С судьбы не спросишь

Глава 5

Глава 5

Утром мага разбудил магический вестник Севолода, прозрачный фантомный сокол, да с такой настойчивостью и упорством, что его уже никак нельзя было проигнорировать. Алекс одним пассом рассеял сгусток энергии, получив вести от магов. Новости были хорошие — девочки нашлись. Подробности обещали быть по прибытию магов, которое ожидалось в течение часа.

Разбросанные по комнате вещи ярко свидетельствовали о ночных событиях. Слева от мага сладко спала Мария. Её рыжие волосы разметались по подушке и золотыми волнами переливались в солнечных лучах. Алекс залюбовался спящей женщиной. Он очень хорошо помнил Марию ещё четырнадцатилетним подростком: огромные зелёные глаза, россыпь веснушек на курносом носу, толстая коса цвета гречишного мёда с рыжим отливом, длинные тоненькие ножки, изящные руки, угловатые плечи. Даже когда она была нескладной девчонкой, в ней чувствовалась какая-то порода, врождённая грация. Она очень редко плакала и всегда поражала своим упорством и открытым выражением своих чувств. Казалось, выросшая при Дворе, Мария впитала с молоком матери манеры и этикет, но снобизма в ней не было ни капли. Она могла с безукоризненной вежливостью вести разговор с чопорной знатью, а среди простых людей быть как обычная крестьянка. И при этом ни у кого не возникало мысли, что она притворяется. Мария была смелой, и иногда эта смелость очень сильно походила на дерзость, но она всегда сглаживала острые углы лукавым взглядом, а своей задорной улыбкой растапливала самые ледяные сердца. Алекс мог поклясться, что знал о её проказах и проделках всё, но всегда наказывал лишь в том случае, если это действительно угрожало её жизни или жизни других людей.

Так было до семнадцати лет. В семнадцать лет она из нескладного кузнечика превратилась в гибкую и стройную лань, от которой просто нельзя было оторвать глаз. И в семнадцать лет Мария влюбилась. Её любовь к однокурснику поставила на уши всю Академию. Влюблённая пара никогда не стеснялась в проявлении своих чувств на людях и изрядно злила этим «добропорядочных» обитателей Академии. Алекс и сам всё время натыкался на жарко целующуюся и обнимающуюся пару в коридорах, на лестничной площадке, на подоконниках и парковых дорожках. Он, большую часть жизни проживший в полевых условиях и потерявший многих своих друзей в бою, не находил в поведении Марии ничего предосудительного, зная, чего стоит каждая минута мирного времени. Ну, может быть, где-то в самой глубине души завидовал им. Но это было так глубоко и мало ощутимо, что он просто проходил мимо. Он никогда не понимал ханжества и не считал нужным одёргивать или делать замечания влюбленным. Но под напором преподавательского состава, на который в свою очередь давили возмущённые «нравами Академии» родственники студентов, он был вынужден вызвать Марию на воспитательную беседу.

Когда Мария пришла к нему в кабинет и вопросительно уставилась на него смешливыми зелёными глазами, ему показалось, что она видит его насквозь. И вся воспитательная беседа свелась к короткому диалогу:

— Ну, вы хоть женились бы…

— А надо?

— Не знаю…

И они поженились. Правда, пришлось похлопотать, чтобы добиться разрешения на брак. Но Ковену магов обычно сложно отказать в маленькой просьбе — посодействовать женитьбе молодых и перспективных магов.

И вот теперь Мария стала его женщиной. Именно его. И других вариантов он не рассматривал. Он подозревал, что, вероятно, будут сложности со стороны Марии из-за её, как он считал, взбалмошной натуры, потому как она не терпела давления или принуждения, и, если она что-то делала, так только, как она очень часто заявляла, по собственному решению. Но страстные объятья Марии были для него неоспоримым фактом — она тоже испытывает к нему что-то большее, чем похоть. Это естественно, правильно, а приворотное зелье… всё остальное не имеет значение. Выяснение отношений он решил перенести на вечер, а сейчас заняться делами насущными — подготовиться к переезду Марии с её дочерями в Академию. А если быть точнее, то в его дом при Академии.

Алекс осторожно высвободился из объятий Марии и, глядя на спящую женщину, пробурчал:

— Эх, Мария, надеюсь, ты так же мне будешь улыбаться, когда проснёшься…

Собрав раскиданные вещи, он оделся и спустился вниз. Облившись холодной водой с колодца и полностью проснувшись, он стал сортировать и упаковывать их нехитрый скарб в дорогу по своему усмотрению (полевого бойца), отметая всё, что он считал ненужным в походе. Спустя какое-то время Боевой маг уловил магический всплеск открытия портала. Когда дверь отворилась, на пороге появился Севолод, державший на руках — стоящий напротив двери Алекс просто не мог в это поверить — полуодетую Марию. Она одной рукой обнимала Охранного Мага за шею, а в другой держала увядший букетик полевых цветов и сонно жмурилась, блуждая томным взглядом по комнате.

— Спокойно! — закричал с порога Севолод разъярённому магу. — Не знаю, что ты там увидел, но прежде чем будешь размазывать меня по стенке, надень это! — в сторону мага полетел амулет в виде глаза с бирюзовым камнем по центру.

Алекс недоверчиво поймал камень на кожаном шнурке и, не отрывая взгляда от Овчия, медленно надел его себе на шею. В голове у него прояснилось, как будто после пробуждения ото сна. Теперь он видел на руках Севолода Овчего вместо Марии чумазую Александру, которая мирно дремала, положив голову на грудь Охранному магу.

— Другое дело, — сказал Севолод, бережно укладывая девочку на лавку. — Потом расскажешь, что там видел. Если, конечно, захочешь… — добавил он, после того как заглянул в лицо Боевому магу. — Интересно знать, за что обозлились на нас посетители таверны.

Тут же дверь распахнулась, и вошёл Некромант, на руках у которого спала Анна, а следом — ученик Боевого мага, тащивший с собой огромный куль с едой из таверны, сделанный из скатерти.