Сад Потерянных Душ

Глава 26.

Пошли мы как-то с Теко в кафе. Посидеть, отдохнуть. Отметить чашкой травяного чая и вкусным пирожным наше удачное поступление. Поехали мы на окраину, по слова Теко там была замечательная кафешка, в которой всегда малолюдно, но вкусно. Он вел меня каким-то темными улочками, грязными подворотнями с сидевшими там молодыми людьми агрессивной наружности. Вышли мы в итоге на довольно миловидную улицу с частными домиками, заявляющими о своей индивидуальности яркими красками стен, резными ставнями. В одном из таких домиков и была та кафешка.

            Под потолком висели бумажные фонари. Окна прикрывали красные занавески, создавая алый полумрак. Сели за резной деревянный столик с плетеными, довольно удобными стульями.

— Хорошее место, — сказал я, оглядываясь. Теко закивал, отпивая горячий чай.

Мы сидели, болтали о предстоящей жизни. Так, ничего особенного. Потом он завел свой разговор о нереальности мира вокруг.

— Ну смотри, — говорил я, — если ты прав, то получается, что все мы часть чьей-то личности.

— Да, — соглашался Теко, — Мы часть чьей-то личности. Маленькие ее кусочки.

— Тогда мы это можем осознать? Почему у нас в голове возникли такие мысли? Разве не было бы логичнее, чтобы мы об этом даже не догадывались?

— Может это он захотел, чтобы мы обо всем догадались.

— Но зачем?

Теко пожал плечами.

— Поставь себя на его место. Вот если бы все этот мир был у тебя в голове, зачем ты бы дал, допустим мне, такое понимание?

— Не знаю.

— Но зачем-то дал.

Я возмущенно покраснел.

— Мир – не моя фантазия. Я бы точно знал, если бы его придумал.

— Откуда? Вдруг ты забыл, что выдумал его.

Покачал головой.

— Такого просто не может быть, — ответил я.

            Расстались мы поздно вечером, в метро. Я приехал домой. Мама отдыхала в комнате после тяжелого рабочего дня. Кемато не было. Видимо опять поехал к Марике. Поужинав вареной капустой, которую сам себе сварил (в холодильнике лежала какая-то каша с мясом и прочие невкусные вещи) лег спать.

            Днем пошел прогуляться по городу. Делать все равно особо было нечего. Забрел в какой-то магазинчик канцтоваров, чтобы прикупить себе к студенческой жизни тетрадей, ручек и прочего. Мало ли, вдруг понадобится этот прекрасный ежедневник с картиной одного их известных художников.

            Набрав полные руки канцелярии, пошел к кассе. Продавец стоял ко мне спиной. Позвал его. Он дернулся, обернулся. Я замер. У него было мое лицо. Прямо в точности его повторяло.

— Здравствуйте, — заговорил он моим голосом, — пакет не желаете?

Я покачал головой. Отступил от него на шаг.

— Не бойтесь, — сказал он между делом, пробивая товар. Кассовый аппарат громко пищал, звук был похож на сигнал тревоги.

— С вас тысяча семьсот восемьдесят один йомм.

Я сунул ему две тысячи, схватил все свое в руки и побежал как можно быстрее. Он кричал, чтобы я взял сдачу.

            Я шел по улице с разваливающейся стопкой канцтоваров, часть которых даже не додумался распихать по карманам куртки. Заглядывал каждому прохожему в лицо, вдруг и они похожи на меня. Но обходилось. Лица их были различны.

            Вернулся домой. Сбросил с себя ношу канцтоваров на кровать Кемато. Выдохнул. Как вдруг из соседней комнаты донесся мой голос. Я замер. Побрел в комнату мамы. Заглянул через щель. Она лежала и смотрела телевизор. А диктор моим голосом вещал новости.

— Тебе чего? — спросила мама, обнаружив мое присутствие.

— Привет, — не знаю почему, сказал я. Может быть для поверки. Узнает ли мой голос мама в голосе диктора новостей. Не узнала.

— Ну привет, — ответила мне и вернулась к просмотру.

            Весь вечер провел в комнате, рассматривая купленное. Сидел в наушниках, раскладывал тетради и записные книжки по стопочкам. Хотел прогуляться, но боялся выйти на улицу.

            Один из блокнотов привлек мое внимание. Известная картина «Портрет мальчика». Художника не помню. На ней был изображен худощавый мальчик в большой соломенной шляпе. С моим лицом. С ужасом отбросил блокнот в сторону. Уже третье совпадение за день. Что переставало быть совпадением, а становились вполне себе закономерностью. На всякий случай запер всю канцелярию в тумбочку. Мало ли. Вдруг и остальные люди на портретах окажутся с моим лицом.

            Поздно вечером вернулся Кемато. Я боялся выйти к нему, поздороваться. Вдруг и он стал похожим на меня. В темной комнате лежал на кровати под одеялом, выглядывал через маленькую щелку. Дверь открылась, впустив яркий желтый свет. Вошел Кемато со своим лицом. Я выдохнул, выбрался из-под одеяла. Он обнял меня.

            Но все же я не думал, что весь мир выдуман мной. Такого просто не может быть. Если бы целая Вселенная находилась у меня в голове, мозг бы мой давно бы взорвался. Или бы я управлял ей, как только мне вздумается. Ну а почему бы и нет? Мой мир, как хочу, так и действую.