С юга на север.

Атенаис.

Франсуаза решила навестить сестру, с которой, несмотря на большую разницу в возрасте, у нее всегда были доверительные отношения. Молодая женщина была уверена, что Габриэла* сможет дать ей хороший совет — сестра состояла в крайне неудачном браке с бравым воякой маркизом де Тианж, который с завидной регулярностью одаривал ее очередной беременностью и отбывал в расположение своей части, где вел разгульную и полную скандалов жизнь.

Карета с гербом графа де Валанс-д'Альбижуа, запряженная четверкой лошадей, быстро катила по оживленным улицам Парижа, и не прошло и получаса, как экипаж остановился у парадной лестницы скромного особняка. Скрытый, словно стеной, от любопытных глаз прохожих буйно разросшимся садом, он совсем не походил на принадлежавший мужу Франсуазы роскошный отель Паради, который, казалось, лучился великолепием, выставляя напоказ тщательно ухоженные зеленые лабиринты за белокаменной оградой, необычайной красоты античные статуи, украшающие парк, и сам дом, построенный из светлого тесаного камня по последнему слову современной архитектуры.

Сёстры расцеловались прямо на пороге и прошли в гостиную, где с удобством расположились в креслах, обтянутых дорогим лионским шелком, на гладкой поверхности которого серебром были вытканы цветочные гирлянды. Над камином, закрытым экраном с золоченым литым орнаментом, висел пасторальный пейзаж кисти Лоррена** в массивной раме. Внутреннее убранство особняка было дорогим, но не вычурным: каждая деталь интерьера была тщательно подобрана и находилась на своем месте — ничего лишнего, все выдержано в едином стиле. Дома сестер удивительно напоминали своих хозяек: одну — ослепительную и жадную до развлечений светскую красавицу, и другую — спокойную и рассудительную мать семейства.

— Чудесный туалет, — заметила Габриэла, с восхищением разглядывая Франсуазу.

Молодая графиня улыбнулась уголком рта и аккуратно расправила пышные складки платья.

— Его заказал для меня Люк. Впрочем, как и весь мой гардероб, — в голосе Франсуазы скользнуло раздражение.

— Ты чем-то недовольна? — проницательно спросила сестра. Она заметила нервозность молодой женщины сразу же, как только та приехала.

И вдруг так долго сдерживаемые обиды хлынули из Франсуазы, как из рога изобилия. Она рассказала Габриэле о том, что муж уже давно охладел к ней, что намеревался уехать в Париж без нее, что все эти месяцы, проведенные здесь, она видела его хорошо если дюжину раз, так как он вечно пропадает по своим делам, а вчера она узнала, что Люк ей изменяет…

— И еще эти платья… Габриэла, ты не поверишь, но ни одно из них мне не нравится, — с дрожью в голосе продолжила Франсуаза. — Да, они изысканны, красивы, сшиты по последней моде, но отделка, ткани — все не то! И поверь мне, он сделал это нарочно, чтобы уязвить меня!

— То есть, — насмешливо проговорила сестра, — его измены волнует тебя меньше, чем неудачный гардероб?

Франсуаза резко захлопнула веер.

— На чьей ты стороне, Габриэла? — глаза молодой женщины сощурились, и она с вызовом посмотрела на сестру.

— О, только не надо устраивать сцен, Франсуаза, — мадам де Тианж лениво откинулась на спинку кресла. — Ты знаешь, что на меня это не действует.

— Меня волнует и то, и другое! — Франсуаза раскраснелась и повысила голос. — Он не смеет пренебрегать мной и моими желаниями! И он не должен обманывать меня.

— Чем ты лучше других? — пожала плечами сестра. — Все мужья рано или поздно начинают изменять, это неизбежно. Думаю, тебе просто надо смириться с этим. Я, например, давно махнула рукой на похождения Клода. Меня даже забавляют слухи о его интрижках.

— В Тулузе все было по-другому, — покачала головой Франсуаза. — Люк относился ко мне, как к королеве, и, поверь мне, о таком внимании, такой обходительности можно только мечтать. Мой муж знает толк в том, как доставить удовольствие женщине — многие тулузские дамы завидовали мне и мечтали заполучить его себе в любовники. А какие он устраивал приемы, Габриэла! Даже в королевском дворце, я думаю, никогда не видели подобной роскоши, и Люк всегда делал так, чтобы я почувствовала, что все эти фейерверки, расставленные повсюду букеты цветов, выступления лучших музыкантов — все это для меня, и только для меня. А какие я тогда носила платья! Он продумывал каждый нюанс, чтобы сделать меня неотразимой: изысканные ткани, подчеркивающие редкий оттенок моих глаз, самые смелые фасоны, разнообразные украшения… 

Она на секунду замолчала, взволнованная внезапно вспыхнувшей в памяти картиной такого прекрасного недавнего прошлого.

Самые знатные сеньоры Лангедока и Гаскони восседали за двумя длинными банкетными столами, которые были накрыты в гостиной их с Люком замка в Тулузе. В пламени свечей и факелов сверкали их украшения из золота и драгоценных камней. Чтобы отпугнуть комаров, в курильницах жгли листья лимонной мяты и фимиам, и этот пьянящий запах смешивался с ароматами изысканных вин. Франсуаза была в платье из гладкого французского гласе*** цвета спелого персика, на котором при каждом блике свечей словно оживали царственные плоды граната. На корсаже и пышных рукавах искусные руки камеристки закрепили несколько алых бантов с прикрепленными к ним каплями рубинов совершенной овальной огранки. Точно такие же покачивались и в роскошных серьгах-шандельерах при легчайшем движении белокурой головки их обворожительной хозяйки. Франсуаза де Валанс-д'Альбижуа  была самой прекрасной дамой на этом приеме и, конечно же, она знала об этом. 

Сидя на противоположном конце огромного стола, Франсуаза смотрела на мужа — он был в бархатном темно-красном камзоле, расшитом золотом. Черная, как тулузская ночь за распахнутыми в сад окнами, маска на его лице и темные волосы уроженца Юга оттеняли белизну широкого воротника из фламандских кружев, манжет и длинных подвижных пальцев, унизанных перстнями, в которых он небрежно сжимал гитару, собираясь петь для общества, собравшегося сегодня здесь. 

— Сударыни, — донесся до нее пленительный голос Люка, — и вы, судари, будьте желанными гостями отеля la gaya scienza. Здесь мы будем вести беседы и пировать все вместе за одним столом. В этом доме для вас приготовлены комнаты, где вас ожидают тонкие вина, сласти и шербет. И удобные постели. Если характер у вас угрюмый — спите в них одни. А пожелаете, пригласите к себе друга на час… или на всю жизнь. Ешьте, пейте, любите друг друга, но будьте скромны, ведь, «чтобы сохранилась сладость любви, ей нужна тайна», — с этими словами он устремил взгляд на Франсуазу и чуть заметно улыбнулся, словно призывая ее разделить эту тайну с ним...