С песней по жизням

Часть вторая Глава 2

Влекомая Любавой, Ирина попала в большую светлую баню, с предбанником и отдельной мыльней, где царил духмяный запах трав, березовых веников и кваса.

-Мать, я еще не нагнал жару, чего вы?- выскочил навстречу паренек: долговязый, нескладный, но с задатками на рост и массу.

-Осе, гостью вот надо бы до мужиков помыть, вишь, волос долгий, сушить замучаешься. Это Эйрин, дочь Эйрика, а это пасынок мой, Осе Хансен, -сказала Любава, взлохматив вихры подростка выше себя.

- Дядька Эйрик женился? – удивился Осе. – Не похожа она на рыжего…

- Приемная, с ними пришла. Ты ступай, принеси нам все, что надобно, да чистые порты с рубахой, что тебе малы стали, а мне пусть Ласка соберет. И гребень не забудьте крупный, иным не разберем. Ходко давай!

Ирина осмотрела строение.

-Любава, а баня-то у вас …

-Не курная? Это я заказала, раз по молодости чуть не угорела в обычной-то, боюсь теперь. А в прошлом годе был у нас постоялец из русов, так предложил печь переложить по –новому, как у них стали делать недавно. Вот и вложилась я, и не прогадала! И места больше, и чисто, и посидеть есть где опосля пара-то. Мужикам нравится, а мне и подавно. Проходи, посидим, пока Ося принесет смену, помою тебя. С устатку-то оно хорошо, а уж после болезни да переживаний и вовсе надоть.

Ирине уже не терпелось скинуть надоевший наряд, распустить волосы и расслабиться в жаркой парилке, очень похожей на ту, что была у неё в Двориках: обитые сосновой плашкой стены, заплетенная в железную сетку груда раскаленных камней, полки с ткаными ковриками, ушат с ковшиком…Лепота, не передать! И пусть весь мир отдохнет!

***

Любава, действительно, до скрипа отмыла впавшую в прострацию гостью, предварительно оходив её вениками – несильно, но качественно, три раза сменила воду, промывая косы, потом под руки вывела в предбанник и дала выпить чудесного квасу с нотками меда.

-Ну, как заново родилась, да?- горделиво оглядывая помещение и осоловевшую девушку, констатировала хозяйка бани. – Ласка уж место тебе приготовила, с ней поживешь: отдельной –то не получиться, много парней, да еще постоялец с охраной заняли светелку. Ох, чего с ним делать, не знаю…- вздохнула молодка.

Ты не спи тута, давай, одевайся в пасынковы вещички, твое-то завтра Лушка простирнет, да пойдем, только платом голову прикрой, не охватило бы с пару-то. Осе, сынок, подь, проветри да зови парней мыться! – Зычно крикнула Любава в дверь. – Мне –то на кухню надо, а ты приляг у Ласки. К ужину позову.

Ирина, как китайский болванчик, кивала, машинально одеваясь в подаваемые вещи (влезла, как в родные), обула плетеные лапти, зевнула и поплелась за хозяйкой. Не смотря по сторонам, шагала, пока не уткнулась в чью-то грудь перед собой.

-Простите, я не хотела ..- начала извиняться Валиева, поднимая глаза на преграду и обомлела. Перед ней стоял молодой человек в белой кандоре и черно-белой куфие, за ним – пара охранников в черном с закрытыми лицами.

- Эльмаа́зира - машинально пробормотала девушка и сделала шаг назад. - Салям алейкум, – добавила всё также на автомате.

- Алейкум эс-салям, – невозможно приятным бархатным голосом ответил араб (?). – Гэ́ль татакэлля́м? (типа ду ю спик инглиш)

- Нет, нет, я не понимаю, просто поздоровалась!- замахала Ирина руками, смутившись и испугавшись некстати проявленной эрудиции.- Мне надо идти.

Мигом протрезвев, попаданка, теряя тапки в прямом смысле, рванула в дом под негромкий, но отчетливый смех восточных красавцев. На кухне ее поймала Любава.

-Ты чего, Эйрин?

-Я там, на араба налетела…-выпалила она и прикусила язык. Араба, здесь?

-Аааа, на степняка? И убежала?- расхохоталась Любава. – Не везет парню - и девы от его бегают. Ладно, иди, Ласка тебя проводит.

***

Проговорившаяся попаданка ругала себя почем зря, пока шла за Лаской в комнату, где, оставшись одна, поклялась молчать как рыба. И ведь знала-то пару фраз по-арабски благодаря все тому же соседу-алику Сереге, который, периодически выходя из запоя, занимал себя то чтением серьезных научных трактатов, то изучением иностранных языков, то изобретательством…И всеми своими достижениями он хвастался перед Ириной. Вот и нахваталась она от него «привет-пока-сколько стоит?» на всех европейских языках, на арабском, турецком и японском.

«И как вырвалось-то? Точно в парилке мозги расплавила. Ладно, проехали. Интересно, что здесь делает араб - или степняк? Любава не видит разницы? Да что за фигня лезет в голову? Если важно, все равно узнаю. Лучше полежать» - постановила Эйрин и выполнила собственное решение.

***

Ужин ей принесла Ласка, сказав, что мужики в зале после бани напились, что-то бурно обсуждают, шумят.. Короче, хозяйка велела сидеть в комнате.

- А что случилось-то? – отдавая должное пшенке со свининой и чаю из иван-чая, спросила Ира юную повариху.

-Не знаю, барыня, врать не буду, но что-то про нечестность некоторых нордов…Главный, Эйвинд, расстроенный какой-то, а отец ваш орал, ругался, грозился кому-то оторвать…Ой! Не могу! – девчушка прыснула и покраснела.- Не пытайте, госпожа, сами потом спросите.

-Ладно, а об этом парне в белом, рассказать можешь? – перевела разговор попаданка, отодвинув волнение на задний план.