Оказалось, что абсолютное одиночество – лучшая компания. Оно пахнет хвоей, мандаринами и свечами «Зимний лес». Оля сделала глоток каберне, растянулась и с наслаждением окинула взглядoм гостиную.
Идеальная картинка: ёлка в разноцветных гирляндах, за окном густой снегопад, тишина, нарушаемая лишь потрескиванием поленьев в камине. Этот дом на новогодние каникулы стал её крепостью, убежищем от того подлого года, что украл у неё веру в людей.
Она прикрыла глаза, и память предательски выхватила тот вечер...
Измена пахла цветочным шампунем.
Запах врезался в сознание, когда Дима, вернувшись с «тренажёрки» в десять вечера, механически поцеловал её в щеку. Аромат был чужим, навязчивым, не тем, к которому она привыкла. Она сглотнула ком в городе и промолчала.
А через неделю, собираясь сдать его костюм в химчистку, она нащупала в кармане пиджака смятый чек из ювелирного магазина. Серьги–капли с бриллиантами на сумму, которая была в три раза больше, что она потратила в прошлом месяце на сумку, но из –за которой удостоилась сцены и упреков, что она транжирка.
Сердце ёкнуло от надежды. Может, это сюрприз? Попытка загладить вину? Она аккуратно положила чек обратно и стала ждать. День, неделю, месяц. Никаких намёков.
Мысль о Новом годе стала её последней соломинкой. И когда в декабре он спросил, чего бы ей хотелось в подарок, её терпение лопнуло.
– Кому ты купил те бриллиантовые серьги? – выпалила она, и собственный голос прозвучал чужим и хриплым.
Дима медленно поднял на неё взгляд. И в его глазах, всегда таких спокойных, она увидела не вспышку вины, а холодную злость.
– Кристине, – отрезал он, будто говорил о погоде.
Мир замер.
– Кто... такая… Кристина?
– Моя девушка. Я трахаю её уже полгода. Довольна?
Воздух вылетел из лёгких, словно её ударили в солнечное сплетение. Она схватилась за спинку стула.
– Что?..
– Чего ты вообще хочешь? – его голос стал резким и металлическим. – Я же возвращаюсь домой. К тебе. Чего тебе ещё надо?
– Ты... с ума сошёл? – прошептала она, чувствуя, как дрожат колени.
– Все мужики изменяют. Ты что, одна такая святая? Просто смирись.
Его слова, такие чудовищно банальные, разбивали её реальность на осколки.
– Я... не за такого человека выходила замуж, – выдавила она, с трудом подбирая слова.
– Так проваливай! Я тебя не держу!
Оля вернулась в реальность, и её передернуло.
– Спокойно, этот кошмар позади, – прошептала она, глотая вино.
Звонок в дверь прозвучал как выстрел.
Сердце ёкнуло.
Администрация? Принесли шампанское, как обещали?
Она открыла дверь, и морозный воздух обжог лёгкие. На пороге, как кошмарный мираж, стояли они. Дима и Кристина, которая была закутана в ослепительно белый полушубок, с торжествующей ухмылкой на лице.
– Оль! – Дима раскинул руки с театральным простодушием, но его глаза холодно и оценивающе скользнули по её растрёпанным волосам и просторной толстовке. – Мир тесен, вот это встреча! Заметили твою машину у соседнего дома. Не мог пройти мимо, не поздравив с наступающим.
Его слова были сладкими, но насквозь фальшивыми.
Оля онемела. Её взгляд переключился на Кристину. Та, не говоря ни слова, медленно, демонстративно окинула взглядом прихожую за Олей, и её губы сложились в пренебрежительную улыбочку, мол, «ну и конура, я так и думала».
– Дима? – её голос прозвучал чужим и тихим. – Что ты здесь делаешь?
Он ухмыльнулся ещё шире, наслаждаясь её шоком.
– А что, старых друзей поздравить с наступающим нельзя? – Он сделал паузу, вкладывая в следующие слова ядовитый подтекст. – Или мы тебе помешали? Ты, что не одна?
Отредактировано: 30.11.2025