С первого взгляда

Глава 27. Лера

– Мамочка… Что ж мне так плохо-то? – пробасила неизвестная, – ну точно не я, – принимая сидячее положение на кровати. Но как же это оказалось зря. Сколько же гудящих вертолетов вокруг…

Почему после всего одного вечера с подругами я чувствую себя заправским алкашом после очередной пьянки… Горло болит, голова раскалывается на мелкие части, а все тело ломит, словно я пробежала километров двадцать без перерыва, а потом по мне и асфальтоукладчик пару раз прошелся.

Мы же пили чай! Как все могло перейти к стратегически важным запасам Вероникиного алкоголя? Егорова доставала одну за другой, но на третьей бутылке я, кажется, отключилась. Сколько же их было на самом деле? Пять? Семь? Даже знать не хочу, каким количеством девчонка хотела нас с Ксюшей споить.

Но, как выяснилось, я умудрилась отделаться малой кровью.

Стоило только подняться с постели, как на глаза тут же попались две валяющиеся дохлые тушки: одна на диване в раскорячку, а вторая на полу. Судя по виду, им сейчас куда хуже, чем мне. Дышат или нет, я даже проверять не буду, они мне ничем не помогут, а вот холодный душ…

Обжигающе горячие капли воды, согревающие и смывающие последствия вчерашнего вечера, и правда пробуждают ото сна и воссоздают иллюзию вчерашнего обещания Вероники сделать нас «огурчиками».

Вот только стоя в одном лишь полотенце посреди разрухи в маленькой комнатушке, в голову приходит лишь одна мысль. Этот день определенно может пройти не так уж и плохо, как кажется. Но аромат страшного перегара немного притупляет эту надежду, опуская меня с небес на землю.

– Да, девчонки, вот это попили мы чайку…

Раскрыв настежь все окна, я нашла в шкафу подруги домашние спортивные штаны и футболку, а поверх натянула на себя ветровку, чтобы не замерзнуть от проникшего в комнату сквозняка. Сейчас только шесть утра, а это значит, девочки могут поспать еще около часа, пока я не начну их тормошить, чтобы заставить собирать вещи для поездки. Нам ведь еще два часа до места назначения пиликать сначала на автобусе, а затем и пешком через лес.

Зайдя на кухню, чтобы приготовить себе кофе с молоком и сделать хотя бы пару бутербродов, взгляд невольно наткнулся на пол возле ножек столика, заставляя тут же схватиться за сердце. Сколько их здесь? Штук девять? Где она только умудрялась прятать все эти бутылки? Я чего-то не знаю о своей подруге, и теперь она стала пьяницей?

А еще важнее помимо этих стеклянных горлышек и воспоминаний, подкатывающих к горлу комом, становится собственный телефон, что так и остался лежать на краю стола со вчерашнего вечера.

– О, Господи!.. Десять пропущенных звонков и еще один принятый… Мне конец!

Сообщения… Их столько, что даже сосчитать будет сложно. Может, позвонить ему? Сделать вид, будто все помню и просто хочу узнать, как у него дела? Это же даже враньем не будет! Но нет. Время еще раннее, да и Саша может дрыхнуть без задних ног после гулянки. Не хочу его будить и тревожить от своего незнания и временных провалов в памяти.

В самом начале каждая написанная им строка пропитана тревогой и возмущением. Почему не отвечаю на звонки. Почему никто из моих подруг не пишет ему в ответ. Его интересует каждая мелочь. Но все изменилось, стоило мне ответить на один единственный звонок этой ночью, как вся нервозность тут же сменилась полной бессмыслицей. Странные смайлики с воздушными поцелуями, обещание поговорить исключительно наедине, как только он приедет…

Что ж я такого ему там наговорила? Неужели неоднократно признавалась в любви? А если покрывала не самыми лицеприятными словами? Даже вспоминать не хочу… Стыд и позор мне будет обеспечен надолго.

Отбросив телефон куда подальше, лишь бы не думать о произошедшем, я залпом опрокинула в себя пол-литровую кружку с кофе и принялась соображать, что же делать дальше. Сидеть без дела я точно не смогу, думать тем более, а заняться чем-то с помощью физической силы не позволит больная голова и ноющие мышцы. Остается только одно…

Чтобы не умереть за этот час от скуки, я набрала два стаканчика ледяной воды из-под крана и тихонько пробралась в комнату, направляясь прямиком к занятом дивану. Будить девушек своими силами бесполезно, а вот ледяная и живительная прохлада помогает всем и всегда.

По крайней мере, с Никитой после очередной гулянки это работало неоднократно.

Вылив тонкой струйкой содержимое одного стакана на рыжую макушку, я уже мысленно приготовилась к получасовым воплям, что как по щелчку пальцев незамедлительно оповестили всех вокруг о случившемся.

– Кто бы ты ни был, ты труп!

Ну, как таковым трупом я себя не считаю, поэтому от греха подальше решила сбежать, унося все еще вялое тельце на своих двоих. Единственное, чтобы обрубить все и на корню, по пути вылила содержимое второго стакана на мирно спящую Егорову, ни о чем не жалея.

Слышать вопли подруги страшно. Еще страшнее, когда забегаешь в ванную комнату и закрываешься там на щеколду, слыша по ту сторону громкие хлопки о дверь. Как говорила раньше мама, бурю нужно просто переждать. Дальше эта буря сама пойдет на мировую. Наверное…

– Слышь, Солнце, а ну выходи, лучик гребаный! Светить своему парню совсем надоело? – послышалось за тонкой дверью сопенье рыжей бестии, но я даже не шелохнулась, вспоминая все ее возможные манипуляции.

– Выходи, кому сказала! – А вот и вторая пьянь подтянулась.

– Знаете, я еще не совсем умом тронулась, чтобы самолично отправляться на смерть, так что подождете!

Сколько минут прошло? По ощущениям все шестьдесят! Я уже сбилась со счета, подпирая на всякий случай спиной дверь, в которую долбиться перестали еще в самом начале. Даже шепотки стихли, что не внушает никакого доверия.

Что за план они там готовят?

Сидеть и дальше в своем укрытии смысла нет, от судьбы ведь не уйдешь, как бы не старался. Поэтому, набравшись храбрости и приготовившись ко всему, чтобы они не сотворили, я поплелась получать по заслугам.