Салангана. История одной любви

ГЛАВА 3

Если бы Вася не была моей подругой, я бы возненавидела ее просто за то, что пришлось ехать на чертов концерт. Когда она задавалась целью, то становилась похожей на неуправляемый «Сапсан». Сдвинуть ее с пути можно было, разве что, лишь сильной простудой с температурой под сорок. Но даже в этом случае она в бреду строила планы по покорению мира. Так что я бы сто раз подумала, в каком состоянии хотела бы ее больше видеть.

Но это не мешало мне про себя костерить неугомонную дамочку, по совместительству оказавшуюся моей подругой. Она сделала за меня абсолютно все — даже отгул оформила. Только попросила поставить подпись на бумаге, которую самолично же отнесла в приемную к Алисоньке.

— Тебе после данийцев вообще дополнительный отпуск положен, — легкомысленно заметила Васька, когда я рассматривала собственное однодневное отсутствие, подписанное размашистым почерком Алешеньки, на следующий же день.

Стоило ли удивляться, что она и билеты до столицы организовала, да еще в не самом дешевом вагоне поезда?

В такие моменты мне помогала только мысленная считалочка.

Раз.

Загрузиться в этот чертов вагон и отыскать свое пассажирское кресло.

Два.

Преодолеть человеческий муравейник внутри метро, от которого у меня закружилась голова.

Три.

Не прибить Васю, чересчур воодушевившуюся в тот момент, когда мы вышли к спорткомплексу, в котором должен был состояться концерт.

Билеты она забрала себе. Побоялась, глядя на меня в поезде, что я что-нибудь сделаю со своим. Признаюсь, желание порвать его на мелкие кусочки было огромным. Но я сдержалась, поскольку вагон уже поехал, а выходить на следующей станции и ждать попутки, чтобы вернуться, мне было откровенно лень. Поэтому я перепоручила себя заботам подруги, которая обещала еще и в кафе меня сводить после концерта. А уж потом — обратно домой.

— Хоть попробуешь нормальную еду в столице!

А вот это был удар ниже пояса. Я что, была виновата, что от нервов поглощала пастилки пачками? Вася нарывалась на поток нескончаемого сарказма.

Я, конечно, помнила, что сегодняшний день — это ее давняя мечта, но меня-то к ее исполнению привлекли не совсем законным способом!

— Концерт Тэ-Ёна будет последним, — между тем, продолжала вещать Василиса. — Потом комплекс закроют на реконструкцию. Только представь, если он решит приехать к нам еще раз. Это же будет потрясающее место!

Я очень сильно в этом сомневалась: там, где обитало одновременно много народа, по определению не могло быть хорошо. Они толкались и вносили хаос в действительность. А если еще и за кем-то придет жнец… На этой мысли я поняла, что холодею от страха.

Их объятия со стороны казались бесконечно заботливыми. Но после этого акта ласки и нежности человек падал без чувств и возможности вернуться в свой привычный мир. Да, однажды я разговаривала со жнецом, не пожелавшим раскрыть свое имя. Да, из смертей складывалась их работа, и, возможно, своей деятельностью они приносили пользу.

Кому-то. Кому-то, кроме родных и близких тех, кто видел смерть рядом с собой.

Вася счастливая. Она ничего из этого не знала. И мне бы не хотелось, чтобы хоть капля этого скрытого мира хоть раз предстала перед ее глазами. Если это в моей власти, я бы не хотела, чтобы она столкнулась с миром жнецов.

На входе нас ожидала рамка с металлодетектором. Мы преодолели ее и двинулись дальше, не забыв показать документы и билеты. С каждым новым шагом становилась все более отчетливой звучавшая из центра сооружения музыка. Точнее — разогрев исполнителей, которые, скорее всего, уже готовились к выступлению.

Когда мы оказались перед дверями в концертный зал, до самого мероприятия оставалось около сорока минут. И толпа, желающая попасть внутрь, напугала меня еще больше, чем мысли о жнецах.

Люди, прибывшие на концерт Тэ-Ёна, голосили, подпрыгивали, толкались и пытались преодолеть стену из охранников любыми доступными средствами. Фанаты. Огромное море фанатов! Поначалу я не поняла, почему их не пропускают суровые мужчины в черных костюмах, за ушами которых виднелись маленькие витые проводки. Потом я услышала разговор одного из охранников с особо впечатлительной девушкой:

— Первой заходит ВИП-зона. Остался один билет, который мы не зафиксировали. Затем вы сможете спокойно проходить внутрь.

— ВИП! — завопила Вася рядом со мной. — Оставшийся ВИП — это мы!

Кажется, она тоже услышала разговор охранника и фанатки, поскольку почти сразу же после своих слов рванула сквозь толпу, не забыв захватить на буксире и меня. Второй рукой она умудрилась залезть в сумку и вытащить оттуда наши билеты, начав размахивать ими в воздухе. И секьюрити заметил ее, кивнув в знак того, что они ожидают.

План в моей голове созрел молниеносно. Когда человеческое море осталось позади, и мы с Васей очутились перед охранником, перекрывшим остальным доступ к входу в зал, он жестом остановил нас:

— Вас двое. Один билет должен быть обычным.

— Да, это мой… — Вася отпустила меня, начав поднимать руку с билетами.

Этого хватило, чтобы резко податься к ней и вырвать тот билет, которого я еще не видела. Мой собственный, распечатанный еще на работе, с улыбающимся Тэ-Ёном, остался в руках Васи.