С ним или на нём

9

Приятные звуки мандолины мелодично разносились по улице, а дивное пение нимфы трогало самые тёмные части души. Признаться, даже и помыслить не мог, что здесь водятся подобные виртуозы. Не Италия, конечно, но жить вполне себе можно, да и, как оказалось, развлечения имеются какие-никакие. Продвигаясь всё дальше, я подмечал различные детали необычного пения и прекрасной игры уличных музыкантов, а углубляясь в самое сердце квартала я видел новых людей и не совсем людей, которых становилось лишь больше. Вскоре показались и сами артисты, что пристроились рядом с в меру помпезного вида фонтаном и бесчисленными прилавками, магазинчиками и лавками. Казалось, что здесь была наибольшая концентрация всевозможных купцов и торговцев со всего квартала. Девушка, чей вокал я слышал, имела белоснежную кожу и до одури голубые глаза. Эта жгучая брюнетка чем-то напоминала мне о марокканских красавицах, что я видел во времена своих путешествий. Демобилизовавшись я много пил и, хоть сейчас это грустно признавать, но это так, благо из пучины запоя меня выдернул старый друг. Продав повидавшего на своём веку «мерина» каким-то армянам, я собрался и налегке улетел во францию.

И хоть мне было тоскливо продавать первую машину, я всё же отпустил прошлое и отправился познавать мир и самого себя, и хоть это было недолго, но мне хватило с лихвой. Правда полетел я не в Париж, как многие мечтают, а в более уединённое место, эдакую провинцию, и там я встретил Жюли, имени я, конечно, не знал, поэтому просто звал её милой. О, эти дивные голубые глаза, именно тогда я потерял голову. Впрочем, распивая прекрасное вино под лунным небом в компании красавицы, я наконец-то успокоил свою мятежную душу и, сам не понимая зачем, рванул вслед за ней куда-то в пустыню. Как оказалось в Африке много очаровательных мест и городов, там я и узнал что она была лишь наполовину француженка, но, к сожалению, мы расстались в месте, что местные называют «Жемчужиной» Марокко. Я был готов увести этот дивный цветок в свой заснеженный мир, жениться и даже принять одно из течений ислама, и всё это ради столь очаровательных глаз, но она не пожелала оставлять уют дома и морских городов.

Так и закончился мой небольшой отпуск в местечке под названием Жемчужина Марокко, с тех пор я полюбил марокканские мандарины без косточек и жгучих красоток. Вернувшись домой в меру довольным, загоревшим и поправившим душевное спокойствие, я устроился работать в структуры по рекомендации всё того же старого друга. У каждого должен быть свой путь отрочества и его финал. Я повзрослел, покинув родную страну и близких, ведь только в уединённом одиночестве можно услышать себя и мысли, что гложут тебя. Оценив красоту дальних краёв, я начал лишь больше любить свою землю и очарование нашей провинции, и ту зелень, что заполняет всё и вся в летние дни. Спустя миг более ритмичные звуки мандолины вывели меня из раздумий. Музыкант же, в отличие от вокалиста, был слишком невзрачен и сер, словно бывалый сотрудник старого комитета империи, коего уже нет. Было в нём что-то такое от зверя, хищного, и я не понимал что именно. Хотя под этой мешковатой одеждой ничего особо не разглядишь, да и мало ли убийц, сменивших своё ремесло, да и сам «инструмент» на что-то ещё?

Из-под широкополой шляпы артиста, недобро горя поглядывала пара алых глаз. Не уж то вампир? И та красавица тоже? Вечно мне везёт на «таких» девчонок. Хотя она не боится света, да и глаза вполне себе нормальные, голубые, словно воды озёр Альберты в далёких канадских краях. Так может и он не вампир? Мало ли мутаций у людей и им похожих? Следом заиграла новая песня о богах и героях, а так же тех, кто их всех убивает. Не так душно, как прошлая, но всё равно цепляет, чёрт её дери, или мне просто не хватает музыки? Интересно, а в этом мире есть какой-нибудь аналог карманного плеера или чего-то похожего? Я бы купил. 

Мои бесспорно важные мысли самым наглым образом прервал зычный торговец фруктами в меру звероватого вида. Огромная гора мускул и шерсти уверенно завлекала в свою лавку людей, да и что это за фрукт такой — манарины? Может и правда взять на пробу пару штук?

— Спелые, сочные, сладкие… Налетай! — совсем без акцента нахваливал свой товар здоровяк. — Манарины впитывают силу самого солнца, так что если вам нужно немного настроения или мощи света, то не проходите мимо, в лавке Златогрива есть всё. — гордо вещал звероватый торговец. На последних словах здоровяка Регина почему-то дрогнула и это не ускользнуло от моего взора, как, впрочем, и движения купца. Что-то они мне напоминали, но я пока никак не мог определить что именно. — Скушай манарин, герой! — повернувшись прямо ко мне лицом, торговец искусственно улыбнулся, протягивая сверкающий солнцем фрукт.

Но капитан тут же направила в сторону здоровяка алебарду, но он не спешил убирать свой товар, улыбка неспешно перетекала в оскал и я приметил у него неплохие клыки, такими можно и рельсу перекусить, неожиданно пронеслось у меня в голове.

— Почему ты назвал свою лавку именно так? — жёстко осведомилась Токдже у торговца не убирая оружие.

Оскал здоровяк резко спал, быстро меняясь на доброжелательную улыбку.

— Это дань уважения одному человеку. — скупо ответил торгаш, но я заметил толику торжества в его глазах, что проскользнула там на какую-то долю секунды. — Разве вас не учили уважать старших, капитан? — неожиданно произнёс здоровяк.

Алебарда в руках Регины опасно приблизилась к горлу торговца.

— Не тебе учить меня уважению, зверь. Я могу обезглавить тебя и мне за это ничего не будет, смекаешь? — цедя каждое слово блондинка злобно сверлила взглядом торговца, что всё так же оставался спокоен.

Подойдя слишком близко и приняв внезапный удар от девушки на щит, я всё же оттащил её от фруктовой лавки, на что здоровяк лишь тихо ответил.

— Мельчает нынче капитан, да и гвардейцы уже не те. — расстроено произнёс торговец.

Успокоившись, девушка благодарно кивнула и тут же пригрозила оружием.