С ней надо что-то делать

Глава 9

В мирное время самолёты могут себе позволить

порхать в собственное удовольствие

Итак, принцессу Етитту не сплавили к Бийре, как намеревались. Что-то Босх и господа диктаторы опять намухлевали с политикой, и это напрягало. Попытка взять за грудки папу закончилась дежурной оплеухой. Вкупе с отеческим советом не лезть, куда не просят. А Босх посюсюкал с ней и просто пропал. Отрезал подлец любые поползновения к выяснению отношений.

Словом, Блун-хада с дочкой демонстративно отправляли восвояси посредством воздушных перевозок. Перевозчика же просто поставили перед фактом. И ведь какая подлость: ни папулю, ни Босха расстраивать своими капризами не хотелось. А те чувствовали это и пользовались её сердечным расположением на полную катушку.

Честно говоря, Инга ожидала, что погрузка на шестиногий кукурузник не обойдётся без ужимок Етитты. Впрочем, это она со зла. Трудно назвать ужимками страх нормальной девушки перед первым в жизни полётом. Вот её папаша – тот да: примет шанс прокатиться под небесами на ура. Тем более, что вечный соперник Шин-хад и тут его опередил.

Однако Етитта её умыла. Едва принцессу подсадили на раздувшуюся ингири, та шустро переползла со спины на левую лопатку. Ловко привязалась к ремням, что подобно лямкам рюкзака удерживали на спине пару сундуков. От третьего помог отбрыкаться заботливый отец. Впрочем, Мунала и не настаивала.

Блун-хад был не так расторопен, как юркая дочурка. Но и тот расположился на правой лопатке в рекордные сроки. Оба с интересом оглядывались с высоты – будто что-то ещё не видали на крепостном дворе Шин-хада. Однако новизна ощущений вечно морочит голову мизерной сменой обстановки, раздувая её до гигантских миражей.

В сопровождающие Блун-хад взял пару самых доверенных гвардейцев – каждого, начиная с третьего пассажира, Инга поклялась сбросить из поднебесья без всякой жалости. Нашли аэробус – халявщики безграмотные. Они бы ещё на неё лошадей с каретой погрузили. И пару походных царских шатров с полевой кухней.

Последними на борт взошли Отти и Конта с Мав-шалом. Верней, оборотень для облегчения каторжной участи подруги, взлетел на её макушку экрюпчиком. Угнездился среди покрытых мехом бугров черепа и положил головку на выступающее надбровье. Закатив глаза ко лбу, Инга видела лишь чёрную пипку на кончике его носа.

– Ну, давайте! – проорал на прощание Шин-хад, шлёпая к морде самолёта. – Не свалитесь там!

– Не болтай попусту! – снисходительно протрубил в ответ Блун-хад.

Етитта что-то восторженно стрекотала стоящей у лохматого бока Мунале – Инга не прислушивалась. Потому что папа ухватил её обеими руками за ноздри. И пригнул голову дочурки, дабы заглянуть той в глаза.

– Будь осторожна, – строго напутствовал Шин-хад, даже не стараясь скрыть страх и раздражение по поводу крайне важной, но рвущей сердце затеи. – Амаш-хада провести не штука. А вот его сучка Харушад умна, как сто творцов. И хитра змеища. Я слыхал, будто эта стерва ходит в подручных у Кросха. Но это лишь слухи. Так что ты там не проморгай ловушки. Босх тебя всему научил, что пригодится?  Или только в постели валял дни напролёт?

Инга энергично кивнула. И не сразу уразумела, что положительный ответ на первый вопрос запоздал, породив двусмысленность. От кивка экрюпчик чуть не вылетел из гнезда. Он ехидно застрекотал, повиснув на левой брови: оборжался над её ответом папуле. Инга пальцем аккуратно подсадила его обратно.

Жаль оплеуху весельчаку не отвесить: сейчас её палец толще паразита раза в два. А бревном по башке – бесполезная форма воспитательного подзатыльника за отсутствием перспективы его осмыслить.

Пока они веселились, к морде подоспела Мунала. Мачеха ласково погладила Ингу по щеке, в каждой морщине которой её холёная ручка могла утонуть. Заглянула в глаза с такой тревогой, что невольно защемило сердце.

– Я скоро вернусь, – не удержавшись, пообещала ингири.

– Фу ты! Зараза! Хорош рычать! – замахал лапами отец, разгоняя воздух перед носом.

Мунала даже не поморщилась. И точно угадала смысл сказанного:

– Мы будем ждать, милая. Очень. Ты уж побереги себя.

– Ну, всё! – нарочито грозно проорал Шин-хад. – Хватит уже воду в ступе толочь!

Он и супругу цапнул за руку, как нашкодившего подростка. Бедняжка едва успела поддёрнуть юбку, как её уволокли с взлётной площадки.

Сам взлёт был тем ещё удовольствием. Ноша тянула к земле вдесятеро меньше, чем собственный вес. Разбарабанило ингири от души. Убедить эту остолопку, что хватило бы и меньших габаритов, невозможно. Она так чувствует, и отцепитесь от неё!

Крылья подняли ветер, который по шкале Бофорта можно классифицировать, как бурю. Пыль столбом. Тощие деревца дизайнерского озеленения под окнами плясали в раскачку. Провожающие гостей зеваки сквозанули прочь, ловя шапчонки с юбчонками и глотая пыль.

Ингири чуть оторвалась от земли. И, наконец-то, задницей прочувствовала перебор. Она разумно подсбросила вес, и дело пошло веселей. Хотя и не намного. Инга ещё никогда не испытывала таких перегрузок при взлёте. Мав-шальчик на макушке надрывал глотку, стараясь подбодрить её своим чириканьем.

– Сидеть смирно! – сзади рявкнула на кого-то Конта.