С песней по жизням

Часть третья, Глава 8

Ирина Михайловна никогда не понимала, почему восточные правители древности позволяли рождаться многочисленным детям от гаремных дам, а потом, при смене сидельца на троне, имели кровопролитные чистки неугодных уже новому властителю родственников.

Судя по сериалам (турецким, китайским и иже с ними), бились за трон как мужики, так и бабы. Последние с особой жестокостью уничтожали реальных и потенциальных конкурентов, стремясь обеспечить власть для своих кровных чад, только делали все исподтишка – провоцировали выкидыши, травили, подставляли…Брр.

***

Повествование стариков о дворцовой жизни халифата за последний год (пока отсутствовал Дин) было прямой иллюстрацией к таким мыслям попаданки.

Если не вдаваться в подробности, то получалось следующее.

После того, как Дин и Четвертый (не запомнила она имя этого не-брата) уехали в дальние страны, между Первым (вроде наследным, старшим) и Вторым (от другой жены халифа) участились споры, склоки, даже драки. Поводы были разные, суть одна – они желали выслужиться перед отцом и укрепить свои позиции до того, как вернуться младшие. Ну, правда, пока туда-сюда, папенька не вечный, а вдруг?

Мамашки не отставали, увещевая супруга на тему «Мой сын лучший». Халифу Рашиду бардак надоел, и он отослал старших на восток, в страны дальние, но ближние к дому, чем псевдо-европейские. Мол, проветритесь малость, отношения поддержите с соседями, а я от ваших дрязг отдохну.

Братья разъехались: один решил наведаться в аль-Синд, богатую драгоценными камнями, сказочными зверями и прекрасными женщинами, отплыв туда по морю; второй по суше направился в не менее знаменитую ас-Сину за шелками, специями, чаем, фарфором, бумагой и прочими чудесами, которыми славилась эта местность.

Год в Багдаде было спокойно, как в сказке, а потом во дворец примчался гонец с известием о гибели в море Второго сына халифа: вроде шторм, а может, и не шторм…Короче, сгинул и корабль, и принц со всем барахлом, что вез в подарок отцу. Халиф в трауре, мамаша Второго – в отчаянии и ярости.

А женщина в гневе страшна! Не сдержалась и кольнула халифа в одну из ночей, которую он ей подарил, дабы утешить в горе, отравленной булавкой, отчего занемог правитель и находится с тех пор под неусыпным наблюдением лекарей всяческих. Сама-то тут же и выбросилась из окна, нанеся тем самым дополнительное оскорбление правителю, и если бы выжила, казнили бы её на месте.

Старший на обратной дороге тоже пострадал от нападения кочевников-тунгуров в Холодной степи: доехать смог, но здоровье его пошатнулось настолько, что... При этом оба пустынника как-то тушевались, говоря о Старшем принце, и у слушателей против воли зарождались весьма нехорошие подозрения о реальном состоянии несчастного…

Диван (совет знати) заволновался: что делать? Халиф – слаб, наследник… не годен для трона (думай, что хочешь), о младших ни слуху, ни духу. Из прямой ветви только совсем мелюзга осталась. Верные халифу силы «держали оборону», колеблющиеся начали ныть о возможной смене династии. Народ безмолвствовал…

И тут в дверь дворца постучал …странствующий дервиш! Такого гостя в такую минуту не пустить – великий грех! Халиф принял проповедника, имел с ним долгую беседу, после чего повелел снарядить срочную экспедицию в Царство Русичей, где в городе у слияния Великой реки Итиль, впадающей в Бахр-аль-Хазар, с её притоком найти Большой базар и ждать там принца, которого приведут с собой светловолосые люди с севера.

Уточнять, какого из принцев посланники найдут, дервиш не стал, но намекнул, что это будет переживший предательство и смерть будущий властитель, чье правление ознаменуется великими достижениями.

Сомнению слова дервиша никто не подверг, хотя намерения были… Однако, экспедиция сорвалась с места практически «в никуда», прикрытием стал купеческий караван со всевозможными редкостями. Возглавили команду двое преданных халифу приближенных, сидящих сейчас на палубе когга.

Как они, немолодые люди, имея в активе мутную наводку аскета, кучу дорогого товара и собственную веру, добирались до земель русов, старики промолчали, только Аллаха поминали и вытирали слезы.

«Сильны старики! Респект и уважуха! Вот так ломануться за тридевять земель, полагаясь на слова какого-то монаха, это жесть!» – Ирина воспринимала рассказ как фантасмогорию, местами ей даже смеяться хотелось, настолько невероятными были события, описываемые пустынниками. Или это нервы шалили?

Впрочем, если подумать, что такого в вере дервишу? Вон, Гудрун –непререкаемый авторитет у нордов, а то же инфу от рун получает! Да и она, попаданка, явление из того же сериала «Невозможное возможно»…Так что…Главное – доехали же, нашли! Невероятно!

***

На Аладдина было больно смотреть. Парень посерел, сжимал кулаки, разве что зубами не скрипел. Пару раз вскакивал, делал несколько шагов по палубе и садился снова.

«Да уж, ситуёвина…- думала про себя попаданка. – Мало ему смерти Ярика, предательства и болезни, так теперь еще и за трон браться, если не бороться. Бедный парень!»

- Когда будем возвращаться и как, Кадир-бей? –спросил Дин, когда старики замолчали. – Я и так собирался домой, но позже. Есть способ ускориться? По реке месяца два идти, мне говорили, потом морем…Скоро зима, успеем ли…?

Соратник отца оживился.