С точки зрения чудовища

Глава 1

Нагруженная корзинами телега, поскрипывая колесами, остановилась у мельницы. С телеги, не дожидаясь помощи возницы, спрыгнула высокая, дородная женщина, в богато расшитой накидке. Алый платок на голове и пышущие алым же щеки, вместе с зеленой тканью платья, придавали женщине сходство с маком .

- А неплохо, неплохо сестрица устроилась, - окинула цепким взглядом прибывшая окружающий пейзаж.

Местность и впрямь была замечательная: мельница стояла на берегу реки, носящей интригующее название Затейка. Цветущий кустарник отражался в вечерней воде, перекинутый чуть поодаль невысокий мост разбивал поток, и река ворчала, шумела, спрашивала и пела на несколько голосов сразу.

Мельничное колесо молчало – мельник свято верил, что местным водяным никак не понравится, если к закату работа все еще будет кипеть. А кому охота связываться с тайным народцем и навлекать на свою голову беду?

- Милютка, душенька, наконец-то добралась! – от справного на вид двухэтажного дома к телеге, подобрав подол сарафана, бежала молодая женщина.

Сестры обнялись и расцеловались.

- Ох, добра-то ты привезла, добра, как на несколько месяцев, - растянула губы в кривой улыбке мельничиха.

- Ежели мне понравится, неужто прогонишь, Малена? – фальшиво огорчилась Милютка.

- Ну что ты, нет конечно, нам на мельнице всегда нужны лишние руки, - пропела Малена.

Возница только крякнул.

Сестры снова обнялись.

- Ну, пойдем, пойдем, ты как раз к ужину, муженек мой страсть как не любит, если опоздать, - заторопилась мельничиха, увлекая сестру за руку. Позже, разомлев от сытной еды и горячего питья, Милютка соизволила благосклонно признать, что муж у вредной младшей сестрицы не так уж и плох, разве что молчалив слишком, да задумчив. Да и дом, сразу видно с достатком, и целую комнату Милютке отдали, и перину толстую на сундук постелили, и кадушку притащили, и угли в жаровне горячими держали.

- Странность у нас одна в дороге приключилась, - вспомнила Милютка, когда мельник, пожелав доброй ночи, ушел спать, а сестры еще остались поговорить, да вспомнить девичьи времена.

- Странность? – подняла голову штопавшая мужнину рубаху Малена.

- Возница мой, дурак, свернул сперва не туда, так спасибо нам подмастерье кузнецов встретился. Аж позеленел, говорит, чего это мы прямиком к Чудищу удумали ехать, в проклятое место.

- Ах, это, - протянула сестра. – Ну дак ясное дело, что вам у виконта безобразного делать. Еще проклятье перешло б на тебя – тьфу-тьфу, охрани боги!

- Ась? – не поняла Милютка. Малена со вздохом отложила в сторону штопку.

- У покойного маркиза Докуло, благослови боги сына его кузена, Юджиса, что он не присылает никого, кроме сборщика налогов, был родной брат, граф Юлиан.

- Не слышала о таком, - сморщила озадаченно нос Милютка.

- Да откуда ж тебе слышать, если он помер давным-давно? – удивилась Малена. - Туточки они с покойной графиней несколько лет жили.

- Вот странность какая, я бы будь графиней, носа б не высовывала из роскошных поместий, да из столицы, - мечтательно вздохнула Милютка. Малена тоже на несколько секунд позволила себе замечтаться. Однако о жизни светских особ она знала мало, разве что они точно могли бы купить на ярмарке ту шитую цветами рубаху, о которой она вздыхала несколько дней, поэтому мысли мельничихи быстро вернулись обратно к реальности.

- В общем, как граф с женой богам преставились – маркиз виконта Винсента забрал к себе на воспитание, а затем и сюда отправил, - бойко продолжила Малена перечислять титулы так, будто всю жизнь при дворе и прожила.

Сестра пошевелила губами, запоминая.

- Зачем отправил-то?

Малена нанесла последний стежок и обкусила нитку.

- Да откуда ж мне знать-то, что у господ в головах творится? – удивилась она. – Знаю только, что от виконта того одни неприятности были.

- А почему виконт, если папаша его графом был? – продолжала любопытствовать Милютка. Мельничиха раздраженно повела плечами.

- Что ты все вопросы задаешь. Может, принято так у них, у господ! Ты слушать будешь или нет?

- Буду, - скривила губы Милютка.

- Ну вот. Любил виконт веселиться без продыху, да женщин, прости боги, красивых. И женщины его любили. Только вот, где господин, да простая девица, там несчастные семьи и беды. Да только боги недолго на это смотрели спокойно, - перешла на зловещий шепот мельничиха.

Милютка подалась вперед, жадно слушая сестру.

- В одну ночь, прямо в разгар праздника, дом загорелся. Говорят, виконт очень сильно пострадал, а большинство слуг разбежалось. Остались лишь самые верные, и маркиз поручил им, за неплохое жалование, ухаживать за племянником. Вот, поди, лет двадцать все ухаживают. Сами-то слуги уж умерли, так теперь их дети по наследству за виконтом смотрят.

- Сколько ж за ним еще ухаживать будут? Такую прорву денег на калеку тратить!

Малена пожала плечами.

- Говорят, он уже старик. Только старик старику рознь. Ему спину в жизни не надо было горбить. Хоть до восьми десятков лет живи. Как свекровь моя, утка старая. Все крякает, крякает, крякает, тьфу!