С ним или на нём

8

Спокойно покинув трущобы мы быстро двигались по более богатым районам столицы. Неспешно переговариваясь с Бером о своём, я наслаждался видами города в который раз. Этот район выглядел несколько иначе, более строго и педантично, а из слов Бера я понял, что это торговый квартал. Не рынок Стамбула, конечно, но выбор здесь есть, да и архитектура приятна для глаза, словно входишь в город внутри города и, хоть торговый квартал был совсем небольшим, но любопытное впечатление создавал.

Монументальные домики и лавки были похожи на небольшие замки из которых вполне себе удобно вести оборону, и это наводило на странные мысли о том, что городские бои должны быть крайне жаркими в сих гостеприимных краях столицы столь славного королевства. Сам же стиль застройки отдавал чем-то восточноевропейским и похожим на македонские города с лёгкими немецкими нотками прусского милитаризма, и это подкупало, ведь совсем не этого ожидаешь увидеть в обители купцов, дельцов и мастерового люда, что гармонично сосуществуют в одной экономической среде поддерживая друг друга. Как я понял из скупых объяснений Бера, то здесь образовался весьма гармоничный и в меру выгодный для всех симбиоз одних с другими: ремесленники творили, торговцы повышали стоимость товара и прочих нужных вещей, а дельцы умело регулировали всю ценовую политику, ведь иначе можно нарваться и на погром, благо простой народ любит раскулачивать богачей, а поскольку квартал имеет солидную автономию, то королевская армия при случае чего не явится защищать «чужое» добро.

«Прямо какой-то рай для мародёра», пронеслось у меня в голове.

— Благодаря столь извращённой системе противовесов и держится экономика этого странного места. — словно подводя итог своей речи, оборотень подтвердил мои мысли. — И хоть всей этой аристократии и не нравится столько свобод у купцов и прочего люда, но что-то сделать они не в силах, ибо таков приказ прабабки нынешней королевы. — задумчивый капитан лишь одобрительно хмыкнула на слова Бера, явно думая о своих «любимых» блинчиках. — Впрочем, это и выглядит странно, но вполне себе действенно, как видишь, мой друг, столица цветёт и пахнет аки майская роза. А если хочешь узнать ещё больше про сие королевство, то капитан тебе в помощь, я то не местный, так что гид из меня крайне паршивый. — камрад виновато улыбнулся и подтолкнул меня ко всё такой же задумчиво-холодной Регине. Интересно, что у неё на уме и почему она так спокойна после прошедшей бойни, или это всё в порядке вещей для местных жителей? А, впрочем, кто знает этот чёртов мир и его обитателей.

Пройдясь по моей фигуре оценивающим взглядом, капитан лишь фыркнула, явно списав всё на мою неуклюжесть, совершенно игнорируя действия оборотня. Размышляя, как бы разговорить девушку и не зная с чего бы начать, я всё продолжал наслаждаться её естественной красотой. Улыбки на прекрасных устах блондинки так и не появилось, да и повода, собственно, не было, поэтому я созерцал лишь арктическое спокойствие, и это было по своему умиротворяюще.

Зацепившись взглядом за антрацитовую алебарду, мне почему-то стало любопытно почему именно это оружие и кто учил мадемуазель Токдже им пользоваться, да и чем не тема для разговора, хоть и весьма странного?

— Не против, если мы перейдём на ты? Как говорится, общая битва сближает. — задумчиво скупо кивнув на мои слова и полуулыбку, она продолжила путь. — У тебя интересное оружие, капитан, как и доспехи у твоих людей, и мне любопытно узнать об этом побольше. Ведь нечасто увидишь мастера столь редкого боя. Кто тебя обучал, Регина? Если это, конечно, не государственная тайна… — я обезоруживающе улыбнулся.

Крепче сжав алебарду девушка внимательно посмотрела куда-то сквозь меня, словно на что-то решаясь. Устало вздохнув, она наконец-то начала говорить, я всё же услышал её чарующий голос, что ласкал мои ушки.

— Алебарда это традиционное оружие в королевской гвардии. — с каменным лицом заговорила Токдже. — Его ввёл мой предшественник, до его прихода все гвардейцы ходили с чем хотели, а отсутствие стандартной брони и вовсе делало из гвардейцев разношёрстную банду, но Касим Златогрив разогнал всю эту свору нахлебников прошлой королевы и устроил всеобщий набор. — лицо Регины на миг потеплело. — Так же он принял доктрину о стандартизации лат королевских магов по одному образцу, а за основу был взят его личный доспех, как видишь, традиция сохранилось до наших дней. Алебарда же была любимым оружие старого мастера и именно с помощью него он прославился, став последним рыцарем багряной королевы, будучи настоящим асом во владении этим оружием, он обучил и всех новобранцев. — уголки губ девушки стали складываться во что-то отдалённо похожее на улыбку. — Я была одним из тех новобранцев последнего созыва, а Касим только вернулся с очередной войны в порубежье, оставив там всю гвардию и большую часть солдат. Усвоив уроки мастера, я заработала своё место в гвардейских рядах и с тех самых дней наш облик остаётся неизменным, как видишь, за годы службы я и сама набралась опыта и стала очередным капитаном её величества. — ожидая новых вопросов, слегка «оттаявшая» девушка замолчала.

Я же размышлял о глубоких традициях, ведь всё имеет свою историю и это по-своему прекрасно, чарующе ужасно и по своему опасно. Кто бы мог подумать, что история этих гвардейцев столь невинна и коротка, или стоит брать в расчёт и заслуги до реформации? Не знаю, да и плевать, если подумать, я не за фольклором прибыл в сей мир, тогда зачем? Ведь я не герой? А просто сотрудник, что умеет обращаться с щитом. И кто я теперь? Герой? Ну уж нет, я всё так же остаюсь собой и не кем другим мне быть и не надо.

Дорогу домой скорее всего мне не найти, а просить помощи магов себе дороже, так что придётся стать Исекаем, чёрт бы его побрал и, если я правильно помню классификацию, то даже не первого поколения. Ведь я не слишком-то и горю желанием возвращаться, хотя мне есть куда, но зачем, если так всем будет проще? Нойман прекрасно забывается из памяти людей, так что никто не будет обо мне сожалеть и лить слёзы. Интересно, что же хочет местная королева? Ведь я даже не самый сильный из героев, а так, парень с щитом, а с другой стороны мне интересно, почему все так носятся за Бесфамильным, или я чего-то не знаю? С виду такой же обычный парень, как и я, правда эпохи у нас разные, и он за «Царя» и отечество, но земляк же, как-никак, или плевать на эти условности? Хрен его знает. Насколько я помню он слишком уж скрытный и готов умереть, но не просить помощи. Да уж, были раньше люди. Или это всё дурость? Кто знает.