С тобой

68

Опять смотрю на него и будто растворяюсь в его глазах.

Ответить ничего не получается, потому что это все звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой. И я опасаюсь, что обожгусь. А мне одного раза хватило. Но тогда все было иначе. Не до такой степени остро. Тогда я еще не успела привязаться настолько сильно, как сейчас.

Стоп.

О чем я? Привязалась?

Наверное, только в этот момент и доходит главная суть. Как бы сильно я все это время не старалась отгородиться, закрыться от Суворова всеми возможными способами, у меня это не получилось. Скорее наоборот. Несмотря на все наши стычки, перепалки, конфликты я к нему привязалась. Даже прикипела.

— О чем задумалась? — спрашивает он, будто чувствует.

— Не важно.

— Даш?

— Ни о чем.

Да. Суворов чувствует. Он чувствует меня слишком хорошо. Считывает мое настроение безошибочно.

— Ты вроде хотел поесть, — замечаю, стараясь выпутаться из его горячих рук, из крепкого захвата на своих плечах. — А пока мы говорим, все остынет.

— Не важно.

— Угу, — киваю. — Готовила, старалась, а ты…

— Ради меня старалась? — в его глазах зажигаются лукавые искры.

Вот он все умудряется повернуть так, как ему нужно.

— Ты поешь, пожалуйста, — говорю. — А я лучше вызову такси, поеду домой. Очень устала. Завтра надо в универ.

— Ты можешь здесь отдохнуть.

— Здесь?

— Я же твой парень, — заключает невозмутимо. — Тут ты можешь чувствовать себя как дома. А утром я тебя сам в универ отвезу.

— Я не согласилась с тобой встречаться, — говорю.

И понимаю, что отказ тоже ему не дала.

Наверное, поэтому на губах Суворова сейчас играет красноречивая ухмылка. Кажется, он легко может отследить ход моих мыслей.

— Мне нужно сменить одежду, — добавляю. — Не могу же я поехать в этом. В… хм, твоем.

— Ну почему?

— Артем, — приподнимаю брови.

— Понял, — выдает, соглашаясь. — Отвезу. Но сначала надо твое согласие закрепить.

И прежде чем я успеваю хоть слово возразить, он целует меня. Нежно, мягко и глубоко. Так целует, что одурманивает. Растворяет все те фразы, которые у меня на уме крутятся. Для отказа.

Вообще, забываю, о чем собиралась сказать. Когда он перестает меня целовать и снова смотрит в глаза, ничего осмысленного произнести не получается.

— Ладно, — говорит. — Поехали.

Даже подозрительно, что он вдруг так легко отступает. Но я стараюсь об этом не задумываться.

В машине Суворов вдруг замечает:

— Завтра утром за тобой заеду.

— Зачем?

— В универ отвезу.

Наверное, удивление слишком явно отражается на моем лице, потому что он вдруг усмехается и поясняет:

— Раз мы же встречаемся, Даш, я как твой парень, могу отвозить тебя и забирать. Это нормально.

— Знаешь, я же ничего не сказала, — выдаю. — Мне надо подумать. И вообще, это слишком неожиданно.

— Что — неожиданно? — спрашивает он, слегка сдвигая брови. — Я уже столько за тобой круги наматываю. Какие тут неожиданности? О чем тебе надо думать? Все понятно.

— Да? И что тебе понятно? — интересуюсь в тон ему.

— Мы вместе, Даша, — заявляет Суворов таким тоном, будто это не должно обсуждаться.

— Ты меня перед фактом ставишь.

— Это плохо?

— Выбора не даешь.

Он смотрит на меня очень внимательно. И пусть больше ничего не говорит, все и так понятно. Без слов.

Я сама не готова отказаться. Тянет попробовать. Глупо отрицать, что Суворов мне нравится. Очень нравится, если совсем уж честно. И к нему меня будто магнитом притягивает. Без разницы на сопротивление внутри.

Наверное, даже хуже. Чем выше мое сопротивление, тем больше к нему тянусь. И тем чаще мы оказываемся рядом.

— Мы можем попробовать, — говорю, наконец. — Но если ты меня снова предашь, никакого продолжения не будет. Никогда.