно скользя среди трав, она слушала шёпот деревьев и переливы ручья, голоса зверей и птиц. Это наводило на Змею тоску: как грустно проводить время в бесконечных однообразных заботах, не имея возможности сделать иное. Какое такое «иное» Змея не понимала, но каждый раз, когда думала об этом, в сердце рождалось томление в ожидании чего-то большего.

Однажды Змея решилась на путешествие: может там, где она ни разу не была и найдётся то самое, что избавит её от хандры? Она поползла вверх, по заскорузлому стволу и кривым ветвям, оплетённым красочными вьюнами, сквозь тяжёлую листву. Её пластичное тело с лёгкостью преодолевало преграды, а чешуя, когда на неё падал солнечный луч, сверкала, как драгоценные камни.

Неожиданно голова Змеи оказалось над лиственным покровом. Она с удивлением взирала на колышущее зелёное раздолье и необъятный голубой простор. Змея была поражена обилием яркого света и вкусного свежего воздуха. Ей захотелось всем телом ощутить неведомое доселе поднебесье. Она вытянулась в струну, балансируя на самом кончике хвоста.

Ах, как чудесно! Её нежно ласкало солнце, а лёгкий ветерок любовно обнимал и покачивал. Сердце Змеи защемило от счастья. Здесь, здесь её место, здесь она хочет остаться навсегда.

Холодный порыв качнул так сильно, что змея, едва не опрокинувшись, поспешила спрятаться в ветвях. Горечь затопила разум: она не приспособлена для неба, её удел ползать внизу. А так хотелось кружиться, как те прекрасные птицы с большими крыльями, которых она углядела среди лазурного безбрежья с белыми плывущими островками.

Раздосадованная Змея, шипя от огорчения, спустилась в знакомый, и тоскливый сумрак. Видно, суждено ей до конца своих дней лишь мечтать о небе. Но тут она вспомнила недавний птичий пересуд: в самой середине леса есть прогалина, где деревья расступаются вокруг большого озера. И там гораздо больше воздуха и простора. Змея решилась на новую вылазку.

День клонился к вечеру, пора было забираться в уютную ямку в корнях какого-нибудь дерева, сворачиваться колечком и сладко засыпать до утра. Но Змея жаждала перемен и, не раздумывая, отправилась в дорогу.

Странно, но знакомые прохлада и тишина, окутанного ночным мраком леса, сейчас настораживали Змею. Лунный свет, пробиваясь сквозь густые ветви деревьев, создавал загадочные тени, а шорох от собственного движения пугал.

Вдруг в кустах затрещало. Осторожно двигавшаяся мимо змея замерла и прислушалась. К шороху добавилось фырканье, и из кустов поспешно выбрался старый встрёпанный Ёж. Он недовольно посмотрел на подобранную для броска змею и сердито засопев: «Там Тень», - скрылся в траве.

Про Тень ходило множество жутких слухов. Она всегда появлялась ночью. Кто-то видел её при яркой луне, а кто-то говорил, что время Тени – кромешная тьма. Но всегда с ней приходил особенный холод и смертельный страх.

Оглядываясь по сторонам, самым тихим шёпотом, касаясь голов друг друга, лесные обитатели рассказывали, что Тень забирала душу того, кто случайно оказался рядом. Несчастный невольно становился помощником Тени и заманивал других. Если слышали в ночи странный крик о помощи, старались бежать не на зов, а от него, опасаясь стать следующей жертвой и бродить по лесу вечно, забывая себя и не находя покоя.

Змея в растерянности задумалась: повернуть назад или ползти вперёд? Если повернёт, то вряд ли ещё раз решиться проползти через место, где бродила Тень. И тогда не то, что мечта, а даже маленькое желание просто видеть бескрайность неба никогда не осуществится. Но если она встретит Тень, то совсем пропадёт. Змея решила продолжить путь: пусть уж лучше совсем пропадёт и забудет себя, чем страдать о несбывшемся всю жизнь.

Обычно в это время хозяйничали и перекликались ночные обитатели леса, но Змея слышала только тревожное биение собственного сердца. Чем дальше она ползла, тем ощутимее становилась опустошённость. А беззащитность и безысходность давили всё сильнее, затрудняя движение гибкого тела.

Она уже почувствовала запах озёрной влаги, осталось совсем немного, но Змея вдруг, словно окаменев, застыла. Темнота перед ней сгущалась, образуя чёрную тень большекрылой фигуры. Фигура колыхалась, очертания плыли. А Змея от ужаса не могла спрятать глаза. Она узнала ту птицу, полётом которой любовалась утром. Но как она могла ей тогда понравиться: безобразная, страшная? Змея ошиблась, нет ничего прекрасного в небесных просторах и его птицах!

Горькое разочарование вдавило тельце Змеи в землю. Бессмысленной казалась её мечта. И она, прощаясь с ней, вновь вспомнила тех птиц и ветер, и солнце, и небо, и ощущение свободы. Змее сразу стало тесно, захотелось пошевелиться и освободиться от всего сковывающего и мешающего. Но рядом танцевала Тень.

В этот момент Змею кто-то больно толкнул, а потом заскрипел у самой головы: «Змея? А я думал палка. Такая же сухая и неподвижная. Ты чего здесь?»

«Тень», - собрав остатки сил, шикнула Змея.

«Тень? Где? - Черепаха задумчиво обполз вокруг Змеи, а потом посоветовал - Закрой глаза и открой. Нет Тени».

Змея рассердилась: зря говорят о мудрости черепах, если они не видят очевидное, но решила попробовать, тем более всё тело неприятно зудело и, казалось, требовало движения. Несмотря на это, Змея не без труда подтянула хвост к голове и прикрыла им глаза, но, быстро устав от маленького усилия, уронила кончик на землю и уставилась перед собой. Удивительно, Тени не было. А впереди, за деревьями, она ясно различала воду.

«Как же так? – удивилась Змея, - Я же видела Тень. Она исчезла и не тронула меня?»

Черепаха сочувственно защёлкал: «Это морок. Страх обрёл форму. Расскажи, чего ты боишься?»

И изумлённая Змея, не таясь, раскрыла Черепахе все-все самые сокровенные желания.

«Тебе тесно внутри себя. Сначала сбрось старую кожу, - многозначительно глядя в глаза собеседнице, промолчал Черепаха, - а потом…»