С любовью… Вампир 2

Глава 56

Николь

И тут все резко пришло в движение и завертелось. Морос тут же подскочил ко мне и встревоженно спросил:

- Что случилось? Где болит?

- Внизу живота! - проныла я от боли.

Или ещё где пониже. Не могу точно определить. Но про это я промолчала.
Не знаю, то ли время уже пришло, то ли сегодняшние мои виражи на поляне стали причиной. Но, очень похоже на то, что я рожаю. Я уставилась на Ладу с круглыми от боли и ужаса глазами.

- Лада, кажись, началось!

Лада тут же подскочила ко мне. Морос сжал мою руку:

- Я с тобой, милая!

Но взгляд у него был потерянный. Мужчины! Хотя я сама, несмотря на то, что давно морально готовилась к этому событию, была немного растеряна.

- Дыши глубже! - скомандовала Лада.

Мы проходили с ней эти упражнения для облегчения схваток.

- Но мне все же сначала тебя нужно осмотреть. - сказала Лада. - Надо убедиться, что это точно схватки, а не что-то другое.

Затем она обратилась к Эшли, которая тоже сразу ко мне подскочила.

- Где у тебя тут операционную можно устроить? - спросила Лада у Эшли.

- Ты меня пугаешь, Лада! - озвучила свои страхи я.

- Надо быть готовым ко всему. - объяснила Лада. - Стол все равно пригодиться, хотя бы для пеленания малыша.

- Либо кухня, либо тут, в гостиной. - предложила Эшли. - Больше столов у меня нет. Но здесь стол больше.

- Мужчины, освобождаем гостиную. - скомандовала Лада.

- Я остаюсь! - заявил Морос.

Лада взглянула на меня. Мы с Моросом обсуждали совместные роды. Я была не против, чтобы он участвовал. Он же обосновал свое присутствие тем, что он кровь может учуять.

- Пусть остаётся. - дала добро я.

- Остальные тогда брысь отсюда. - скомандовала уже Эшли. - И этого заберите.

Она указала на Венца.

- Нам нужны чистые простыни, антисептики, если они у тебя есть.- начала перечислять Лада. - У меня в чемоданчике, конечно, все это есть. Но дополнительно не помешает.

Эшли ушла, чтобы принести простыни и антисептики.

- Последнего добра у меня навалом. - сказала Эшли, когда принесла антисептики. - Ссадины, порезы, травмы неотъемлемые спутники стража. Работа у нас такая. - прокомментировала она.

Сколько не готовься, нельзя быть готовым к боли. С определённой периодичностью меня пронзала боль. Лада же заверила, что с ребёнком всё в порядке. Это у меня там расширяется матка. Как мы прочитали, она должна раскрываться в среднем на один сантиметр в час. Поэтому схватки могут длиться до двенадцати часов.

Я бы даже, наверно, согласилась на кесерво сечение, лишь бы не терпеть эту боль. Хотя мне всегда казалось, что к чему к чему, а вот к боли я готова. Как только что Эшли сказала, боль в той или иной форме - это составляющая жизни стража. Но в домашних условиях Лада решила не рисковать. Всё же такая операция является сложной. Его лучше проводить в условиях стационара.

Сначала схватки были нечастыми, а последний час они чуть ли не каждые пять минут случались. При каждой схватке мне говорили:

- Тушься! - Лада давала команду.

- Дыши, милая! - вторил ей Морос.

От потуг у меня пот струился градом. Я уже давно была вся мокрая. Я не знаю, как вынес мои крики Морос. Внешне он держался. Но по глазам было видно, как он мечется внутри. Это был случай, когда он никак не мог облегчить мою боль. На какое-то мгновение я даже пожалела о принятом решении позволить ему участвовать в родах. Сидел бы на кухне и попивал чайку.

Мне повезло. Возможно, помогли те упражнения, которые мы упорно делали до родов, а также техника расслабления мышц таза, и мои накаченные мышцы, которые помогали проталкивать малыша в нужном направлении. Через три часа моих потуг в мир появился наш малыш.

Как только малыш появился на свет, он громко известил мир о своём появлении.

- Мальчик! - с нежностью объявила Лада и передала мне малыша.

Морос в этот момент, кажется, вообще на пару секунд выпал из реальности. Затем он усиленно моргнул, то ли приходя в себя, то ли пряча слезы. Я так и не поняла. Я аккуратно взяла малыша из рук Лады. Морос помогал мне, придерживая малыша. Я прижала его к своей груди.

- Привет, наш ангелочек! - я счастливо улыбнулась.

- Привет, сынок! - с трепетом произнес Морос.

Малыш морщил лицо и махал в воздухе маленькими ручками, зажатыми в кулачок. Он ещё был весь красненький, зато такой милый. По моей щеке заструились слëзы.