Сад Потерянных Душ

Глава 1.

В школе только и говорили о Саде Потерянных Душ. Об уходящих в даль мощеных дорожках, о могучих кленах, переливавшихся золотыми листьями, об аттракционах, возбуждающих чувства до предела, о мраморных фонтанах, выбрасывавших высоко в небо кристально чистую воду.

            Меня туда тянуло. Хотелось увидеть всю эту красоту. Но что-то останавливало. Внутренний голос говорит твердое «нет». Он почему-то считал, что мне не нужно было там появляться. Но каждое мгновение мысли о Саде заполняли голову. Не мог думать больше ни о чем. Стремился туда душой. На уроках, которые текли, словно густой кисель, на подработке после школы, за мытьем тарелок, из которых имели часть откушать богатые гости и дома, занимаясь обычной рутиной. В мыслях о Саде я тонул, проваливался в иную реальность.

            В один прекрасный день я решился туда отправится. Сразу же после школы сорвался и побежал. Холодный осенний воздух обдувал мое лицо. Теплая оранжевая куртка с меховым воротником была нараспашку, давая воздуху касаться моего разгоряченного тела. Фиолетовый рюкзак за спиной ритмично постукивал.

            Вошел в стеклянный вестибюль метро. Под крики охранников сбежал по эскалатору, расталкивая людей. И нырнул в вагон. Двери тут же за мной захлопнулись. Голос, искаженный скрипом и треском динамика, объявил следующую станцию.

            Гул носящегося по туннелю состава заполнил вагон. Противный звук. Надел наушники, самые дешевые, насколько мог позволить зарплатой посудомойщика. Включил музыку. Ее звуки мелодично исторгли из моих ушей противный рев. По старой привычке принялся рассматривать людей. Не знаю, зачем я это делал. Может быть пытался через них понять себя.

            Интересный мужчина сидел в углу. Разряжен он был в пух и прах. Яркая крутка кислотно-зеленого цвета, синие штаны. И ирокез на голове. Все это абсолютно не подходило его почтенному возрасту. Я представил себя им. Что могло меня сподвигнуть на такое кардинальное изменение внешности? Может быть, я сошел с ума? И теперь мне мир кажется иным, где такое – нормально. Мог проспорить другу, такому же старику. Или даже не проспорить, а проиграть в домино. И пришлось, в качестве наказания за проигрыш вырядится так. А может я молод? Душой, не телом. Телом мы все давно старики. Болит то там, то здесь. А в душе беспечная юность с ее безумными идеями, нескончаемым колодцем энергии и иного, слегка искаженного взгляда на жизнь? И нет еще всех тех проблем взрослой жизни, о которых даже не хочется вспоминать. И вот это все буйство красок и эмоций прорвалось наружу в виде яркого, безбашенного образа. Ну а что в нем такого? Разве все мы не со своими странностями?

            На следующей станции старик вышел. Он посмотрел на меня и подмигнул. Видимо, заметил взгляд, который я старательно прятал под густыми ресницами и редкими бровями. Покраснел от его подмигивания. Мне стыдно, что так откровенно пялился на старичка. Не хочу, чтобы меня хоть кто-то замечал.

            Вагон покачивался в такт музыке, звучавшей из наушников. Я качался вместе с ним. Это был танец. Незаметный танец, в который танцуем мы все, пассажиры этого вагона, в это время. Миг единения, очень редкий миг, умещающийся в несколько минут между соседними станциями. Ведь дальше связывающая нас цепь рухнет, вы все разбредетесь по делам, важным, но скучным.

            Музыка. Что ты со мной делаешь? Ускоряешь темп, заставляя мое сердце биться все чаще и чаще. Заставляешь пустится в пляс каждую клетку моего тела. Ускоряешь хоровод безумных мыслей. И все сливается в единый хаос. Он рвется наружу. Но не здесь. Только не на людях. Давай потерпим до уединенного местечка в Саду Потерянных Душ. Там и выпущу тебя на свободу. И делай, все, что взбредет в твои ноты.

            Нужная станция. Пронесся пулей по эскалатору. Картины Сада уже рисуются перед моими глазами акварельной краской. Золотые пятна деревьев, белоснежные фонтаны и холодный хрусталь воды, звенящий мелодией, когда ее касаюсь.

            Нужно взять на прокат велосипед. До Сада пешком долго. Нет, совсем не далеко. Но долго. Нашел пункт проката. Опустил несколько монеток в автомат для оплаты. Тот со треском принтера выдал мне квитанцию об оплате. Запихал ее в коробочку, к которой крепится велосипед. Загорелась зеленая лампочка. Открылся замок, державший в металлических объятиях велосипед. Обычный такой велосипед. Рама, руль, пара колес, цепь и педали. Седло уже потрепалась. На раме проступила ржавчина, будто кто-то кофе пролил.

            Сел. Проверил руль. Не хотелось бы упасть, если слабо закрепленный руль внезапно вывернется. И я полечу, как какой-нибудь камень. Миг полета и болезненное падение. Ходит с синяком снова не желательно. Много вопросов будет. Да и никто мне не поверит, что упал я сам.

            И вот несся по асфальту вниз. Мимо мелькали однотипные дома, с бледно-желтыми стенами, красными крышами и белыми ставнями окон. У каждого дома рос по молодому клену, осыпающимся на скошенную еще летом траву золотыми резными листьями. Ветер гудел в ушах, трепал каштановые волосы. Чувствовал себя птицей. Каким-нибудь орлом, свободно парящим высоко в небе.

            Вдруг услышал знакомый голос. Резко затормозил. Велосипед встал на переднее колесо, замер в хрупком моменте равновесия и остановился. Обернулся. Из маленького палисадника у одного из близнецов домов женщина махала мне рукой. Я ее знаю. Это моя тетя. Я и велосипед подбежали к ней. Как бы я не протестовал, но лицо сияет счастливой улыбкой. Я должен быть серьезным, ведь я практически взрослый. Но не могу сдержать радости, увидев родную тетю. Любимую тетю.