Салон для робота

Глава 11

Магнокар нырнул в чернила ночной неосвещенной дороги. Гранд знал уже точно, что смерть подобралась вплотную к Дешу.

— Я чувствую его издалека, — сказал Гранд. — А ты?

Энн-Мари сидела неподвижно рядом с ним, безвольно уронив руки на колени, а глаза ее смотрели в одну точку, куда-то в ночную черноту.

— Я ничего не чувствую. — Она повернулась и взглянула на Гранда с нескрываемой злобой.

— Я хотел бы знать, модернизирована ты, как я? — Гранд сделал вид, что не замечает ее ярости.

— Достаточно, — отрезала она.

«Достаточно — для чего? — хотел спросить Гранд. — Чтобы убить, или чтобы любить и понять, что такое красота?»

Но он не успел. Сбоку наперерез им ударил яркий сноп света и следом вынырнул из черноты, похожий на акулу, бледно-зеленый магнокар с рябью охранительных знаков на боках и злобным оскалом кабины. Тонкие жала парализаторов подрагивали в гнездах. Охранники почти не видны. Просвечивают лишь мутные пятна шлемов за полупрозрачной стенкой кабины.

— Приказ — остановиться! Немедленно остановиться! — хлестнул голос над самым ухом.

Гранд швырнул свой магнокар вверх, а затем вбок. Бледно-зеленый устремился за ними, автоматически повторяя маневры.

— Приказываю!

В следующее мгновение белый магнокар полетел вниз так стремительно, что, казалось, он потерял управление и падает. Зеленый ушел вбок — автомат не посмел скопировать подобный маневр, заботясь о своих пассажирах. У самой земли Гранд выровнял машину.

— Прыгай! — приказал он Энн-Мари.

— Боюсь, — прошептала та.

Магнокар продолжал мчаться, стелясь над дорогой.

— Ты — робот! — и Гранд толкнул ее в плечо.

Она прыгнула, не удержалась на ногах, и ее унесло куда-то вбок. Гранд вздернул магнокар почти вертикально, как норовистого скакуна, включил улавливатель, в то же мгновение его буквально выбросило из машины, а зеленый магнокар и белый столкнулись в воздухе, в разные стороны полетели куски обшивки, плеснуло пламя. Гранд подбежал к Энн-Мари. Девушка сидела на земле и смотрела на пылающие машины.

— Так им, так, — повторяла она и ударяла крепко сжатыми кулачками друг о друга. — Здорово ты их рванул! — и она посмотрела на Гранда почти с восхищением.

— Да нет же, они не погибли, вот они. — Гранд махнул рукой в сторону двух темных пятен, что возникали в свете догоравших машин и пропадали, поглощенные приступами темноты. — Их катапультировало. Надеюсь, они живы.

— А я надеюсь, что нет, — засмеялась Энн-Мари со злорадством.

Она поднялась, опираясь на его руку, и они побежали. Энн-Мари прихрамывала, и Гранд тянул ее за собой. Улицы в этой части города были темны, даже в окнах не было света, и Гранд включил ночное видение. Времени оставалось мало. Очень мало. Гранд знал — насколько мало — в минутах, секундах и долях секунд.

Старик сказал: «В час ночи…» Второе, ночное представление, в час ночи.

— Мы опаздываем, — бормотала Энн-Мари, с хрипом выдыхая воздух.

— Мы очень опаздываем. Старик мог присутствовать при ликвидации кого-то из людей. Или все же роботов? — Гранд, в отличие человека, мог говорить на бегу.

Энн-Мари схватилась рукой за горло. Ее шатало. Гранд обернулся к ней.

— Ты же робот! Форсируй энергоблоки!

— Да, — покорно согласилась она, но не могла сделать больше ни шагу.

Он схватил ее на руки и понес. Ток в искусственных мышцах возрос до предела — констатировал мозг. Перегрузка.

«Плевать…» — сам себе сказал Гранд.

А секунды уплывали, сливаясь в минуты. Это были минуты Деша, быть может, последние. Неожиданно серая тень спрыгнула из разбитого окна на первом этаже, будто большая крыса метнулась на дорогу. «Потрошитель», — мелькнуло в мозгу Гранда. А дорога пуста. Слева и справа дома-коробки и глухие стены. Нет сил убежать и времени нет. Гранд несся вперед с обреченностью. Человек усмехнулся и поднял сечку…

— Прочь с дороги! — взвизгнул Гранд.

Человек опешил. Чуть не выронил сечку. Отступил. Робот никогда не отдает приказы людям. Его величество человек не может такого снести. Даже если человек делает глупость или гадость — робот должен молчать. Молчать и подчиняться.

— Эй, парень, чего ты топочешь, как робот. Я из-за тебя зря выполз, — зло крикнул потрошитель вслед и полез назад в окно.

— Как просто! — захохотала Энн-Мари.

А им навстречу в темноте уже сверкали огни салона. Над входом на бесконечной огоньковой дорожке бежала объемная светящаяся фигура «Робби» и подмигивала проходящим круглыми зелеными глазами, и помахивала рукой в белой тактильной перчатке. Гранд опустил Энн-Мари на землю и, стараясь имитировать расхлябанную походку здешнего завсегдатая, направился к входу. Энн-Мари просунула руку под его локоть и уткнулась головой в плечо, будто изрядно уже набралась и не могла идти.

У зеркальных дверей топтался человек со светящейся бляхой на груди.

— Прошу вас, — он сделал широкий приглашающий жест и поклонился, пропуская Гранда и Энн-Мари.

Они вошли. Коридор был пуст и залит светом. Автоматически Гранд заметил, что повешено новое зеркало и сегодня гораздо чище и прибранней, чем тогда, когда он отсюда бежал. Двери в зал были приоткрыты, и подле них стоял еще один охранник. Ни слова не говоря, он приветственно махнул рукой и толкнул обе створки двери. Энн-Мари, поколебавшись, шагнула первой. За нею Гранд. Зал был пуст, так же как и коридор. Здесь только что мыли полы, и стулья стояли перевернутые на столах, зеленый занавес был задернут и закрывал сцену. Летающие кресла покачивались низко, чуть повыше столов, поджидая седоков.

— Садитесь ближе к сцене, — посоветовал охранник, входя за ними следом. — Сейчас начнем. Ждали только вас.

Энн-Мари и Гранд стояли в нерешительности в проходе.

— А где зрители? — спросила Энн-Мари, опираясь на край стола.

Ноги и руки у нее дрожали, а голос охрип и стал грубоват и низок.

— Вы и есть зрители, — ухмыльнулся охранник. — Вечером люди смотрят, как приканчивают роботов, а ночью роботы глядят на смерть своего хозяина.