С первого взгляда

Глава 26. Лера

– Лер, мне нужно уехать…

Странное чувство дежавю охватывает все тело и резко сжимает его, не разрешая двинуться с места. Дыхание тут же перехватывает, а глаза застилает беспроглядная пелена. Хочется закрыть глаза, глубоко вдохнуть необходимый легким кислород, чтобы забыться и представить это простым ночным кошмаром. Но получается лишь больно закусить губу, приводя себя в чувства.

Это утро с самого начала казалось странным. Слишком приятное пробуждение в солнечных лучах на постели. Слишком вкусный завтрак и миллион сообщений о любви. Одна из грядущих тысяч встреч, сопровождаемая сладким поцелуем и нежными объятиями. Все с самого утра казалось волшебным и незабываемым. А сейчас…

– Куда?

Все рушится, словно воздушный замок. Страх услышать правду окутывает со всех сторон, трясущиеся поджилки не дают ни одной здравой мысли прорасти, запуская в мыслях поток самых страшных картинок того, что произойдет дальше.

Что я буду делать, если он не ответит? Что произойдет, если история повториться и его ответ будет таким же, как у Пескова в ту ночь? Смогли ли я заново себя собрать? Смогу ли вновь кому-то доверять?

Нет.

– Всего лишь к бабушке на день рождения, – сразу же отвечает молодой человек, ласково прикасаясь ладонями к моему лицу. – Не каждый день ей семьдесят исполняется. Но обещаю вернуться сразу к выезду. Так что готовь двухместную палатку.

Палатку? Да она ничего не значит в сравнении с настежь открытым для него сердцем, за излечение которого я готова благодарить его каждый день, проведенный вместе. От его слов становится спокойнее и легче. Камень с души медленно, но верно спускается и окончательно падает, дав сорваться с глаз нескольким счастливым слезинкам.

С каких пор я стала так нестабильна? Все время плачу и думаю о прошлом, вместо того чтобы доверять и верить. Как долго у этого парня еще будет сохраняться терпение, чтобы добиваться моего внимания вновь и вновь? Не хочу, чтобы он сдавался. Не хочу, чтобы отпускал.

– Не дуйся, – шепчет Саша, расценивая мое молчание по-своему. – Это ненадолго. Да и тем более, надеюсь, в следующий раз ты поедешь со мной. Поверь, бабушка очень хочет с тобой познакомиться.

Бабушка… Да у этого парня на меня определенно самые серьезные намерения. И как она так быстро узнала обо мне? Ах, точно, Любовь Винцентиевна. Эта женщина определенно могла быть той, кто рассказал всем о моем существовании. Думаю, сейчас я смогу продержаться без этого парня под боком хотя бы день. Ничего же за это время не случится, ведь так?..

– Не забывай мне писать, хорошо? Ешь там что-нибудь нормальное, а не эти твои макароны с сосисками. И…

Но Зайцев перебивает мой поток почти бессвязной речи и нежно целует, прижимаясь губами к губам. Успокаивает, шепчет что-то утешительное и на мой жалобный скулеж лишь смеется, вновь повторяя все свои действия. Он едет всего на день, а у меня ощущение, словно я его в последний путь провожаю без надежды на скорую встречу. Не могу оторваться от этого парня и просто не представляю, как тяжело мне дастся эта разлука.

Мы разошлись у подъезда. Именно я заставила его оставить меня здесь и идти скорее собираться, чтобы не опоздать. И именно я слишком долго смотрела ему в след, наблюдая, как удаляющаяся темная фигура заставляет мое сердце стучать чаще и сорваться с ритма.

Это и есть одно из проявлений наших чувств? Или же это предчувствие приближающихся проблем, что так часто меня навещают в последнее время и не дают покоя? Но нужно все выбросить из головы, сходить в ближайший супермаркет и купить Никите обещанную еще вчера шоколадку и большую бадью мороженого, чтобы заесть свой стресс сладким. Только это поможет мне. А еще какой-нибудь пробивающий на слезу фильм и горячий кофе.

Да, именно этим я и займусь, как только приду.

– Валерия… – доносится знакомый голос со стороны темной улицы.

Что-то уже и в магазин не хочется. Может, еще есть возможность развернуться и сбежать?

Шаги становятся ближе, а ком к горлу подкатывает все быстрее.

Что делать? Драться? Показать мужчине свои способности самообороны? А может, трусливо сбежать, решив все же быть простой девчонкой, боящейся каждого шороха?

– Солнцева…

И чего он хрипит так страшно? На бомжа местного не смахивает. Или он косит под этих обделенных кровом граждан? Неужели старушки выгнали его из квартиры за ночной ремонт? То-то я недавно видела, как похожий человечек ошивается у помойных баков, ища себе пропитание на вечерок. Главное, чтобы этот обитатель местных скамеечек свои руки не распускал и не повторил то, что произошло в прошлый раз.

– Выходи.

Из тени тихими медленными шажками бредет Федор. Смотрит себе под ноги, боясь поднять глаза. Руки в карманах, на плечах косуха, а высветленные волосы небрежно спадают на лоб, развеваясь в стороны от резких порывов ветра. Я уже даже забыла, как выглядит этот худощавый парень, представляя в мыслях брутального взрослого мужчину. Но на деле же он простой паренек не намного старше меня, делающий все наперекор другим и считающий, что во всем прав.

– Привет.

Но что обескураживает больше всего, так это не полное его спокойствие, а счастливая улыбка на лице.

Он что, болен? Что за перепады настроения? То целоваться лезет, то прощения просит. Теперь, вон, вообще счастливым кажется, оказываясь с каждым шагом все ближе.

– Слушай… – хочу решить все здесь и сейчас, не желая больше встревать с ним в какие-либо перепалки, но он нагло перебивает меня, выкрикивая честное:

– Извини!

За что он просит прощения? И почему сейчас, когда за моей спиной нет моего защитника и крепкого плеча? Это его коварный план, чтобы сотворить опять что-то неприемлемое?

– Извини за прошлый раз. Я не хотел, чтобы так получилось и это… Ну, как бы… – заикается, раздраженно проводит ладонью по затылку, ероша светлые волосы, и тут же лезет в карман за пачкой сигарет, нервно прикуривая.