Сага об атлантах. Часть 1

Глава 14 И снова Африка

Анна нырнула в бассейн, на самое дно, и оттолкнувшись ногами, вынырнула. Утро было солнечным, наполненным предвкушением чего-то нового, неизведанного.

После того визита Мигеля она решила покинуть Барселону. Здесь ей стало тесно. Нестерпимо больно – ощущать присутствие Пабло в городе, и не чувствовать от него отклика как прежде, когда они, не смотря на расстояние, всегда были на связи. От этих воспоминаний ее выворачивало наизнанку, скручивало как стальной канат – чувствуя, что вот- вот он порвется. Забыть все, как сон, пусть развеется. Будто и не было этой волшебной ночи длинною в несколько месяцев. 

Как она мечтала встретить мужчину, который не испугается ее глубины, нырнет на самое дно ее души. И вот, она встретила такого… До трепета, до слез, до умопомрачения отдавались они друг другу… Может и не все потеряно…

Она вышла из бассейна, подставила лицо солнцу, закрыла глаза, кожей ощущая блуждающий ветерок. 

Может она найдет способ вернуть его. Но не сейчас… слишком устала, и нет сил. Если Пабло захочет вернуть ее, он сделает шаг первым. Ну а если нет…

Анна собрала вещи в чемодан, и отправилась в аэропорт. Взяла билет до Бамако. Африка закалила ее характер, и она должна воздать ей сполна.

Там она договорилась о работе в главном госпитале города. Сняла квартирку рядом с больницей и полностью погрузилась в работу. Она приходила домой почти к полуночи, принимала душ, ложилась спать, и вставала в шесть утра. Оборудование в госпитале было изношенным, и самым простым, часто приходилось полагаться на свои способности целителя.

Все свои силы она отдавала людям, лишь бы забыться, убежать от обиды, раздирающей ее душу. Но тоска по любимому не отпускала. Ощущение, что ты попался в паутину и чем больше дергаешься, тем больше вязнешь в липкой трясине. По ночам ей хотелось рыдать и рвать простыни, но она упорно не давала выхода своим эмоциям, боясь вновь опуститься до жалости к себе. Ее здоровье пошатнулось; удушающая, тяжелая энергия прорывалась сухим кашлем до боли в ребрах.

Однажды она возвращалась в свое жилище (иначе эту комнатушку и не назовешь), уставшая, после нескольких тяжелых операций. В безлюдном переулке ей преградил путь малиец. Анна замерла, уставившись на нож в его руке. Мужчина потребовал деньги, а Анна все также оторопело глядела на него. Тот в нетерпении толкнул ее в грудь к стене дома и приставил нож к горлу. Она рефлекторно схватила его за руку, от страха вжавшись в стену, его лицо оказалось так близко, что она ощутила его прерывистое дыхание на своей щеке, его ноздри раздувались от возбуждения. Вторая рука полезла в карманы ее брюк. Пусто. Он в гневе схватился за майку и рванул на себя, тонкая ткань треснула. И тут она рассвирепела. В глазах ее вспыхнул огонь, темная энергия, блуждавшая по лабиринтам души, вдруг нашла выход – и она направила всю ее разрушительную мощь на грабителя. Мужчина схватился за голову, выронив нож. Лицо его исказилось от боли, и он упал на колени. Скорчился, издавая стоны и хрип. Анна ощущала, как сосуды в его мозгу переполняются кровью, не справляясь, лопаются. Белки его глаз побагровели. Тьма окутала ее сладостным маревом упоения собственным могуществом. Она смотрела на него с неведомым ей ранее чувством наслаждения, руки сжались в кулаки. Тело мужчины в последний раз дернулось, и он затих. Все было кончено.  Его кровавые глаза остекленело уставились на девушку.

Постепенно она стала приходить в себя, медленно разжала кулаки, пальцы онемели от напряжения, тело било дрожью. И вдруг, осознав, что натворила, она испуганно шарахнулась в сторону от бездыханного тела. Зажав рот рукой, она бежала домой. В висках отбивала ритм одна лишь мысль – убийца, убийца…

Вбежав в свою квартиру, она захлопнула дверь, и прислонившись к ней спиной, разрыдалась. Что она сделала?! Убила человека!

На ватных ногах она побрела в ванную. Нужно смыть с себя этот противный, липкий пот страха.

Включила прохладную воду. Подставила голову и плечи под струи воды, и неожиданно для себя почувствовала облегчение, будто освободилась от тяжелых оков. В груди что-то шевельнулось, раскрылось и она, наконец-то, вдохнула глубоко и не закашлялась, как прежде.

Она вышла из ванной, села на потертый диван, подогнув колени к груди, и обняв себя, уставилась в пустоту. Перед взором стоял образ этого малийца, его кровавые глаза, и она вспоминала свои ощущения – наслаждение от собственного могущества, ведь она могла остановиться, но не остановилась, пока он не затих, она обрушила на него всю мощь своего гнева, пока полностью не иссякла.

А что если кто-то видел это? Ее будут искать. Паника охватила ее. Она вскочила и стала ходить из стороны в сторону, мысли путались, перескакивая с одного на другое. Может уехать? Скрыться. Куда? А может никто и не видел. Да и что скажут? Она не убивала его … физически.

Пол ночи она ворочалась, терзаясь опасениями и страхами. А утром, проходя по тому переулку с замиранием сердца, увидела, что тела нет. Остались лишь капли крови. Анна ускорила шаг. Ей казалось, что прохожие сверлят ее взглядами.

Все же у этого происшествия был один свидетель: необычную картину наблюдал из окна один паренек. Он стал рассказывать об этом в округе, и вскоре слухи дошли до одного очень влиятельного человека в городе, и он заинтересовавшись, приказал своему помощнику привести ее к нему.