Сад Потерянных Душ

Глава 42.

Сначала решили идти за водой. А потом, по пути домой, зайти во дворец Творца и забрать его копье. Взяли мы лошадей и поехали. Насколько я помнил, путь был неблизкий.

            Выехали мы из города, улицы которого уже были завалены телами мертвых. Оказались на трассе. Мы обгоняли повозки и машины. Стремительно неслись. Я чувствовал себя в полете, как птицы над нашими головами. Ветер обдувал мне разгоряченные жарким солнцем щеки.

            Потом нам пришлось свернуть на проселочную дорогу. Пробирались мы через поле пшеницы. Мы даже не ехали, а плыли через золотое море. Добрались к концу дня до какой-то деревни. Там нас пустили переночевать. Кормили до сыта. После чего положили спать.

            Ночью проснулся от шорохов. Сразу же выхватил меч. Увидел Хорето, склонившегося над спящей хозяйкой.

— Уходи, — сказал я, вставая с кровати.

— Она скоро умрет. Я должен забрать ее душу, Сашико, — отвечал мне Хорето.

И вот хозяйка испустила последний вздох. Ее душа выпорхнула из тела и тут же была схвачена черными пальцами Хорето.

— Верни ее душу, — говорил я, подходя к нему.

— Не могу, — сказал он, — Готоре идет за тобой, Сашико герой. Он зол на тебя.

Я взмахнул мечем, чтобы перерубить Хорето надвое. Но он исчез. Меч со звоном вонзился в деревянный пол.

            К утру вымерла вся деревня. Мы сели на лошадей и поехали вперед. Мчались, не разбирая дороги. Все быстрее и быстрее мы гнали лошадей. И лошади быстро устали. Пришлось брать на прокат в ближайшем городе по мотоциклу. Отдал за них последние деньги. Ну и пусть.

            Доехали до реки. Там решили передохнуть и искупаться. Выдался очень жаркий день. Пот просто тек с нас градом, а тела горели. Мы разделись и прыгнули в холодную воду. Долго плавали, ныряли. Заодно наловил рыбы на ужин. Не капуста, но хоть что-то. Выбрались, обсохли. Сели на мотоциклы и дальше поехали.

            По мосту перебрались на другой берег реки. Там нас остановил путник, попросил помощи. Мы не могли ему отказать и пошли следом. Он привел нас к заросшему оврагу, на дне которого стояла лошадь и жалобно ржала. Я стал спускаться. Оступился и покатился кубарем вниз. Упал. Вскоре на меня упал и Катеко.

— Вы все-таки нашли друг друга, — заговорил ехидный женский голос. Там, наверху, стояла и смотрела на нас женщина неземной красоты.

— Умета, — говорил ей я, — давай забудем о нашей ссоре. Сейчас люди умирают. Их нужно спасать.

— А мне что до людей? — спрашивала она, — пусть умирают.

— Неправа ты, Умета.

Я стал выбираться из оврага. Но его склоны были круты. Ноги скользили, рукам не за что было зацепится. Умета смеялась, глядя на мои потуги. А после ушла.

            Катеко предложи выход. Сделал все, как он сказал. Да и делать мне многое не пришлось. Лишь забросить его наверх, откуда он спустил мне веревку. По ней выбрался и я. Только вот путь дальше на мотоциклах мы продолжить не могли. Умета перерезала топливные шланги и весь бензин вытек. Так что пришло идти пешком.

            Ночевали в чистом поле. Развели костер, Катеко жарил рыбу. Поужинали ею и легли спать. А на утро проснулись в окружении мертвых птиц. Да и трава вся засохла. А вода в небольшом ручье кипела. Палкой выловили из нее вареную рыбу, позавтракали.

            На обочине нашли автомобиль. Его водитель и пассажиры были мертвы. Мы сожгли их тела, развеяли пепел. После чего сели в машину и поехали дальше. Было не так удобно и быстро, как на мотоциклах или тех же лошадях, но все же быстрее, чем пешком.

            Пока ехали, разговорились о смерти.

— Я ее не боюсь, — говорил Катеко, — только после нее я смогу узнать каков истинный мир.

— А я не хочу умирать, — отвечал ему, — выдуман я или реален. Не хочу, чтобы умирал ты. Чтобы умерли Кемато, мама, Тереко, Такита и Марика. Или даже люди, которым принадлежала эта машина.

            Мы доехали до гор. Там пришлось ее оставить и взбираться. А склоны были отвесными. Связали себя веревкой. Я полез первым, хватаясь за крошечные уступы или камни. Катеко лез следом. Он несколько раз чуть не сорвался. Но веревка спасала его от падения.

            Самым сложным оказался путь через облако, остановившееся на склоне горы. Оно плакало дождем, который намочил камни. Пальцы то и дело соскальзывали. Кулаками выбивал себе уступы поглубже.

            К вечеру мы взобрались на заснеженную вершину. С нее открывался прекрасный вид на бескрайние зеленые леса, золотые поля и реки. Был виден дворец Творца. Он блистал в лучах заходящего солнца. В снегу вырыл небольшую пещеру, чтобы спрятаться от промозглого ветра. Там и заночевали.

            А на утро снег на горе растаял. Промочил нас до нитки. Пришлось разводить костер и сушиться. Иначе бы насмерть замерзли. Потеряли много времени, практически целый день.

            Пока было еще светло, спустились с горы. А там, уже ночью, пошли по лесу. Было темно, хоть глаз коли. Сделали наспех факел, чтобы хоть как-то освещать себе путь. Вздрагивали от каждого шороха, от каждой сломанной ветки. Вдруг впереди нас что-то прошло, ломая стволы деревьев. Мы остановились. Вглядывались в темноту, пытаясь увидеть монстра. Он вышел сам на свет. Зарычал. От его рыка потух факел.