С ней надо что-то делать

Глава 31

Человеку нетрудно пожертвовать другими там, где могут пожертвовать им

– Как?! – обескураженно выпалил Мав-шал вслед магу и уставился на Ингу квадратными глазами: – Как он там найдёт? Темница прямо под полом спальни Харушад. Просто каменный колодец. Он выложен промеж каменной кладки стен, что идут этажом ниже. Туда только сверху попадают, иных дверей нет. Я-то прополз между брусчатым настилом и уложенными поверх него досками. И всего лишь заглянул в колодец.

– Глубокий? – уточнила Инга, напряжённо прислушиваясь к недоброй тишине за входной дверью.

– Прилично, а что?

– Люк над ним достаточно плотный?

– Деревянный, крепко сбитый. А поверху ковёр настелен. Толстый.

– Значит, вспышку портала не заметят, – облегчённо понадеялась Инга.

– Вспышку чего? – переспросил Мав-шал и тотчас сообразил: – Так вот ты чего выдумала! Господин Грайд прямиком оттуда её умыкнёт? Здорово. Погоди, – вдруг насупился как всегда верноподданнически настроенный оборотень. – А чего ты Грайда позвала? Почему не господина? Он рассердится.

– А кто его звал? – зло съязвила Инга, едва ли не с шипением и брызгами слюны.  

– Понятно, – со вздохом кивнул оборотень и уселся за стол напротив. – Зря ты его просила. Он с тебя за услугу, что угодно слупит. Особенно… то самое.

– То самое! – передразнила его Инга. – По шлюхам бегаешь, а называть вещи свои именами стесняешься.

– Да я!.. – возмутился, было Мав-шальчик, гневно выпучившись на обидчицу.

И отлетел от стола, с грохотом повалив стул. Инга, само собой, тоже не ожидала открытия портала прямо перед носом. Прямо на столе. Выходка идиотская – если, конечно, это не случайность. Но шугаться не стала: много чести. И всё равно полетела на пол вместе со стулом, когда на неё обрушилась мягкая, тёплая, но изрядная тяжесть.

– Заходи, – услыхала она призыв оборотня и скрип дверных петель.

– Что тут у вас? – строго осведомилась валькирия. – Ой!

– Сними… её, – барахталась Инга под телом Отти.

– Я сама, – прошептала девушка, вяло ворочая конечностями в духе медузы, застрявшей в мелкой луже после отлива.

Друзья сняли груз с помятого тельца нежной принцессы. Оттащили Отти на кушетку и уложили на живот. После чего беспардонно разорвали на спине изгвазданную кровью рубаху, оценивая понесённые девчонкой потери. Инга отскребла себя от пола и подтянулась на консилиум.

– Могло быть и хуже, – с облегчением констатировала валькирия, закончив мять охающую жертву похищения. – Кости целы.

– Просто исхлестали плетью, – подтвердила Отти, морщась, однако не пища и не жалуясь.

– Сейчас смажу, и пройдёт, – мягко пообещала Конта, направляясь к шкапо-гробу.

– А я вот не понял, – прокурорским тоном заявил Мав-шал, стаскивая с Отти башмачки.

– Зачем похищали? – уточнила Инга, аккуратно подбирая распатланные волосы девушки.

– К чему мы тут сидим и выдумываем, как пробраться в зал с ключом? Почему бы не прыгнуть туда путём творца?

Путём творца аборигены именовали индивидуальные порталы. Которые – кроме прочего – удерживали на плаву басню о божественной природе волшебствующих инопланетян.

– Нельзя, – покачала головой Инга, раздумывая, как вести себя на пиру с Харушад.

Оптимальный вариант: включить дурочку. Ничего не произошло. У неё все дома. Хотя оставлять Отти тут в одиночестве больше нельзя. Или?..

– Ты придумала что-то стоящее? – тронув её за руку, прочитала по лицу жертва похищения. – Ты будто бы жалеешь меня. Я должна сделать что-то нехорошее?

– Или с тобой должны сделать что-то нехорошее, – недовольно забурчала Конта, отстранив Ингу. – Давай уж, не томи.

– Я могу потерпеть, – заторопилась Отти увековечить своё имя в списке павших героев, предварительно хлебнувших пытки. – Если очень надо.

– Надо, – сухо подтвердила Инга. – Только не такой ценой.

– Ты о чём? – потребовал конкретики Мав-шал.

Инга трижды подумала, прежде чем озвучить свою идею. Совсем промолчать – обидеть друзей, что выпучились на неё, как мартышки, которым установили посреди жарких джунглей новогоднюю ёлку в мишуре и снежинках.

– Чтобы сократить время поисков, хозяев крепости нужно беспрестанно провоцировать. В уравновешенном состоянии человеку нет причин проболтаться. Это происходит, когда он теряет присутствие духа. А как я им это устрою без божественного вмешательства?

– Поконкретней, – потребовала Конта, размазывая целебную мазь на обнажённой спине пациентки.

Странное дело: девчонка морщилась, но на диво терпеливо переносила оздоровительную экзекуцию после членовредительской. А исхлестали её на совесть: вся спина в окровавленных рубцах. Неужели ей не настолько больно? В железную стойкость девчонки Инге не верилось. Она ж не у врагов – среди своих, где не грех и чутка поныть. По всему видать, она реально почти не чувствует боли. Интересно: почему?